Неравновесный рынок труда: Вопрос 11. Неравновесный рынок труда.

Содержание

Вопрос 11. Неравновесный рынок труда.

Модель
неравновесного рынка труда исходит из
того, что уровень занятости определяется
«короткой стороной рынка», или спросом
на труд, или предложением труда, в
зависимости от того, что из них меньше
при данной заработной плате. Кривые
спроса и предложения труда в этой модели
могут быть интерпретированы как
отражающие максимальное количество
труда, которое может быть обменено при
данной ставке заработной платы.

В
противоположность равновесной модели
рынка труда, которая предполагает
существование единственной комбинации
заработной платы и занятости, неравновесная
модель предполагает, что комбинаций
заработной платы и занятости может быть
много.

Поведение
з/п в неравновесной модели описывается
уравнением Wt =
Wt  1 +
у (DL —
SL ),
у >0. Скорость, с которой заработная
плата стремится к равновесной, определяется
параметром у. Если у велик, то рынок
труда быстро движется к равновесию,
если у мал, то неравновесная ситуация
на рынке труда сохраняется значительное
время. Направление движения заработной
платы служит в данном случае точным
указателем того, что является сдерживающим
фактором – спрос или предложение. Если
заработная плата растет, то занятость
определяется предложением труда, если
снижается – спросом на труд.

Вопрос 12. Конкурентный рынок труда.

Эта
модель наиболее идеализирована. Ее
отличает наличие большого количества
предприятий (работодателей) и работников.
Рабочие места на предприятиях по сути
одинаковые, квалификация работников
также примерно одинакова. При таком
раскладе ни работодатели, ни работники
не могут контролировать цену труда –
заработную плату. Доля отдельного
предприятия просто слишком мала, чтобы
оно могло повлиять на рыночной уровень
зарплаты. От него зависит только
количество нанимаемых работников.
Предприятие будет нанимать дополнительных
сотрудников до тех пор, пока сопутствующий
этому рост выручки будет превышать рост
издержек
Характеристики конкурентного
рынка труда:

  • большое количество работодателей
    конкурирующих за наем работников на
    одинаковые рабочие места;

  • большое количество работников с
    одинаковой квалификацией;

  • уровень заработной платы не могут
    контролировать ни работодатели, ни
    работники.

Вопрос 13. Особенности формирования рынка труда в России.

Применяется
алгоритм, который связан с дестабилизирующими
факторами:

  1. структурные преобразования

  2. процессы глобализации мирового хозяйства

  3. либерализация трудовых отношений

  4. численность населения

  5. низкий образовательный уровень граждан

  6. волны контролируемой и неконтролируемой
    трудовой миграции.

 

Вопрос 14. Спрос на труд.

Спрос
на труд- количество труда, которое
работодатели желают нанять в данный
период времени за определенную ставку
заработной платы.

На
рынке труда осуществляются наем и
предложение конкретного труда для
выполнения определенных видов работ,
т.е. происходит движение работников
между различными работами и работодателями.

Спрос
на труд зависит:

  • от потребности производства, т.е. что
    и сколько производить;

  • от производительности труда.

Спрос
на труд считается вторичным, производным
от потребности производства в людских
ресурсах и производительности труда.

Чем
больше потребность производства в
создании новых готовых продуктов, тем
выше спрос на людские ресурсы — труд.
Здесь прямо пропорциональная зависимость.

Чем
выше производительность труда, тем
меньше спрос на труд, т. е. чем продуктивнее
трудятся рабочие, тем больше они
производят продукта и тем меньше нужно
нанимать рабочей силы. Это обратная
зависимость.

Главная
особенность рынка труда состоит в том,
что на этом рынке формируется заработная
плата как основной доход подавляющей
части населения любой страны.

Неравновесный рынок труда — Студопедия

Равновесное состояние рынка труда определяется взаимоотношением спроса на труд и его предложения, то есть на определенный момент времени полностью удовлетворяется потребность предприятий в работниках.

Совмещая на графике кривые спроса и предложения, получаем равновесную ставку заработной платы W2 и численность работников L2 , нанятых при данном уровне заработной платы. В точке Е спрос на труд равен предложению труда, что указывает на равновесие рынка

(рисунок 1.6).

Необходимо учитывать, что состояние равновесия не может быть длительным, так как воздействие различных факторов приводит к его нарушению. Предположим, что в условиях депрессивного состояния экономики происходит снижение заработной платы с W2 до W1. При такой низкой оплате труда предложение труда сократится, тогда как работодатели будут согласны нанять большее количество работников. Сложившаяся ситуация характеризует рынок как трудодефицитный.

Дефицит работников вызывает появление конкуренции между работодателями. Для того, чтобы привлечь их на свои предприятия, они предлагают более высокую заработную плату W3. При данном уровне заработной платы предложение начинает превышать спрос. Работодателям уже необходимо меньше работников, чем присутствует на рынке. Это означает, что не все желающие будут трудоустроены, вследствие чего образуется избыток рабочей силы – возникает безработица. В конкурентные отношения на данном этапе вступают работники незанятые в производстве. В результате, работодатели имеют возможность приобретать квалифицированную рабочую силу, даже при низкой оплате труда. Постепенное снижение заработной платы с уровня W1 будет закономерным, так как на рынке труда существует часть трудоспособного населения, длительное время находящаяся без работы и согласная трудоустроится при невысоком уровне заработной платы. Остальная часть работников будет стремиться найти работу с более высокой оплатой труда. В результате спрос и предложение на рынке труда приблизятся к равновесию.

Рынок труда и безработица | Интерактивный портал Центра занятости населения Калининградской области



23 октября 2017 года в Гусевском отделе по содействию занятости в городе Гусеве проведен семинар для безработных граждан «Рынок труда и безработица»

      23 октября 2017 года в Гусевском отделе по содействию занятости в городе Гусеве проведен семинар для безработных граждан «Рынок труда и безработица».

      Рынок труда – специфический рынок, так как на нём продаются не просто товары и услуги, а способность людей их создавать. Этот рынок не может существовать на принципе полного саморегулирования. Государство издревле регулирует трудовые отношения в экономике. Анализ моделей рынка труда позволяет сформировать понятия занятости и безработицы с позиции равновесия и спроса на рабочую силу. Под безработицей же понимается такое неравновесное состояние рынка, когда предложения труда превышает спрос на него. Основным показателем, характеризующим состояние рынка труда, является уровень безработицы, который исчисляется как процент безработных в составе рабочей силы.

      Участники мероприятия были проинформированы о ситуации на рынке труда, о государственных услугах в области занятости населения. На семинаре  рассмотрены вопросы, касающиеся взаимодействия службы занятости с работодателями. На рынке труда встречаются продавец и покупатель, как при любой сделке купли-продажи. Продавцы – это работники, предлагающие свою рабочую силу (способность к труду), а покупатели – это трудовые коллективы или отдельные предприниматели, которые могут самостоятельно решать, сколько и каких работников им требуется. На рынке труда действует закон спроса и предложения на рабочую силу, которая влияет на заработную плату. Закон спроса и предложения на рабочую силу отражает несоответствие свободных рабочих мест составу приходящих на рынок труда работников по количественным и качественным параметрам. На рынке происходит жестокий, беспощадный отбор наиболее способных, предприимчивых. Слабых и неспособных рынок не щадит. Но вместе с тем он стимулирует высококвалифицированный труд, способствует созданию жесткой взаимосвязи между вкладом каждого и полученным конкретным результатом.

      В ходе семинара у граждан  была возможность обсудить заявленную тему, высказать свое мнение и задать волнующие вопросы. Участников семинара проинформировали о возможности поиска работы с помощью портала «Работа в России», интерактивного портала центра занятости населения rabotakaliningrad.ru, а также ознакомили с имеющимися в базе данных вакансиями.

Теория рынка труда — Рощин С. Ю.


Год выпуска: 1999

Автор: Рощин С.Ю., Разумова Т.О.

Жанр: учебное пособие по экономике

Издательство: «Экономический факультет МГУ»

Формат: PDF

Качество: Отсканированные страницы

Количество страниц: 192

Описание: Учебно-методическое пособие «Теория рынка труда» подготовлено для студентов экономического факультета Московского государственного университета им. М.В.Ломоносова, изучающих курс «Экономика труда и трудовых ресурсов».

В обновленном виде программа данного курса включает, наряду с традиционными проблемами управления и организации труда на предприятии, проблемы функционирования рынка труда и вопросы государственного регулирования социально-трудовых отношений. Пособие охватывает только те темы курса, где изучаются проблемы функционирования рынка труда. Цель пособия — дать в сжатой форме основные теоретические подходы и модели, изучаемые в экономической теории труда (labour economics), а также предложить учебные задания, способствующие усвоению учебного материала. Структура пособия в значительной степени ориентирована на учебную программу курса и несколько отличается от обычной структуры учебников по экономической теории рынка труда (например, проблемы дискриминации на рынке труда излагаются не отдельно, а в главах по мобильности и заработной плате, практически не рассматриваются вопросы внутренних рынков труда и т. д.). По ряду тем пособие содержит более углубленный материал, чем он представлен в базовых учебниках курса, что позволяет студентам углубить свои знания по экономической теории труда (labour economics).


Преподавание курса «Экономика труда и трудовых ресурсов» опирается на знания, полученные студентами в курсах по экономической теории, где формируется представление о месте и значении сферы труда в экономической деятельности, о взаимосвязи рынка труда с другими рынками, основных подходах к анализу экономического поведения человека. Поэтому изучение пособия предполагает наличие базовой подготовки по микроэкономике и макроэкономике.
При написании учебного пособия использовалась современная учебная, учебно-методическая и научная литература по экономической теории труда, в качестве основных были выбраны шесть учебников:

  1. Эренберг Р., Смит Р. Современная экономика труда. Теория и государственная политика. М., 1996;
  2. McConnell C.R., Brue S.L. Contemporary labor economics. 1992;
  3. Filer R.K., Hamermesh D.S., Rees A.E. The economics of work and pay. 1996;
  4. Gunderson M., Riddel! W.C Labour market economics. 1988;
  5. Elliott R.F. Labor economics: a comparative text. 1991;
  6. Sapsford D., Tzannatos Z. The economics of the labour market. 1993.

Базовым является учебник — Эренберг Р., Смит P. (1996), перевод и издание которого осуществлены под научной редакцией Колосовой Р.П., Разумовой Т.О., Рощина СЮ. Этот учебник является в настоящее время единственным по экономической теории труда на русском языке.
Учебники Filer R.K., Hamermesh D.S., Rees A.E. (1996), McConnell C.R., Brue S.L. (1992), так же как и Эренберг Р., Смит Р. (1996), рассчитаны на бакалаврский уровень обучения, неоднократно переиздавались и широко используются в преподавании экономической теории труда в университетах стран Западной Европы и США. Учебник Gunderson М., Riddel! W.C. (1988) представляет интерес, благодаря приведенным в нем многочисленным графическим интерпретациям рассматриваемых проблем и моделей. Учебники Elliott R.F. (1991) и Sapsford D., Tzannatos Z. (1993) рассчитаны на более высокий уровень преподавания: они содержат дополнительный материал по темам и анализ результатов эмпирических исследований, причем последний из них дает достаточно полный обзор литературы по современной экономической теории труда.
При разработке учебных заданий авторы использовали также материалы учебного пособия к более раннему изданию учебника McConnell C.R., Brue S.L. (1992): Peterson N.A. Student workbook to accompany McConnel C.R., Brue S.L. Contemporary labor economics, second edition, 1989.
Предлагаемое учебно-методическое пособие содержит восемь глав, соответствующих темам читаемого курса. Каждая глава начинается со списка основной и дополнительной литературы и кратких комментариев к этому перечню, затем идет изложение основных проблем по параграфам, а в завершающей части главы представлены учебные упражнения: вопросы, тесты, задачи. В качестве приложения в пособии приведены также словарь терминов по экономической теории труда и программа курса для бакалавров экономического факультета МГУ «Экономика труда и трудовых ресурсов», подготовленная авторами программы совместно с проф. Колосовой Р.П. в 1996 году.
В настоящее время в России изучение рынка труда с позиций современной экономической теории представляет собой новое направление в преподавании проблем экономики труда, поэтому данное пособие может быть полезно как в качестве дополнения к учебнику Эренберг Р., Смит Р. (1996), так и в качестве самостоятельного учебного издания не только студентам и аспирантам, но и преподавателям экономики труда.
Подготовка данного пособия стала одним из результатов участия авторов, доцентов кафедры занятости и социально-трудовых отношений экономического факультета Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова, в проекте «ТЕМPUS», направленном на переподготовку преподавателей экономического факультета МГУ в сотрудничестве с Университетом Париж-1-Пантеон-Сорбонна (Франция), Лондонской школой экономики (Великобритания) и Университетом г. Тилбурга (Нидерланды).


СОДЕРЖАНИЕ УЧЕБНИКА

ПРЕДЛОЖЕНИЕ ТРУДА

  • § 1. Простая модель предложения труда
  • § 2. Решение об участии в рабочей силе, или решение работать/не работать
  • § 3. Эффект дохода и эффект замещения
  • § 4. Индивидуальная кривая предложения труда
  • § 5. Ограничение часов работы и сверхурочная работа
  • § 6. Предложение труда при сдельной оплате труда и самозанятости
  • § 7. Издержки, связанные с выходом на работу
  • § 8. Влияние налогов и программ социальной помощи на предложение труда
  • § 9. Эффект отчаявшегося и дополнительного работника
  • § 10. Семейные решения о предложении труда

СПРОС НА ТРУД

  • § 1. Простая модель спроса на труд
  • § 2. Спрос на труд отрасли
  • § 3. Эффект масштаба и эффект замещения в спросе на труд
  • § 4. Эластичность спроса на труд и законы производного спроса
  • § 5. Постоянные издержки и спрос на труд
  • § 6. Спрос на труд в неприбыльных отраслях

ФУНКЦИОНИРОВАНИЕ РЫНКА ТРУДА

  • § 1. Конкурентный рынок труда
  • § 2. Подстройка рынка: «выход — голос»
  • § 3. Монопсония на рынке труда
  • § 4. Спрос на труд при различной структуре рынка благ и рынка труда
  • § 5. Минимальная заработная плата
  • § 6. Двусторонняя монополия на рынке труда
  • § 7. Неравновесный рынок труда

КАЧЕСТВО РАБОЧЕЙ СИЛЫ

  • § 1. Человеческий капитал. Модель индивидуальной отдачи от инвестиций в человеческий капитал
  • § 2. Инвестиции фирмы в человеческий капитал
  • § 3. Рынок труда специалистов
  • § 4. Образовательные сигналы
  • § 5. Отдача от образования для общества

ЗАРАБОТНАЯ ПЛАТА

  • § 1. Заработная плата
  • § 2. Компенсационные различия в заработной плате
  • § 3. Несовершенства рынка
  • § 4. Дискриминационные различия в заработной плате
  • § 5. Распределение заработков

МОБИЛЬНОСТЬ НА РЫНКЕ ТРУДА

  • § 1. Виды мобильности
  • § 2. Территориальная мобильность
  • § 3. Межфирменная мобильность
  • § 4. Сегментированность рынка труда

БЕЗРАБОТИЦА

  • § 1. Безработица: виды и показатели
  • § 2. Зависимость вакансии-безработица
  • § 3. Разделение безработицы по типам
  • § 4. Фрикционная безработица и теория поиска работы
  • § 5. Спросодефицитная безработица

ПРОФСОЮЗЫ И СОЦИАЛЬНОЕ ПАРТНЕРСТВО

  • § 1. Модель участия в профсоюзах
  • § 2. Цели и модели поведения профсоюзов
  • § 3. Модели процесса переговоров и забастовок
  • § 4. Профсоюзы и преимущества в заработной плате
  • § 5. Профсоюзы, распределение ресурсов и производительность

Вопросы
Тесты
Задачи

ПРОГРАММА КУРСА «Экономика труда и трудовых ресурсов»

Учет и анализ банкротств — Фёдорова Г. В.< Назад

  Вперед >Математические методы и модели — Шелобаев С. И.

Функционирование рынка труда курсовая 2011 по экономике

1. Конкурентный рынок труда Конкурентный рынок труда определяется следующими характеристиками. 1. Большое количество фирм, конкурирующих с друг другом за наем определенного вида труда на одинаковые рабочие места. 2. Большое количество работников, имеющих одинаковую квалификацию и независимо друг от друга предлагающих свои услуги труда. 3. Ни работники, ни фирмы не могут контролировать рыночную заработную плату. 4. Совершенная информация, получение которой не связано с издержками, и совершенная мобильность. На конкурентном рынке труда в краткосрочном периоде отдельная фирма сталкивается с совершенно эластичной кривой предложения труда. Рыночный уровень заработной платы определен, и фирма из-за незначительности своей доли на рынке не оказывает на него никакого влияния. Для рынка в целом кривая предложения труда имеет положительный наклон. На рис. 3.1 а равновесие достигается при пересечении спроса DL и предложения SL в точке А для отдельной фирмы и на рис. 3.16 при пересечении спроса DLM и предложения SLM в точке В для рынка в целом. При изменении в спросе на труд или в предложении труда происходит подстройка рынка – процесс достижения новой точки равновесия, нахождение нового уровня занятости и заработной платы. Рассмотрим подстройку рынка труда в ответ на повышение спроса на труд. В первоначальный момент рынок находился в равновесии в точке А (рис. 3.2), с заработной платой W0 и занятостью L0. Повысился спрос на труд, что сдвинуло кривую спроса на труд в краткосрочном периоде вправо от DS к D’S и привело к повышению заработной платы от W0 до W1. В ответ в соответствии с краткосрочной кривой предложения труда SS уровень занятости увеличился до L1, и новое равновесие рынка труда было достигнуто в точке В. Заработная плата возросла значительно, а занятость увеличилась незначительно. В долгосрочном периоде и спрос (DL), и предложение (SL) труда более эластичны. С одной стороны, растет предложение труда, на рынок входят новые работники, привлекаемые высокой заработной платой, с другой стороны, постепенно происходит замещение дорогостоящего труда капиталом. В результате долгосрочной подстройки заработная плата снижается до уровня W2, а занятость повышается до уровня L2, равновесие в долгосрочном периоде достигается в точке С. Для линейных функций спроса на труд и предложения труда заработная плата и занятость в точке равновесия будут определяться следующим образом: DL = а + bW – функция спроса на труд, b<0, SL = с + dW – функция предложения труда. Тогда в точке равновесия DL = SL = L* и а + bW = c + dW. Отсюда равновесная заработная плата равна W* = (а F 02 D с) / (d F 0 2 D b), где b<0. находим его логарифм: lnL* = (lnA F 06 5S – 1nB F 0 6 5D) / ( F 0 6 5S F 0 2 D F 0 6 5D). Для достижения новой точки равновесия важна гибкость рынка труда – при расхождении спроса и предложения труда способность быстро осуществлять подстройку рынка за счет изменения заработной платы или количества используемого труда. Гибкость рынка труда рассматривается обычно в четырех основных аспектах. 1. Гибкость общего уровня реальных издержек на труд. 2. Относительная гибкость реальных издержек на труд по отраслям. 3. Трудовая мобильность. 4. Степень гибкости рабочего времени и режимов труда. Соответственно затруднять подстройку могут факторы, ограничивающие гибкость рынка труда: жесткость заработной платы, ограничения в мобильности рабочей силы, жесткость режимов рабочего времени. 2. Подстройка рынка: «выход – голос» Рассмотренная подстройка рынка труда была основана на стандартной конкурентной модели рынка труда, где заработная плата и занятость определяются рыночным равновесием спроса и предложения, а это равновесие достигается за счет мобильности работников и гибкости цен. Такой механизм подстройки получил название «выход», в результате его действия устанавливается заработная плата, приводящая в равновесие спрос и предложение («очищающая» рынок труда). На рис. 3.3 на локальном рынке труда первоначальное равновесие спроса DL и предложения S1L. достигается при заработной плате W1 и уровне занятости L1. Если условия труда ухудшаются, то предложение труда сократится до S2L, часть работников уволится и покинет этот рынок, и уровень занятости упадет до L2. В ответ на это работодатель повысит уровень заработной платы до W2, что привлечет обратно часть работников, и уровень занятости повысится до L3, который будет новым равновесным уровнем занятости для спроса DL и предложения S2L. Необходимые условия для установления нового уровня равновесия при этом будут следующие: работники осведомлены о том, что произошло ухудшение условий труда; ухудшение условий труда настолько велико, что при данном уровне заработной платы у работников возникает желание уволиться; нет препятствий для мобильности работников; не существует контактов между работодателями и работниками, поэтому для работников единственный способ сообщить работодателю о неудовлетворенности условиями труда при данной заработной плате – это уволиться («проголосовать ногами»). Увольнение для работников связано с издержками (поиск новой работы, вероятность получить работу с заработной платой меньше, чем предыдущая, потеря отдачи от инвестиций в специфический человеческий капитал и т. д.). Увольняться будут те работники, для которых выгоды от увольнения превышают издержки. При прочих равных условиях это – работники более молодого возраста, не имеющие семьи (так как решения о мобильности и миграции сильно зависят от выгод и издержек для всей семьи), те, кто произвел небольшие инвестиции в специфический человеческий капитал. Если бы все работники были одинаково мобильны, предложение труда было бы совершенно эластично, и при ухудшении условий труда фирма была бы вынуждена закрыться. Мобильные работники дают фирме необходимый сигнал, что требуются изменения в соотношении заработной платы и условий труда, а немобильные предоставляют работодателю возможность исправить ситуацию. Издержки увольнения, мобильности составляют для работника трансакционные издержки на рынке труда. Если они велики, то предложение труда может быть совершенно неэластично в краткосрочном периоде, работники «привязаны» к фирме. В этом случае механизм подстройки модифицируется. На рис. 3.4 кривая предложения SL отражает долгосрочное предложение труда, кривая SRSL – краткосрочное совершенно неэластичное предложение труда. При ухудшении условий труда при данном уровне заработной платы W1 из-за высоких трансакционных издержек работники не увольняются, и снижения занятости до L2 не происходит. Реакция работников выражается в снижении трудовых усилий и производительности труда. Работодатели в ответ на снижение производительности снижают спрос на труд от D1L к D2L и заработная плата падает до W2. Но такая реакция может вызвать со стороны работников только дальнейшее снижение производительности труда, и достижение устойчивого равновесия становится невозможным. Поэтому для работодателя в этом случае выгодно организовать обмен информации с работниками, избегая издержек, связанных с падением производительности, и трансакционных издержек, связанных с увольнениями, неизбежными в более длительном периоде. Такой обмен информацией позволяет устранить причины, вызвавшие ухудшение условий труда, поднять производительность труда и сдвинуть спрос от D2L к D1L, восстановив прежнюю точку равновесия. Этот механизм подстройки получил название механизма «голоса», так как подстройка и достижение равновесия происходят в результате обмена информацией между работниками и работодателями. Обмен информацией осуществляется с помощью специальных институтов, одним из которых выступает профсоюз. труда будет зависеть не только от спроса на труд и предложения труда на этом локальном рынке труда, но и от заработной платы (и соответственно от спроса на труд и предложения труда) на других локальных рынках труда, с которыми данный локальный рынок труда связывают потоки мобильной рабочей силы. То есть для данного локального рынка труда j: Wj = g (DLj, SLj, Wi), где при i = 1,…, k, i* F 0B 9 j, Wi – заработная плата на других локальных рынках труда. Подстройка на рынке труда возникает в ответ на избыток или нехватку труда. Нехватку на рынке труда можно рассматривать как ситуацию, когда спрос превышает предложение при доминирующей текущей заработной плате и заработная плата имеет тенденцию к повышению (избыток определяется как обратная ситуация, когда предложение превосходит спрос). При нехватке доминирующая заработная плата ниже равновесной, показателем нехватки служит разность между объемом спроса на труд и предложения труда при доминирующей заработной плате. Объем нехватки может быть оценен с помощью показателей занятости, безработицы, вакансий. Однако следует учесть, что на локальных рынках труда сложность подстройки рынка будет определяться не только размерами нехватки, но и тем, насколько велик разрыв между доминирующей и равновесной заработной платой. Чем больше этот разрыв, тем сложнее подстройка рынка. При прочих равных условиях величина этого разрыва будет прямо зависеть от эластичности спроса на труд и предложения труда. Так, на рис. 3.6 показана ситуация на двух примерно равных по объему рынках труда, где LA*= LB*, испытывающих нехватку при доминирующей заработной плате WA0 = WB0. На рынке труда А размер нехватки превышает нехватку на рынке труда В [(LA0 – LA1)>(LB0 – LB1)), но поскольку разрыв между уровнями доминирующей и равновесной заработной платы на рынке труда В больше, чем на рынке труда А [(WB* F 02 D WB0) > (WA* F 0 2 D WA0)], то, вероятно, процесс подстройки на рынке В будет осуществляться сложнее, чем на рынке А. 4. Монопсония на рынке труда Монопсония на рынке труда – это ситуация, когда существует только один покупатель данного вида труда, один работодатель. В этом случае работодатель (при предположении о совершенной конкуренции со стороны продавца труда) сталкивается с рыночной кривой предложения труда, имеющей положительный наклон, и вынужден нанимать каждую последующую единицу труда по цене ее предложения. При недискриминирующей монопсонии работодатель всем работникам платит одинаковую заработную плату, равную средним издержкам на труд (АСL), но для найма дополнительной единицы труда он должен предложить более высокую заработную плату, чем уже платит, и новому работнику, и прежним. При монопсонии ставка заработной платы и предельные издержки на труд являются возрастающими функциями от количества используемого труда W = f(L), MСL = g(L). Кривая предельных издержек на труд MСL, отклоняется от кривой предложения труда SL и расположена круче. Из условия максимизации прибыли следует MRP = MСL. В условиях монопсонии издержки C(L) = W(L) L. MСL = F 0B 6C / F 0 B 6L = W + L F 0 2 A F 0 B 6W / F 0 B 6L = W (1 + L / W F 0 2 A F 0 B 6W/ F 0 B 6L) = W (1 + l / F 06 5S), где F 06 5S = F 0 B 6L / L / F 0 B 6W / W – эластичность предложения труда. Уровень занятости при монопсонии LM определяется условием максимизации прибыли и соответствует горизонтальным координатам точки А на рис. 3.7, в которой MCL = MRP. Ставка заработной платы WM определяется для этого уровня занятости, исходя из кривой предложения труда и соответствует вертикальным координатам точки В на рис. 3.7. Уровень занятости и ставка заработной платы при монопсонии меньше уровня занятости и ставки заработной платы, соответствующих совершенно конкурентному рынку труда. Рис. 3.9. Комбинации структуры рынка труда и рынка благ И так как F 06 8 < 0, а Р > 0, W > 0, MPL > 0, то спрос на труд монополии D’L = MRP = MPL F 02 A MR для каждого уровня заработной платы меньше спроса на труд фирмы, находящейся в ситуации совершенной конкуренции на рынке благ DL = MRP = MPL F 02 A P. Как видно на рис. 3.10, кривая спроса на труд для монополии D’L расположена ниже и она менее эластична, чем кривая спроса на труд DL для конкурентного рынка продукта фирмы. Так как отдельная фирма-монополист на рынке продукта находится в конкурентной ситуации на рынке труда, то она сталкивается с горизонтальной кривой предложения труда. В результате уровень занятости L’ для монополии меньше, чем занятость L0 для фирмы, не обладающей монопольной властью на рынке продукта. Монопсония на рынке труда – монополия на рынке благ является комбинацией описанных ситуаций. В этом случае на рынке труда возникают эффекты как монопсонии, так и монопольного положения фирмы на рынке продукта. Из условия максимизации прибыли следует: MRP’ = MSL. В условиях монополии R = P(Q) F 02 AQ. В условиях монопсонии C(L) = W(L) L. MRP’= (P + F 0B 6 P/ F 0 B 6 Q F 0 2 AQ) MPL = P (1+ F 0 B 6 P/ F 0 B 6 Q F 0 2 AQ / P) MPL = P (1 + 1 / F 0 6 8) MPL MCL = F 0B 6 C/ F 0 B 6 L = W + L F 0 2 A F 0 B 6 W / F 0 B 6 L = W (1 + L / W F 0 2 A F 0 B 6 W / F 0 B 6L) = W (1 + 1 / F 06 5S) P (1 + 1 / F 06 8) MPL = W (1 + 1 / F 0 6 5S), или MRP’= MCL. На рис. 3.11 равновесному решению в условиях монополии на рынке благ и каждая фирма ведет себя так, как будто ее конкуренты собираются поддерживать выпуск на постоянном уровне; в модели Бертрана каждая фирма предполагает, что ее конкуренты поддерживают цены на постоянном уровне. Следовательно, каждая фирма имеет набор уровней выпуска (в модели Курно) или уровней заработной платы (в модели Бертрана), которые максимизируют их прибыли при соответствующих выбранных конкурентами уровнях выпуска или цен. Этот набор оптимальных точек лежит вдоль кривой реакции каждой фирмы. Для определенных относительных наклонов кривых реакции их пересечение может быть показано как устойчивое равновесие. Простая модель дуополии Курно показана на рис. 3.13. Кривые F 07 01 и F 0 7 02 – линии изоприбыли соответственно для фирмы 1 и 2. При каждом уровне выпуска своих конкурентов фирма пытается достичь наивысшей прибыли. Это происходит путем выбора линии изоприбыли, ближайшей к горизонтальной оси для фирмы 1, и ближайшей к вертикальной оси для фирмы 2. Из-за формы линий изоприбыли они всегда включают наивысшую точку U-образной кривой. Таким образом, если фирма 2 выбирает Y2 = 0, фирма 1 выбирает точку а на F 07 0 1; если фирма 2 выбирает Y*2, фирма 1 выбирает точку b на F 07 0*1, чем ниже выпуск конкурента, тем больше прибыль для другой фирмы. Таким образом, фирма 1 может зарабатывать F 07 0 1, если Y2 = 0 (т.е. фирма 1 является монополистом), и аналогично фирма 2 может получать F 07 0 2, если Y1 = 0. Следовательно, F 0 7 0*1 < F 0 7 0 1 и F 0 7 0*2 < F 0 7 0 0 2. Объединение наивысших точек F 07 01 дает кривую реакции фирмы 1 R01. Кривая реакции – это набор выпусков фирмы 1, которые она выберет в зависимости от заданного выпуска фирмы 2. Аналогично объединение наивысших точек F 07 02 дает R02 – набор выпусков, которые предпочтет фирма 2 при данном выпуске фирмы 1. Единственная комбинация выпуска, которая удовлетворит обе фирмы, произойдет в точке b, где R01 пересекается с R02. Таким образом, в условиях конкуренции равновесные уровни выпуска составят Y*1 и Y*2. Они будут определять спрос фирм на труд в условиях равновесия. Отметим, однако, что существует точка, более благоприятная для одной или для обеих фирм. Если фирмы заключат тайный сговор, то они смогут передвинуться в точку с, где F 07 0**1 является касательной к F 07 0**2 ( F 0 7 0**1 > F 0 7 0*1 и F 0 7 0**2> F 0 7 0*2), и спрос на труд будет выше в условиях конкуренции, чем в условиях сговора. Что произойдет со спросом на труд при снижении заработной платы? Во-первых, снижение заработной платы ведет к нормальным эффектам замещения, т.е. к более высокому спросу на труд и более низкому спросу на капитал. Величина этого эффекта зависит от эластичности замещения. Во- вторых, сокращение заработной платы влияет на выпуск. Следовательно, если выпуск фирмы 2 равен Y*2, то данный уровень прибыли, такой как F 07 0*1 может теперь быть достигнут при более высоком уровне выпуска фирмы 1. Другими словами, кривая реакции фирмы 1 сдвигается с R01 до R11. Аналогично снижение заработной платы в фирме 2 выражается в сдвиге ее кривой реакции с R02 до R12. Если только фирма 1 испытывает сокращение заработной платы, ее выпуск растет до Y21, в фирме 2 снижается до Y12. Таким образом, при прочих равных условиях фирма 1 увеличит, а фирма 2 сократит спрос на труд. Чистый эффект зависит от относительных наклонов кривых реакции, так же как лежащий в основе эффект замещения. Если мы сохраняем положение о конкурентных рынках труда, на обеих фирмах произойдет сокращение заработной платы. Новое равновесие возникнет в точке d, где R11 пересекает R12. Выпуск теперь выше для обеих фирм и, если эффект замещения работает в том же направлении, спрос на труд будет расти. Таким образом, в случае взаимозависимой олигополии можно сделать несколько выводов о кривой спроса на труд. Первое: можно ожидать, что снижение заработной платы выразится в нормальном эффекте замещения в пользу труда и от капитала. Второе: можно показать, что (для нормальных кривых дохода и издержек) кривые реакции в модели Курно сдвигаются к северо-востоку, а кривые реакции в модели Бертрана сдвигаются к юго- западу, подразумевая более высокий уровень выпуска и спроса на труд для каждой фирмы, испытывающей сокращение заработной платы. Эффекты масштаба и замещения для независимого олигополиста действуют на спрос на труд в ожидаемом направлении. Наконец, при прочих равных условиях кривая спроса на труд, когда фирмы сотрудничают для достижения наивысшей прибыли, в целом будет ниже при каждом данном уровне заработной платы, чем в случае независимого олигополиста. Первоначально рассмотрим спрос на труд в ситуации, когда олигопсонист на рынке труда не обладает монопольной силой на рынке благ. Рисунок 3.15 показывает ломаную кривую предложения труда с точкой перелома, соответствующей заработной плате W0 и занятости L0. Кривая предложения труда сравнительно эластична на отрезке ab и менее эластична на отрезке bc. Это создает разрыв в кривой предельных издержек на труд MCL. Равновесие на таком рынке труда будет установлено при равенстве предельных издержек на труд MCL предельному денежному продукту труда, MRP1, при уровне занятости L0 (или, более точно, MRP1 проходит через разрыв в MCL при данном уровне занятости). Любое движение кривой MRP между MRP1 и MRP2 не оказывает влияния на заработную плату и занятость. Следствием из этой модели являются жесткость заработной платы и сохранение уровня занятости в периоды циклического спада. В ситуации олигопсонии на рынке труда – олигополии на рынке продукта (рис. 3.16) вывод о жесткости заработной платы усиливается. Олигополист на рынке благ, сталкиваясь с ломаной кривой спроса на его продукт, имеет ломаную кривую среднего денежного продукта труда и разрыв в кривой предельного денежного продукта труда. Кривая спроса может теперь двигаться в определенном диапазоне, не оказывая влияния на заработную плату. Границы этого диапазона будут определяться при движении кривой спроса вверх совпадением точки d с точкой b, при этом точка а перемещается вверх и образует точку а’ (a’b = ad), a при движении кривой спроса вниз – совпадением точки а с точкой с, перемещением точки d вниз и образованием точки d’ (сd’ = ad). Общая величина диапазона жесткости заработной платы составит a’d’ = a’b + bc + cd’ = 2ad + bc. Жесткость заработной платы теперь еще сильнее, так как два разрыва (в кривой предельных издержек и в кривой предельного денежного продукта) накладываются друг на друга. Рис. 3.16. Олигопсония на рынке труда – олигополия на рынке продукта 8. Минимальная заработная плата Государственное регулирование рынка труда во многих странах предусматривает законодательно установленный уровень минимальной заработной платы. Возможны два варианта. Первый: минимальная заработная плата распространяется на весь рынок труда – это модель минимальной заработной платы с полным охватом рынка. Второй: когда минимальная заработная плата распространяется только на часть отраслей или профессий – это модель минимальной заработной платы с неполным охватом рынка. В первом случае установление минимальной заработной платы выше равновесной заработной платы для данного рынка труда при прочих равных условиях приводит к уменьшению уровня занятости и увеличению уровня безработицы (как правило, для неквалифицированной рабочей силы). (LM, WM). Как и в случае минимальной заработной платы, положительное влияние профсоюза при определении им заработной платы на монопсонистическом рынке труда ограничено интервалом WM < Wmin < W*, где W* = MCL = MRP – заработная плата, равная предельным издержкам, когда они равны предельному денежному продукту труда до действия профсоюза. Модель профсоюза-монополиста предполагает, что помимо нейтрализации монопольной силы работодателя он будет также стремиться вести себя на рынке аналогично фирме-монополисту на рынке продукта и будет увеличивать заработную плату до такого уровня, чтобы максимизировать экономическую ренту работающих членов профсоюза. Тогда при двусторонней монополии со стороны покупателя труда определение заработной платы и занятости происходит в соответствии с моделью монопсонистического рынка труда (рис. 3.21) и при равенстве MCL и MRP в точке А заработная плата составит W1, занятость L1, а со стороны продавца труда, профсоюза заработная плата W2 и занятость L2 будут определяться равенством предельного дохода от продажи услуг труда членов профсоюза MR и цены предложения их труда. Занятость L2 будет соответствовать горизонтальным координатам точки В (точка пересечения кривых MR и SL), а заработная плата W2 – заработной плате найма L2 работников, определяемой кривой предельного денежного продукта труда MRP. Таким образом, работодатель и профсоюз стремятся ограничить конкурентный уровень занятости Le: первый, чтобы максимизировать прибыль, второй, чтобы максимизировать коллективную экономическую ренту. Заработная плата в модели двусторонней монополии остается неопределенной и может быть установлена в интервале между W1 и W2, в котором находится и уровень заработной платы We, соответствующий конкурентному рынку труда. Конкретный уровень заработной платы устанавливается путем переговоров. Рис. 3.21. Двусторонняя монополия 10. Неравновесный рынок труда конкуренция спрос монополия неравновесный труд Модель равновесного рынка труда основывается на том, что в точке равновесия DL (W*) = SL (W*)= L*, и равновесная заработная плата W* «очищает рынок», т.е. нет ни избыточного спроса, ни избыточного предложения. Модель неравновесного рынка труда исходит из того, что уровень занятости определяется «короткой стороной рынка», или спросом на труд, или предложением труда, в зависимости от того, что из них меньше при данной заработной плате, L = min (DL, SL). Кривые спроса и предложения труда в этой модели могут быть интерпретированы как отражающие максимальное количество труда, которое может быть обменено при данной ставке заработной платы. На рис. 3.22 видно, что при ставке заработной платы W1 (больше равновесной заработной платы, W1 > W0) работодатели не захотят в соответствии с кривой спроса на труд DL нанять больше работников, чем L1, т.е. количество труда определено спросом на труд, несмотря на то, что предложение труда больше. При ставке заработной платы W2 (меньше равновесной заработной платы, W2 < W0) предложение труда будет меньше, чем спрос на труд, но работодатели наймут предложенное количество труда, потому что в этой ситуации они получат прибыль. Предельный денежный продукт при уровне занятости L2 превысит заработную плату, т.е. количество труда определено предложением, несмотря на то, что спрос на труд больше. В противоположность равновесной модели рынка труда, которая предполагает существование единственной комбинации заработной платы и занятости в точке Е, неравновесная модель предполагает, что комбинаций заработной платы и занятости может быть много и они определяются линией AЕВ. Поведение заработной платы в неравновесной модели описывается уравнением Wt = Wt F 0 2 D1 + у (DL F 0 2 D SL), у >0. Скорость, с которой заработная плата стремится к равновесной, определяется параметром у. Если у велик, то рынок труда быстро движется к равновесию, если у мал, то неравновесная ситуация на рынке труда сохраняется значительное время. Направление движения заработной платы служит в данном случае точным указателем того, что является сдерживающим фактором – спрос или предложение. Если заработная плата растет, то занятость определяется предложением труда, если снижается – спросом на труд.

Функционирование рынка труда | reshebniki-online.com

1. Конкурентный рынок труда

Конкурентный рынок труда определяется следующими характеристиками.

1. Большое количество фирм, конкурирующих с друг другом за наем определенного вида труда на одинаковые рабочие места.

2. Большое количество работников, имеющих одинаковую квалификацию и независимо друг от друга предлагающих свои услуги труда.

3. Ни работники, ни фирмы не могут контролировать рыночную заработную плату.

4. Совершенная информация, получение которой не связано с издержками, и совершенная мобильность.

На конкурентном рынке труда в краткосрочном периоде отдельная фирма сталкивается с совершенно эластичной кривой предложения труда. Рыночный уровень заработной платы определен, и фирма из-за незначительности своей доли на рынке не оказывает на него никакого влияния.

Для рынка в целом кривая предложения труда имеет положительный наклон. На рис. 3.1 а равновесие достигается при пересечении спроса DL
и предложения SL
в точке А для отдельной фирмы и на рис. 3.16 при пересечении спроса DLM
и предложения SLM
в точке В для рынка в целом.

При изменении в спросе на труд или в предложении труда происходит подстройка рынка – процесс достижения новой точки равновесия, нахождение нового уровня занятости и заработной платы. Рассмотрим подстройку рынка труда в ответ на повышение спроса на труд.

В первоначальный момент рынок находился в равновесии в точке А (рис. 3.2), с заработной платой W0
и занятостью L0
. Повысился спрос на труд, что сдвинуло кривую спроса на труд в краткосрочном периоде вправо от DS
к D’S
и привело к повышению заработной платы от W0
до W1
. В ответ в соответствии с краткосрочной кривой предложения труда SS
уровень занятости увеличился до L1
, и новое равновесие рынка труда было достигнуто в точке В. Заработная плата возросла значительно, а занятость увеличилась незначительно. В долгосрочном периоде и спрос (DL
), и предложение (SL
) труда более эластичны. С одной стороны, растет предложение труда, на рынок входят новые работники, привлекаемые высокой заработной платой, с другой стороны, постепенно происходит замещение дорогостоящего труда капиталом. В результате долгосрочной подстройки заработная плата снижается до уровня W2
, а занятость повышается до уровня L2
, равновесие в долгосрочном периоде достигается в точке С.

Для линейных функций спроса на труд и предложения труда заработная плата и занятость в точке равновесия будут определяться следующим образом:

DL
= а + bW – функция спроса на труд, b<0,

SL
= с + dW – функция предложения труда.

Тогда в точке равновесия DL
= SL
= L* и а + bW = c + dW.

Отсюда равновесная заработная плата равна W* = (а — с) / (d — b), где b<0.

Через функцию спроса или предложения находится равновесный уровень занятости L* = (ad — bc) / (d — b).

Для случая функций спроса и предложения с постоянной эластичностью точка равновесия определяется следующим образом:

DL
= АWeD
– функция спроса на труд,

SL
= BWeS
– функция предложения труда,

где eD
– эластичность спроса на труд, eD
< О,

а eS
– эластичность предложения труда, eS
> 0.

Логарифмируя функции предложения и спроса, получаем:

lnDL
= lnA + eD
lnW,

lnSL
= lnB + eS
lnW.

В точке равновесия lnА + eD
1nW = lnB + eS
lnW, отсюда для равновесной заработной платы ее логарифм равен:

lnW* = (lnА — lnB) / (eS
— eD
).

Через функции спроса и предложения для равновесного уровня занятости находим его логарифм:

lnL* = (lnAeS
– 1nBeD
) / (eS
— eD
).

Для достижения новой точки равновесия важна гибкость рынка труда – при расхождении спроса и предложения труда способность быстро осуществлять подстройку рынка за счет изменения заработной платы или количества используемого труда.

Гибкость рынка труда рассматривается обычно в четырех основных аспектах.

1. Гибкость общего уровня реальных издержек на труд.

2. Относительная гибкость реальных издержек на труд по отраслям.

3. Трудовая мобильность.

4. Степень гибкости рабочего времени и режимов труда.

Соответственно затруднять подстройку могут факторы, ограничивающие гибкость рынка труда: жесткость заработной платы, ограничения в мобильности рабочей силы, жесткость режимов рабочего времени.

2. Подстройка рынка: «выход – голос»

Рассмотренная подстройка рынка труда была основана на стандартной конкурентной модели рынка труда, где заработная плата и занятость определяются рыночным равновесием спроса и предложения, а это равновесие достигается за счет мобильности работников и гибкости цен. Такой механизм подстройки получил название «выход», в результате его действия устанавливается заработная плата, приводящая в равновесие спрос и предложение («очищающая» рынок труда). На рис. 3.3 на локальном рынке труда первоначальное равновесие спроса DL
и предложения S1L
. достигается при заработной плате W1
и уровне занятости L1
. Если условия труда ухудшаются, то предложение труда сократится до S2L
, часть работников уволится и покинет этот рынок, и уровень занятости упадет до L2
. В ответ на это работодатель повысит уровень заработной платы до W2
, что привлечет обратно часть работников, и уровень занятости повысится до L3
, который будет новым равновесным уровнем занятости для спроса DL
и предложения S2L
.

Необходимые условия для установления нового уровня равновесия при этом будут следующие:

работники осведомлены о том, что произошло ухудшение условий труда;

ухудшение условий труда настолько велико, что при данном уровне заработной платы у работников возникает желание уволиться;

нет препятствий для мобильности работников;

не существует контактов между работодателями и работниками, поэтому для работников единственный способ сообщить работодателю о неудовлетворенности условиями труда при данной заработной плате – это уволиться («проголосовать ногами»).

Увольнение для работников связано с издержками (поиск новой работы, вероятность получить работу с заработной платой меньше, чем предыдущая, потеря отдачи от инвестиций в специфический человеческий капитал и т.д.). Увольняться будут те работники, для которых выгоды от увольнения превышают издержки. При прочих равных условиях это – работники более молодого возраста, не имеющие семьи (так как решения о мобильности и миграции сильно зависят от выгод и издержек для всей семьи), те, кто произвел небольшие инвестиции в специфический человеческий капитал.

Если бы все работники были одинаково мобильны, предложение труда было бы совершенно эластично, и при ухудшении условий труда фирма была бы вынуждена закрыться. Мобильные работники дают фирме необходимый сигнал, что требуются изменения в соотношении заработной платы и условий труда, а немобильные предоставляют работодателю возможность исправить ситуацию.

Издержки увольнения, мобильности составляют для работника трансакционные издержки на рынке труда. Если они велики, то предложение труда может быть совершенно неэластично в краткосрочном периоде, работники «привязаны» к фирме. В этом случае механизм подстройки модифицируется.

На рис. 3.4 кривая предложения SL
отражает долгосрочное предложение труда, кривая SRSL
– краткосрочное совершенно неэластичное предложение труда. При ухудшении условий труда при данном уровне заработной платы W1
из-за высоких трансакционных издержек работники не увольняются, и снижения занятости до L2
не происходит. Реакция работников выражается в снижении трудовых усилий и производительности труда. Работодатели в ответ на снижение производительности снижают спрос на труд от D1L
к D2L
и заработная плата падает до W2
. Но такая реакция может вызвать со стороны работников только дальнейшее снижение производительности труда, и достижение устойчивого равновесия становится невозможным.

Поэтому для работодателя в этом случае выгодно организовать обмен информации с работниками, избегая издержек, связанных с падением производительности, и трансакционных издержек, связанных с увольнениями, неизбежными в более длительном периоде. Такой обмен информацией позволяет устранить причины, вызвавшие ухудшение условий труда, поднять производительность труда и сдвинуть спрос от D2L
к D1L
, восстановив прежнюю точку равновесия. Этот механизм подстройки получил название механизма «голоса», так как подстройка и достижение равновесия происходят в результате обмена информацией между работниками и работодателями. Обмен информацией осуществляется с помощью специальных институтов, одним из которых выступает профсоюз.

С помощью механизма «выхода» обычно регулируется уровень оплаты труда, с помощью механизма «голоса» – условия труда.

3. Взаимодействие локальных рынков труда

Предпосылки конкурентного рынка труда содержат требования об однородности рабочих мест и работников. В целом для рынка труда эта предпосылка не выполняется. Рынок труда распадается на локальные рынки однородного труда по видам деятельности, отраслям, профессиям, квалификации работников, территориальному местоположению. Между такими локальными рынками труда существует определенная мобильность рабочей силы. Рассмотрим подстройку рынка труда, состоящего из локальных рынков труда.

Предположим, что рынок труда имеет двухсекторную структуру и состоит из двух локальных рынков труда по профессиям А и В, между которыми нет ограничений мобильности. Первоначально на каждом из локальных рынков труда установилась равновесная ситуация (рис. 3.5). Так как мобильность совершенна, то равновесная заработная плата W0
будет одинаковой на обоих рынках. Теперь допустим, что на рынке труда по профессии А произошел сдвиг спроса от DA0
до DA1
, повысивший спрос на работников этой профессии. Это приведет к росту заработной платы на рынке труда А до W*. В результате изменится соотношение заработных плат на рынках труда А и В, заработная плата на рынке труда В станет относительно низкой (W0
/W*< l), что в условиях отсутствия ограничений для мобильности рабочей силы приведет к переходу части работников с рынка труда по профессии В на рынок труда по профессии А. На рынке труда В предложение труда уменьшится и кривая SB0
сдвинется влево, на рынке труда А предложение труда увеличится и кривая SA0
сдвинется вправо. В итоге через некоторое время установится новая равновесная заработная плата W1
, которая будет равновесной для каждого из локальных рынков труда, причем W1
> W0
и W1
< W*. Занятость на рынке труда А увеличится до LA1
, на рынке труда В уменьшится до LB1
.

Таким образом, в условиях мобильности рабочей силы между локальными рынками труда заработная плата на данном локальном рынке труда будет зависеть не только от спроса на труд и предложения труда на этом локальном рынке труда, но и от заработной платы (и соответственно от спроса на труд и предложения труда) на других локальных рынках труда, с которыми данный локальный рынок труда связывают потоки мобильной рабочей силы. То есть для данного локального рынка труда j:

Wj
= g (DL
j, SL
j, Wi
),

где при i = 1,…, k, i*¹ j, Wi
– заработная плата на других локальных рынках труда.

Подстройка на рынке труда возникает в ответ на избыток или нехватку труда. Нехватку на рынке труда можно рассматривать как ситуацию, когда спрос превышает предложение при доминирующей текущей заработной плате и заработная плата имеет тенденцию к повышению (избыток определяется как обратная ситуация, когда предложение превосходит спрос). При нехватке доминирующая заработная плата ниже равновесной, показателем нехватки служит разность между объемом спроса на труд и предложения труда при доминирующей заработной плате. Объем нехватки может быть оценен с помощью показателей занятости, безработицы, вакансий. Однако следует учесть, что на локальных рынках труда сложность подстройки рынка будет определяться не только размерами нехватки, но и тем, насколько велик разрыв между доминирующей и равновесной заработной платой. Чем больше этот разрыв, тем сложнее подстройка рынка. При прочих равных условиях величина этого разрыва будет прямо зависеть от эластичности спроса на труд и предложения труда. Так, на рис. 3.6 показана ситуация на двух примерно равных по объему рынках труда, где LA
*= LB
*, испытывающих нехватку при доминирующей заработной плате WA0
= WB0
. На рынке труда А размер нехватки превышает нехватку на рынке труда В [(LA0
– LA1
)>(LB0
– LB1
)), но поскольку разрыв между уровнями доминирующей и равновесной заработной платы на рынке труда В больше, чем на рынке труда А [(WB
* — WB0
) > (WA
* — WA0
)], то, вероятно, процесс подстройки на рынке В будет осуществляться сложнее, чем на рынке А.

4. Монопсония на рынке труда

Монопсония на рынке труда – это ситуация, когда существует только один покупатель данного вида труда, один работодатель. В этом случае работодатель (при предположении о совершенной конкуренции со стороны продавца труда) сталкивается с рыночной кривой предложения труда, имеющей положительный наклон, и вынужден нанимать каждую последующую единицу труда по цене ее предложения. При недискриминирующей монопсонии работодатель всем работникам платит одинаковую заработную плату, равную средним издержкам на труд (АСL
), но для найма дополнительной единицы труда он должен предложить более высокую заработную плату, чем уже платит, и новому работнику, и прежним.

При монопсонии ставка заработной платы и предельные издержки на труд являются возрастающими функциями от количества используемого труда W = f(L), MСL
= g(L). Кривая предельных издержек на труд MСL
, отклоняется от кривой предложения труда SL
и расположена круче.

Из условия максимизации прибыли следует MRP = MСL
.

В условиях монопсонии издержки C(L) = W(L) L.

L
= ¶C / ¶L = W + L * ¶W / ¶L = W (1 + L / W * ¶W/ ¶L) = W (1 + l /eS
),

где eS
= ¶L / L / ¶W / W – эластичность предложения труда.

Уровень занятости при монопсонии LM
определяется условием максимизации прибыли и соответствует горизонтальным координатам точки А на рис. 3.7, в которой MCL
= MRP. Ставка заработной платы WM
определяется для этого уровня занятости, исходя из кривой предложения труда и соответствует вертикальным координатам точки В на рис. 3.7. Уровень занятости и ставка заработной платы при монопсонии меньше уровня занятости и ставки заработной платы, соответствующих совершенно конкурентному рынку труда.

Кривая MRP не является кривой спроса на труд, у монопсониста она отсутствует, так как спрос зависит от характеристик предложения труда. На рис. 3.8 видно, что одному и тому же уровню занятости L0
соответствует и заработная плата W0
, определяемая кривой предложения труда SL
, и заработная плата W’, определяемая кривой предложения труда SL
’.

5. Спрос на труд при различной структуре рынка благ и рынка труда

При комбинации условий совершенной и несовершенной конкуренции на рынке труда и на рынке благ возможны четыре ситуации.

1. Совершенная конкуренция на рынке труда – совершенная конкуренция на рынке благ (квадрант I на рис. 3.9).

2. Несовершенная конкуренция на рынке труда (монопсония) – совершенная конкуренция на рынке благ (квадрант II).

3. Совершенная конкуренция на рынке труда – несовершенная конкуренция на рынке благ (монополия) (квадрант III).

4. Монопсония на рынке труда – монополия на рынке благ (квадрант IV).

При несовершенной конкуренции на рынке благ (монополии) и совершенной конкуренции на рынке труда фирма на рынке благ находится в ситуации, когда цена продукта зависит от объема выпуска P(Q), и кривая предельного дохода MR будет иметь больший отрицательный наклон, чем кривая спроса на продукт.

Из условия максимизации прибыли следует: MRP = MCL
.

В условиях монополии доход R = P(Q) * Q,

MRP = (P + ¶ P/ ¶Q*Q) MPL
= P (1+¶ P / ¶Q*Q / P) MPL
= Р (1 + 1 / h) MPL
,

где h – эластичность спроса по цене продукта фирмы.

Р (1 + 1 / h) MPL
= MCL
= W.

Рис. 3.9. Комбинации структуры рынка труда и рынка благ

И так как h < 0, а Р > 0, W > 0, MPL
> 0, то спрос на труд монополии D’L
= MRP = MPL
* MR для каждого уровня заработной платы меньше спроса на труд фирмы, находящейся в ситуации совершенной конкуренции на рынке благ DL
= MRP = MPL
* P.

Как видно на рис. 3.10, кривая спроса на труд для монополии D’L
расположена ниже и она менее эластична, чем кривая спроса на труд DL
для конкурентного рынка продукта фирмы. Так как отдельная фирма-монополист на рынке продукта находится в конкурентной ситуации на рынке труда, то она сталкивается с горизонтальной кривой предложения труда. В результате уровень занятости L’ для монополии меньше, чем занятость L0
для фирмы, не обладающей монопольной властью на рынке продукта.

Монопсония на рынке труда – монополия на рынке благ является комбинацией описанных ситуаций. В этом случае на рынке труда возникают эффекты как монопсонии, так и монопольного положения фирмы на рынке продукта.

Из условия максимизации прибыли следует: MRP’ = MSL
.

В условиях монополии R = P(Q)*Q.

В условиях монопсонии C(L) = W(L) L.

MRP’= (P + ¶ P/¶ Q*Q) MPL
= P (1+¶ P/ ¶ Q*Q / P) MPL
= P (1 + 1 / h) MPL

MCL
= ¶ C/ ¶ L = W + L* ¶ W / ¶ L = W (1 + L / W * ¶ W / ¶L) = W (1 + 1 / eS
)

P (1 + 1 / h) MPL
= W (1 + 1 / eS
), или MRP’= MCL
.

На рис. 3.11 равновесному решению в условиях монополии на рынке благ и монопсонии на рынке труда соответствует точка А (MRP’ = MCL
), уровень занятости при этом будет равен L*, он меньше, чем уровень занятости для ситуации конкурентный рынок труда – конкурентный рынок благ (L0
). чем уровень занятости для ситуации конкурентный рынок труда – монополия на рынке продукта (L’), чем уровень занятости для ситуации монопсония на рынке труда – конкурентный рынок благ (LM
). Заработная плата W* будет определяться кривой предложения труда SL
в соответствии с уровнем занятости L*. Она также меньше заработной платы для случая конкуренции (W0
), монополии (W’), монопсонии (WM
).

6. Спрос на труд в ситуации олигополии
на рынке благ

Олигополия – это тип рыночной структуры, при которой на рынке существует небольшое ограниченное количество продавцов. Конкуренция и взаимозависимость фирм в ситуации олигополии одинаково важны (кроме экстремальных случаев договорной олигополии, которая приобретает форму совместного извлечения прибыли, когда рыночная ситуация аналогична ситуации с монополистом, владеющим многими предприятиями). Теория олигополии предполагает анализ взаимного поведения фирм с позиции теории игр, поэтому вывод простой функции спроса на труд в общем случае представляется проблематичным.

Рассмотрим спрос на труд олигополии в частном случае, когда олигополистическая фирма имеет ломаную кривую спроса на рынке благ. На рис. 3.12а показано, что при текущем рыночном выпуске Y0
(определяемом равенством МС = MR) кривая спроса имеет явный перелом. Если фирма снижает свою цену, при прочих равных условиях ее конкуренты будут вынуждены снизить свои цены и кривая спроса на продукт фирмы будет относительно неэластична; если, наоборот, фирма повышает свою цену, то конкуренты не обязаны следовать за ней, и спрос на продукт фирмы станет относительно эластичным. При этих обстоятельствах фирма сталкивается с ломаной кривой спроса на продукт при текущей равновесной цене p0
. Однако ломаная кривая спроса на продукт не только предполагает взаимосвязь между ценами на продукт и выпуском, но и между заработной платой и занятостью. Перелом на рис. 3.12а происходит при равновесном уровне выпуска Y0
, который связан с применением L0
труда (рис. 3.12б). Как и в случае монополии, у олигополии цена на продукт непостоянна при разных объемах выпуска, поэтому кривая предельного дохода MR отклоняется от кривой спроса D, но так как кривая спроса имеет перелом, то кривая предельного дохода будет иметь разрыв при выпуске Y0
. Тогда кривая предельного денежного продукта труда, т.е. кривая спроса на труд DL
, также не непрерывна в точке L0
, и равновесие

происходит на пересечении MRPL
и W0
(более точно, W0
проходит через участок разрыва кривой MRPL
). После снижения уровня заработной платы с W0
до W1
фирма обнаруживает, что ее предельные издержки на производство единица продукта снизились с MC0
до MC1
(рис. 3.12а). Тем не менее оптимальный размер выпуска не изменился, и изменение заработной платы не ведет к изменению в спросе фирмы на труд. Однако немного большее сокращение ставки заработной платы заставило бы фирму переместиться вниз по MR (рис. 3.12а), и аналогично вниз по DL
(рис. 3.12б). Теория олигополии на основе ломаной кривой спроса показывает, что по крайней мере в краткосрочном периоде олигополистический спрос на труд может быть жестким даже при существенных изменениях в заработной плате (в то же время необходимо отметить, что эта теория не объясняет возникновение ситуации первоначального равновесия).

Модель взаимозависимой олигополии. Есть несколько моделей олигополии, которые пытаются объяснить равновесную позицию фирмы на основе специфической кривой рыночного спроса на продукт и заданного набора поведенческих правил, которые лежат в основе реакции одной фирмы на поведение ее конкурентов. Например, модель Курно предполагает, что каждая фирма ведет себя так, как будто ее конкуренты собираются поддерживать выпуск на постоянном уровне; в модели Бертрана каждая фирма предполагает, что ее конкуренты поддерживают цены на постоянном уровне. Следовательно, каждая фирма имеет набор уровней выпуска (в модели Курно) или уровней заработной платы (в модели Бертрана), которые максимизируют их прибыли при соответствующих выбранных конкурентами уровнях выпуска или цен. Этот набор оптимальных точек лежит вдоль кривой реакции каждой фирмы. Для определенных относительных наклонов кривых реакции их пересечение может быть показано как устойчивое равновесие. Простая модель дуополии Курно показана на рис. 3.13.

Кривые p1
и p2
– линии изоприбыли соответственно для фирмы 1 и 2. При каждом уровне выпуска своих конкурентов фирма пытается достичь наивысшей прибыли. Это происходит путем выбора линии изоприбыли, ближайшей к горизонтальной оси для фирмы 1, и ближайшей к вертикальной оси для фирмы 2. Из-за формы линий изоприбыли они всегда включают наивысшую точку U-образной кривой. Таким образом, если фирма 2 выбирает Y2
= 0, фирма 1 выбирает точку а на p01
; если фирма 2 выбирает Y*2
, фирма 1 выбирает точку b на p*1
, чем ниже выпуск конкурента, тем больше прибыль для другой фирмы. Таким образом, фирма 1 может зарабатывать p01
, если Y2
= 0 (т.е. фирма 1 является монополистом), и аналогично фирма 2 может получать p02
, если Y1
= 0. Следовательно, p*1
< p01
и p*2
< p02
. Объединение наивысших точек p1
дает кривую реакции фирмы 1 R01
. Кривая реакции – это набор выпусков фирмы 1, которые она выберет в зависимости от заданного выпуска фирмы 2. Аналогично объединение наивысших точек p2
дает R02
– набор выпусков, которые предпочтет фирма 2 при данном выпуске фирмы 1. Единственная комбинация выпуска, которая удовлетворит обе фирмы, произойдет в точке b, где R01
пересекается с R02
. Таким образом, в условиях конкуренции равновесные уровни выпуска составят Y*1
и Y*2
. Они будут определять спрос фирм на труд в условиях равновесия. Отметим, однако, что существует точка, более благоприятная для одной или для обеих фирм. Если фирмы заключат тайный сговор, то они смогут передвинуться в точку с, где p**1
является касательной к p**2
(p**1
> p*1
и p**2
> p*2
), и спрос на труд будет выше в условиях конкуренции, чем в условиях сговора.

Что произойдет со спросом на труд при снижении заработной платы? Во-первых, снижение заработной платы ведет к нормальным эффектам замещения, т.е. к более высокому спросу на труд и более низкому спросу на капитал. Величина этого эффекта зависит от эластичности замещения. Во-вторых, сокращение заработной платы влияет на выпуск. Следовательно, если выпуск фирмы 2 равен Y*2
, то данный уровень прибыли, такой как p*1
может теперь быть достигнут при более высоком уровне выпуска фирмы 1. Другими словами, кривая реакции фирмы 1 сдвигается с R01
до R11
. Аналогично снижение заработной платы в фирме 2 выражается в сдвиге ее кривой реакции с R02
до R12
. Если только фирма 1 испытывает сокращение заработной платы, ее выпуск растет до Y21
, в фирме 2 снижается до Y12
. Таким образом, при прочих равных условиях фирма 1 увеличит, а фирма 2 сократит спрос на труд. Чистый эффект зависит от относительных наклонов кривых реакции, так же как лежащий в основе эффект замещения. Если мы сохраняем положение о конкурентных рынках труда, на обеих фирмах произойдет сокращение заработной платы. Новое равновесие возникнет в точке d, где R11
пересекает R12
. Выпуск теперь выше для обеих фирм и, если эффект замещения работает в том же направлении, спрос на труд будет расти.

Таким образом, в случае взаимозависимой олигополии можно сделать несколько выводов о кривой спроса на труд. Первое: можно ожидать, что снижение заработной платы выразится в нормальном эффекте замещения в пользу труда и от капитала. Второе: можно показать, что (для нормальных кривых дохода и издержек) кривые реакции в модели Курно сдвигаются к северо-востоку, а кривые реакции в модели Бертрана сдвигаются к юго-западу, подразумевая более высокий уровень выпуска и спроса на труд для каждой фирмы, испытывающей сокращение заработной платы. Эффекты масштаба и замещения для независимого олигополиста действуют на спрос на труд в ожидаемом направлении. Наконец, при прочих равных условиях кривая спроса на труд, когда фирмы сотрудничают для достижения наивысшей прибыли, в целом будет ниже при каждом данном уровне заработной платы, чем в случае независимого олигополиста.

7. Олигополистический рынок труда

Обычно в теории рассматриваются рыночные структуры, которые характеризуются экстремальными случаями рыночной власти. В реальном мире большинство рынков труда скорее характеризуются промежуточными уровнями рыночной власти, чем экстремальными. На стороне спроса на рынке труда ситуация олигопсонии, когда работники нанимаются относительно небольшим количеством работодателей, является наиболее распространенной формой рыночной структуры.

Рассмотрим спрос на труд олигопсонии, опираясь на теорию ломаной кривой предложения. Предположим, что выполняются следующие предпосылки:

не существует сговора между фирмами-олигопсонистами на рынке труда;

фирма сталкивается с конкурентным предложением труда, не объединенным в профсоюз и не обладающим рыночной силой;

рынок труда характеризуется совершенной мобильностью и информацией.

Кривая предложения показана на рис. 3.14. Если W0
– существующая ставка заработной платы, то SL1
– кривая предложения труда фирме-олигопсонисту при предположении, что никто из конкурентов не реагирует на любые изменения заработной платы, которые производит данная фирма. SL2
– кривая предложения труда, с которой олигопсонист столкнется при условии, что конкуренты копируют любые изменения в заработной плате, совершаемые им. Кривая SL2
более неэластична, чем кривая SL1
. Другие фирмы-олигопсонисты на этом рынке труда не будут следовать сокращению ставки заработной платы, предпринятому данной фирмой, так как в этом случае они оказываются в более выгодном положении – их повышенная ставка заработной платы обеспечит им преимущества при найме рабочей силы. Но в случае, если данная фирма повысит ставку заработной платы, другие фирмы последуют за ней, так как иначе они попадают в менее выгодное положение и могут испытать отток рабочей силы. Следовательно, выше существующей ставки заработной платы W0
кривая предложения труда соответствует SL2
, а ниже – SL1
. В результате образуется ломаная кривая предложения труда с точкой излома, соответствующей первоначальной заработной плате W0
.

Первоначально рассмотрим спрос на труд в ситуации, когда олигопсонист на рынке труда не обладает монопольной силой на рынке благ. Рисунок 3.15 показывает ломаную кривую предложения труда с точкой перелома, соответствующей заработной плате W0
и занятости L0
. Кривая предложения труда сравнительно эластична на отрезке ab и менее эластична на отрезке bc. Это создает разрыв в кривой предельных издержек на труд MCL
. Равновесие на таком рынке труда будет установлено при равенстве предельных издержек на труд MCL
предельному денежному продукту труда, MRP1
, при уровне занятости L0
(или, более точно, MRP1
проходит через разрыв в MCL
при данном уровне занятости). Любое движение кривой MRP между MRP1
и MRP2
не оказывает влияния на заработную плату и занятость. Следствием из этой модели являются жесткость заработной платы и сохранение уровня занятости в периоды циклического спада.

В ситуации олигопсонии на рынке труда – олигополии на рынке продукта (рис. 3.16) вывод о жесткости заработной платы усиливается. Олигополист на рынке благ, сталкиваясь с ломаной кривой спроса на его продукт, имеет ломаную кривую среднего денежного продукта труда и разрыв в кривой предельного денежного продукта труда. Кривая спроса может теперь двигаться в определенном диапазоне, не оказывая влияния на заработную плату. Границы этого диапазона будут определяться при движении кривой спроса вверх совпадением точки d с точкой b, при этом точка а перемещается вверх и образует точку а’ (a’b = ad), a при движении кривой спроса вниз – совпадением точки а с точкой с, перемещением точки d вниз и образованием точки d’ (сd’ = ad). Общая величина диапазона жесткости заработной платы составит a’d’ = a’b + bc + cd’ = 2ad + bc. Жесткость заработной платы теперь еще сильнее, так как два разрыва (в кривой предельных издержек и в кривой предельного денежного продукта) накладываются друг на друга.

Рис. 3.16. Олигопсония на рынке труда – олигополия на рынке продукта

8. Минимальная заработная плата

Государственное регулирование рынка труда во многих странах предусматривает законодательно установленный уровень минимальной заработной платы. Возможны два варианта. Первый: минимальная заработная плата распространяется на весь рынок труда – это модель минимальной заработной платы с полным охватом рынка. Второй: когда минимальная заработная плата распространяется только на часть отраслей или профессий – это модель минимальной заработной платы с неполным охватом рынка.

В первом случае установление минимальной заработной платы выше равновесной заработной платы для данного рынка труда при прочих равных условиях приводит к уменьшению уровня занятости и увеличению уровня безработицы (как правило, для неквалифицированной рабочей силы).

Рис. 3.17. Модель минимальной заработной платы с полным охватом рынка

Причем величина сокращения занятости на рис. 3.17 (L0
– Lmin
) при данной Wmin
будет определяться эластичностью спроса на труд, а количество незанятых, претендующих на рабочие места, увеличится еще на величину (L’ – L0
), которая будет определяться эластичностью предложения труда, и их общее количество составит (L’ – Lmin
).

Для преодоления негативного влияния введения минимальной заработной платы на занятость неквалифицированной рабочей силы (например, молодежи) иногда устанавливают отдельный уровень минимальной заработной платы (субминимум) ниже, чем для всего рынка труда.

При анализе модели минимальной заработной платы с неполным охватом рынка (рис. 3.18) допустим, что работники могут свободно перемещаться между двумя секторами рынка труда и что предложение труда имеет низкую эластичность (кривая предложения труда расположена вертикально). Мобильность работников означает, что первоначально заработная плата в обоих секторах одинакова. Введение минимальной заработной платы Wmin
в первом секторе вытеснит из него (L1
– Lmin
) работников (величина, определяемая эластичностью спроса на труд в первом секторе), которые перейдут во второй сектор и увеличат предложение труда, в результате этого во втором секторе занятость возрастет до L’ = L2
+ (L1
– Lmin
), а заработная плата уменьшится на W0
– W’ (величина, определяемая эластичностью спроса на труд во втором секторе).

Рис. 3.18. Модель минимальной заработной платы с неполным охватом рынка

В условиях монопсонии возможны положительные эффекты минимальной заработной платы на занятость и заработную плату. На рис. 3.19 минимальная заработная плата Wmin
установлена на уровне, превышающем монопсонистически равновесный уровень заработной платы WM
. При этом кривая предложения труда примет вид кривой Wmin
CSL
, а кривая предельных издержек – Wmin
CBMCL
. Уровень занятости L’ определяется условием максимизации прибыли и соответствует горизонтальным координатам точки D, в которой MCL
= MRP (где MCL
– новая кривая предельных издержек Wmin
CBMCL
) и L’>LM
. Положительный эффект минимальной заработной платы на занятость будет сохраняться при установлении Wmin
в интервале WM
< Wmin
< W*, где W* = MCL
= MRP – заработная плата, равная предельным издержкам, когда они равны предельному денежному продукту труда до установления минимальной заработной платы.

9. Двусторонняя монополия на рынке труда

Двусторонней монополией на рынке труда называется случай, когда работодатель является единственным покупателем труда (монопсонистом), а продавец труда обладает монопольной силой (например, работники, объединенные в профсоюз).

Профсоюз может нейтрализовать монопольную силу работодателя-монопсониста, предлагая труд своих членов по единой определенной заработной плате и создавая участок совершенно эластичного предложения труда. В этом случае будет возникать эффект, аналогичный эффекту минимальной заработной платы на монопсонистическом рынке труда.

На рис. 3.20 профсоюз устанавливает заработную плату на уровне WU
, тогда кривая предложения труда примет вид WU
CSL
, и пересечение ее с кривой MRP определит уровень занятости LU
, т.е. монопольные действия профсоюза позволили увеличить уровень занятости и заработной платы по сравнению с соответствующими уровнями монопсонистического равновесия (LM
, WM
). Как и в случае минимальной заработной платы, положительное влияние профсоюза при определении им заработной платы на монопсонистическом рынке труда ограничено интервалом WM
< Wmin
< W*, где W* = MCL
= MRP – заработная плата, равная предельным издержкам, когда они равны предельному денежному продукту труда до действия профсоюза.

Модель профсоюза-монополиста предполагает, что помимо нейтрализации монопольной силы работодателя он будет также стремиться вести себя на рынке аналогично фирме-монополисту на рынке продукта и будет увеличивать заработную плату до такого уровня, чтобы максимизировать экономическую ренту работающих членов профсоюза. Тогда при двусторонней монополии со стороны покупателя труда определение заработной платы и занятости происходит в соответствии с моделью монопсонистического рынка труда (рис. 3.21) и при равенстве MCL
и MRP в точке А заработная плата составит W1
, занятость L1
, а со стороны продавца труда, профсоюза заработная плата W2
и занятость L2
будут определяться равенством предельного дохода от продажи услуг труда членов профсоюза MR и цены предложения их труда. Занятость L2
будет соответствовать горизонтальным координатам точки В (точка пересечения кривых MR и SL
), а заработная плата W2
– заработной плате найма L2
работников, определяемой кривой предельного денежного продукта труда MRP.

Таким образом, работодатель и профсоюз стремятся ограничить конкурентный уровень занятости Le
: первый, чтобы максимизировать прибыль, второй, чтобы максимизировать коллективную экономическую ренту. Заработная плата в модели двусторонней монополии остается неопределенной и может быть установлена в интервале между W1
и W2
, в котором находится и уровень заработной платы We
, соответствующий конкурентному рынку труда. Конкретный уровень заработной платы устанавливается путем переговоров.

Рис. 3.21. Двусторонняя монополия

10. Неравновесный рынок труда

конкуренция спрос монополия неравновесный труд

Модель равновесного рынка труда основывается на том, что в точке равновесия DL
(W*) = SL
(W*)= L*, и равновесная заработная плата W* «очищает рынок», т.е. нет ни избыточного спроса, ни избыточного предложения.

Модель неравновесного рынка труда исходит из того, что уровень занятости определяется «короткой стороной рынка», или спросом на труд, или предложением труда, в зависимости от того, что из них меньше при данной заработной плате, L = min (DL
, SL
). Кривые спроса и предложения труда в этой модели могут быть интерпретированы как отражающие максимальное количество труда, которое может быть обменено при данной ставке заработной платы. На рис. 3.22 видно, что при ставке заработной платы W1
(больше равновесной заработной платы, W1
> W0
) работодатели не захотят в соответствии с кривой спроса на труд DL
нанять больше работников, чем L1
, т.е. количество труда определено спросом на труд, несмотря на то, что предложение труда больше. При ставке заработной платы W2
(меньше равновесной заработной платы, W2
< W0
) предложение труда будет меньше, чем спрос на труд, но работодатели наймут предложенное количество труда, потому что в этой ситуации они получат прибыль. Предельный денежный продукт при уровне занятости L2
превысит заработную плату, т.е. количество труда определено предложением, несмотря на то, что спрос на труд больше. В противоположность равновесной модели рынка труда, которая предполагает существование единственной комбинации заработной платы и занятости в точке Е, неравновесная модель предполагает, что комбинаций заработной платы и занятости может быть много и они определяются линией AЕВ.

Поведение заработной платы в неравновесной модели описывается уравнением Wt
= Wt1
+ у (DL
— SL
), у >0. Скорость, с которой заработная плата стремится к равновесной, определяется параметром у. Если у велик, то рынок труда быстро движется к равновесию, если у мал, то неравновесная ситуация на рынке труда сохраняется значительное время. Направление движения заработной платы служит в данном случае точным указателем того, что является сдерживающим фактором – спрос или предложение. Если заработная плата растет, то занятость определяется предложением труда, если снижается – спросом на труд.

Рис. 3.22. Неравновесный рынок труда

Библиографический список

1. Жизнин С.З., Крупнов В.И. Как стать бизнесменом. – Минск: Предприниматель, 2010. – 64 с.

2. Зотов В.В. О роли концепции «экономического человека» в постановке проблемы мотивации // Мотивация экономической деятельности: [Сб. ст.]. М.: ВНИИСИ, 2009. Вып. 7. С. 72–79.

3. Калачева Л.Л. Условия труда. – Новосибирск: Наука, 2009. – 386 с.

4. Калачева Л.Л. Условия труда: Методологические вопросы комплексного исследования. Новосибирск: Наука., 2008. – 286 с.

5. Квалификационный справочник должностей руководителей, специалистов и служащих. Нормативно-производств. издание // Госкомтруда СССР, ВЦСПС. – М.: Экономика, 2010. – 272 с.

Функционирование рынка труда

Название: Функционирование рынка труда

Вид работы: курсовая работа

Рубрика: Экономика

Размер файла: 160,21 Kb

Скачать файл: referat.me-390660.docx

Краткое описание работы: Определение заработной платы и занятости в условиях совершенной конкуренции. Подстройка рынка на взаимосвязанных локальных рынках труда. Спрос на труд при различной структуре рынка благ и рынка труда. Двусторонняя монополия и неравновесный рынок труда.

1. Конкурентный рынок труда

Конкурентный рынок труда определяется следующими характеристиками.

1. Большое количество фирм, конкурирующих с друг другом за наем определенного вида труда на одинаковые рабочие места.

2. Большое количество работников, имеющих одинаковую квалификацию и независимо друг от друга предлагающих свои услуги труда.

3. Ни работники, ни фирмы не могут контролировать рыночную заработную плату.

4. Совершенная информация, получение которой не связано с издержками, и совершенная мобильность.

На конкурентном рынке труда в краткосрочном периоде отдельная фирма сталкивается с совершенно эластичной кривой предложения труда. Рыночный уровень заработной платы определен, и фирма из-за незначительности своей доли на рынке не оказывает на него никакого влияния.

Для рынка в целом кривая предложения труда имеет положительный наклон. На рис. 3.1 а равновесие достигается при пересечении спроса DL
и предложения SL
в точке А для отдельной фирмы и на рис. 3.16 при пересечении спроса DLM
и предложения SLM
в точке В для рынка в целом.

При изменении в спросе на труд или в предложении труда происходит подстройка рынка – процесс достижения новой точки равновесия, нахождение нового уровня занятости и заработной платы. Рассмотрим подстройку рынка труда в ответ на повышение спроса на труд.

В первоначальный момент рынок находился в равновесии в точке А (рис. 3.2), с заработной платой W0
и занятостью L0
. Повысился спрос на труд, что сдвинуло кривую спроса на труд в краткосрочном периоде вправо от DS
к D’S
и привело к повышению заработной платы от W0
до W1
. В ответ в соответствии с краткосрочной кривой предложения труда SS
уровень занятости увеличился до L1
, и новое равновесие рынка труда было достигнуто в точке В. Заработная плата возросла значительно, а занятость увеличилась незначительно. В долгосрочном периоде и спрос (DL
), и предложение (SL
) труда более эластичны. С одной стороны, растет предложение труда, на рынок входят новые работники, привлекаемые высокой заработной платой, с другой стороны, постепенно происходит замещение дорогостоящего труда капиталом. В результате долгосрочной подстройки заработная плата снижается до уровня W2
, а занятость повышается до уровня L2
, равновесие в долгосрочном периоде достигается в точке С.

Для линейных функций спроса на труд и предложения труда заработная плата и занятость в точке равновесия будут определяться следующим образом:

DL
= а + bW – функция спроса на труд, b<0,

SL
= с + dW – функция предложения труда.

Тогда в точке равновесия DL
= SL
= L* и а + bW = c + dW.

Отсюда равновесная заработная плата равна W* = (а — с) / (d — b), где b<0.

Через функцию спроса или предложения находится равновесный уровень занятости L* = (ad — bc) / (d — b).

Для случая функций спроса и предложения с постоянной эластичностью точка равновесия определяется следующим образом:

DL
= АWeD
– функция спроса на труд,

SL
= BWeS
– функция предложения труда,

где eD
– эластичность спроса на труд, eD
< О,

а eS
– эластичность предложения труда, eS
> 0.

Логарифмируя функции предложения и спроса, получаем:

lnDL
= lnA + eD
lnW,

lnSL
= lnB + eS
lnW.

В точке равновесия lnА + eD
1nW = lnB + eS
lnW, отсюда для равновесной заработной платы ее логарифм равен:

lnW* = (lnА — lnB) / (eS
— eD
).

Через функции спроса и предложения для равновесного уровня занятости находим его логарифм:

lnL* = (lnAeS
– 1nBeD
) / (eS
— eD
).

Для достижения новой точки равновесия важна гибкость рынка труда – при расхождении спроса и предложения труда способность быстро осуществлять подстройку рынка за счет изменения заработной платы или количества используемого труда.

Гибкость рынка труда рассматривается обычно в четырех основных аспектах.

1. Гибкость общего уровня реальных издержек на труд.

2. Относительная гибкость реальных издержек на труд по отраслям.

3. Трудовая мобильность.

4. Степень гибкости рабочего времени и режимов труда.

Соответственно затруднять подстройку могут факторы, ограничивающие гибкость рынка труда: жесткость заработной платы, ограничения в мобильности рабочей силы, жесткость режимов рабочего времени.

2. Подстройка рынка: «выход – голос»

Рассмотренная подстройка рынка труда была основана на стандартной конкурентной модели рынка труда, где заработная плата и занятость определяются рыночным равновесием спроса и предложения, а это равновесие достигается за счет мобильности работников и гибкости цен. Такой механизм подстройки получил название «выход», в результате его действия устанавливается заработная плата, приводящая в равновесие спрос и предложение («очищающая» рынок труда). На рис. 3.3 на локальном рынке труда первоначальное равновесие спроса DL
и предложения S1L
. достигается при заработной плате W1
и уровне занятости L1
. Если условия труда ухудшаются, то предложение труда сократится до S2L
, часть работников уволится и покинет этот рынок, и уровень занятости упадет до L2
. В ответ на это работодатель повысит уровень заработной платы до W2
, что привлечет обратно часть работников, и уровень занятости повысится до L3
, который будет новым равновесным уровнем занятости для спроса DL
и предложения S2L
.

Необходимые условия для установления нового уровня равновесия при этом будут следующие:

работники осведомлены о том, что произошло ухудшение условий труда;

ухудшение условий труда настолько велико, что при данном уровне заработной платы у работников возникает желание уволиться;

нет препятствий для мобильности работников;

не существует контактов между работодателями и работниками, поэтому для работников единственный способ сообщить работодателю о неудовлетворенности условиями труда при данной заработной плате – это уволиться («проголосовать ногами»).

Увольнение для работников связано с издержками (поиск новой работы, вероятность получить работу с заработной платой меньше, чем предыдущая, потеря отдачи от инвестиций в специфический человеческий капитал и т.д.). Увольняться будут те работники, для которых выгоды от увольнения превышают издержки. При прочих равных условиях это – работники более молодого возраста, не имеющие семьи (так как решения о мобильности и миграции сильно зависят от выгод и издержек для всей семьи), те, кто произвел небольшие инвестиции в специфический человеческий капитал.

Если бы все работники были одинаково мобильны, предложение труда было бы совершенно эластично, и при ухудшении условий труда фирма была бы вынуждена закрыться. Мобильные работники дают фирме необходимый сигнал, что требуются изменения в соотношении заработной платы и условий труда, а немобильные предоставляют работодателю возможность исправить ситуацию.

Издержки увольнения, мобильности составляют для работника трансакционные издержки на рынке труда. Если они велики, то предложение труда может быть совершенно неэластично в краткосрочном периоде, работники «привязаны» к фирме. В этом случае механизм подстройки модифицируется.

На рис. 3.4 кривая предложения SL
отражает долгосрочное предложение труда, кривая SRSL
– краткосрочное совершенно неэластичное предложение труда. При ухудшении условий труда при данном уровне заработной платы W1
из-за высоких трансакционных издержек работники не увольняются, и снижения занятости до L2
не происходит. Реакция работников выражается в снижении трудовых усилий и производительности труда. Работодатели в ответ на снижение производительности снижают спрос на труд от D1L
к D2L
и заработная плата падает до W2
. Но такая реакция может вызвать со стороны работников только дальнейшее снижение производительности труда, и достижение устойчивого равновесия становится невозможным.

Поэтому для работодателя в этом случае выгодно организовать обмен информации с работниками, избегая издержек, связанных с падением производительности, и трансакционных издержек, связанных с увольнениями, неизбежными в более длительном периоде. Такой обмен информацией позволяет устранить причины, вызвавшие ухудшение условий труда, поднять производительность труда и сдвинуть спрос от D2L
к D1L
, восстановив прежнюю точку равновесия. Этот механизм подстройки получил название механизма «голоса», так как подстройка и достижение равновесия происходят в результате обмена информацией между работниками и работодателями. Обмен информацией осуществляется с помощью специальных институтов, одним из которых выступает профсоюз.

С помощью механизма «выхода» обычно регулируется уровень оплаты труда, с помощью механизма «голоса» – условия труда.

3. Взаимодействие локальных рынков труда

Предпосылки конкурентного рынка труда содержат требования об однородности рабочих мест и работников. В целом для рынка труда эта предпосылка не выполняется. Рынок труда распадается на локальные рынки однородного труда по видам деятельности, отраслям, профессиям, квалификации работников, территориальному местоположению. Между такими локальными рынками труда существует определенная мобильность рабочей силы. Рассмотрим подстройку рынка труда, состоящего из локальных рынков труда.

Предположим, что рынок труда имеет двухсекторную структуру и состоит из двух локальных рынков труда по профессиям А и В, между которыми нет ограничений мобильности. Первоначально на каждом из локальных рынков труда установилась равновесная ситуация (рис. 3.5). Так как мобильность совершенна, то равновесная заработная плата W0
будет одинаковой на обоих рынках. Теперь допустим, что на рынке труда по профессии А произошел сдвиг спроса от DA0
до DA1
, повысивший спрос на работников этой профессии. Это приведет к росту заработной платы на рынке труда А до W*. В результате изменится соотношение заработных плат на рынках труда А и В, заработная плата на рынке труда В станет относительно низкой (W0
/W*< l), что в условиях отсутствия ограничений для мобильности рабочей силы приведет к переходу части работников с рынка труда по профессии В на рынок труда по профессии А. На рынке труда В предложение труда уменьшится и кривая SB0
сдвинется влево, на рынке труда А предложение труда увеличится и кривая SA0
сдвинется вправо. В итоге через некоторое время установится новая равновесная заработная плата W1
, которая будет равновесной для каждого из локальных рынков труда, причем W1
> W0
и W1
< W*. Занятость на рынке труда А увеличится до LA1
, на рынке труда В уменьшится до LB1
.

Таким образом, в условиях мобильности рабочей силы между локальными рынками труда заработная плата на данном локальном рынке труда будет зависеть не только от спроса на труд и предложения труда на этом локальном рынке труда, но и от заработной платы (и соответственно от спроса на труд и предложения труда) на других локальных рынках труда, с которыми данный локальный рынок труда связывают потоки мобильной рабочей силы. То есть для данного локального рынка труда j:

Wj
= g (DL
j, SL
j, Wi
),

где при i = 1,…, k, i*¹ j, Wi
– заработная плата на других локальных рынках труда.

Подстройка на рынке труда возникает в ответ на избыток или нехватку труда. Нехватку на рынке труда можно рассматривать как ситуацию, когда спрос превышает предложение при доминирующей текущей заработной плате и заработная плата имеет тенденцию к повышению (избыток определяется как обратная ситуация, когда предложение превосходит спрос). При нехватке доминирующая заработная плата ниже равновесной, показателем нехватки служит разность между объемом спроса на труд и предложения труда при доминирующей заработной плате. Объем нехватки может быть оценен с помощью показателей занятости, безработицы, вакансий. Однако следует учесть, что на локальных рынках труда сложность подстройки рынка будет определяться не только размерами нехватки, но и тем, насколько велик разрыв между доминирующей и равновесной заработной платой. Чем больше этот разрыв, тем сложнее подстройка рынка. При прочих равных условиях величина этого разрыва будет прямо зависеть от эластичности спроса на труд и предложения труда. Так, на рис. 3.6 показана ситуация на двух примерно равных по объему рынках труда, где LA
*= LB
*, испытывающих нехватку при доминирующей заработной плате WA0
= WB0
. На рынке труда А размер нехватки превышает нехватку на рынке труда В [(LA0
– LA1
)>(LB0
– LB1
)), но поскольку разрыв между уровнями доминирующей и равновесной заработной платы на рынке труда В больше, чем на рынке труда А [(WB
* — WB0
) > (WA
* — WA0
)], то, вероятно, процесс подстройки на рынке В будет осуществляться сложнее, чем на рынке А.

4. Монопсония на рынке труда

Монопсония на рынке труда – это ситуация, когда существует только один покупатель данного вида труда, один работодатель. В этом случае работодатель (при предположении о совершенной конкуренции со стороны продавца труда) сталкивается с рыночной кривой предложения труда, имеющей положительный наклон, и вынужден нанимать каждую последующую единицу труда по цене ее предложения. При недискриминирующей монопсонии работодатель всем работникам платит одинаковую заработную плату, равную средним издержкам на труд (АСL
), но для найма дополнительной единицы труда он должен предложить более высокую заработную плату, чем уже платит, и новому работнику, и прежним.

При монопсонии ставка заработной платы и предельные издержки на труд являются возрастающими функциями от количества используемого труда W = f(L), MСL
= g(L). Кривая предельных издержек на труд MСL
, отклоняется от кривой предложения труда SL
и расположена круче.

Из условия максимизации прибыли следует MRP = MСL
.

В условиях монопсонии издержки C(L) = W(L) L.

L
= ¶C / ¶L = W + L * ¶W / ¶L = W (1 + L / W * ¶W/ ¶L) = W (1 + l /eS
),

где eS
= ¶L / L / ¶W / W – эластичность предложения труда.

Уровень занятости при монопсонии LM
определяется условием максимизации прибыли и соответствует горизонтальным координатам точки А на рис. 3.7, в которой MCL
= MRP. Ставка заработной платы WM
определяется для этого уровня занятости, исходя из кривой предложения труда и соответствует вертикальным координатам точки В на рис. 3.7. Уровень занятости и ставка заработной платы при монопсонии меньше уровня занятости и ставки заработной платы, соответствующих совершенно конкурентному рынку труда.

Кривая MRP не является кривой спроса на труд, у монопсониста она отсутствует, так как спрос зависит от характеристик предложения труда. На рис. 3.8 видно, что одному и тому же уровню занятости L0
соответствует и заработная плата W0
, определяемая кривой предложения труда SL
, и заработная плата W’, определяемая кривой предложения труда SL
’.

5. Спрос на труд при различной структуре рынка благ и рынка труда

При комбинации условий совершенной и несовершенной конкуренции на рынке труда и на рынке благ возможны четыре ситуации.

1. Совершенная конкуренция на рынке труда – совершенная конкуренция на рынке благ (квадрант I на рис. 3.9).

2. Несовершенная конкуренция на рынке труда (монопсония) – совершенная конкуренция на рынке благ (квадрант II).

3. Совершенная конкуренция на рынке труда – несовершенная конкуренция на рынке благ (монополия) (квадрант III).

4. Монопсония на рынке труда – монополия на рынке благ (квадрант IV).

При несовершенной конкуренции на рынке благ (монополии) и совершенной конкуренции на рынке труда фирма на рынке благ находится в ситуации, когда цена продукта зависит от объема выпуска P(Q), и кривая предельного дохода MR будет иметь больший отрицательный наклон, чем кривая спроса на продукт.

Из условия максимизации прибыли следует: MRP = MCL
.

В условиях монополии доход R = P(Q) * Q,

MRP = (P + ¶ P/ ¶Q*Q) MPL
= P (1+¶ P / ¶Q*Q / P) MPL
= Р (1 + 1 / h) MPL
,

где h – эластичность спроса по цене продукта фирмы.

Р (1 + 1 / h) MPL
= MCL
= W.

Рис. 3.9. Комбинации структуры рынка труда и рынка благ

И так как h < 0, а Р > 0, W > 0, MPL
> 0, то спрос на труд монополии D’L
= MRP = MPL
* MR для каждого уровня заработной платы меньше спроса на труд фирмы, находящейся в ситуации совершенной конкуренции на рынке благ DL
= MRP = MPL
* P.

Как видно на рис. 3.10, кривая спроса на труд для монополии D’L
расположена ниже и она менее эластична, чем кривая спроса на труд DL
для конкурентного рынка продукта фирмы. Так как отдельная фирма-монополист на рынке продукта находится в конкурентной ситуации на рынке труда, то она сталкивается с горизонтальной кривой предложения труда. В результате уровень занятости L’ для монополии меньше, чем занятость L0
для фирмы, не обладающей монопольной властью на рынке продукта.

Монопсония на рынке труда – монополия на рынке благ является комбинацией описанных ситуаций. В этом случае на рынке труда возникают эффекты как монопсонии, так и монопольного положения фирмы на рынке продукта.

Из условия максимизации прибыли следует: MRP’ = MSL
.

В условиях монополии R = P(Q)*Q.

В условиях монопсонии C(L) = W(L) L.

MRP’= (P + ¶ P/¶ Q*Q) MPL
= P (1+¶ P/ ¶ Q*Q / P) MPL
= P (1 + 1 / h) MPL

MCL
= ¶ C/ ¶ L = W + L* ¶ W / ¶ L = W (1 + L / W * ¶ W / ¶L) = W (1 + 1 / eS
)

P (1 + 1 / h) MPL
= W (1 + 1 / eS
), или MRP’= MCL
.

На рис. 3.11 равновесному решению в условиях монополии на рынке благ и монопсонии на рынке труда соответствует точка А (MRP’ = MCL
), уровень занятости при этом будет равен L*, он меньше, чем уровень занятости для ситуации конкурентный рынок труда – конкурентный рынок благ (L0
). чем уровень занятости для ситуации конкурентный рынок труда – монополия на рынке продукта (L’), чем уровень занятости для ситуации монопсония на рынке труда – конкурентный рынок благ (LM
). Заработная плата W* будет определяться кривой предложения труда SL
в соответствии с уровнем занятости L*. Она также меньше заработной платы для случая конкуренции (W0
), монополии (W’), монопсонии (WM
).

6. Спрос на труд в ситуации олигополии
на рынке благ

Олигополия – это тип рыночной структуры, при которой на рынке существует небольшое ограниченное количество продавцов. Конкуренция и взаимозависимость фирм в ситуации олигополии одинаково важны (кроме экстремальных случаев договорной олигополии, которая приобретает форму совместного извлечения прибыли, когда рыночная ситуация аналогична ситуации с монополистом, владеющим многими предприятиями). Теория олигополии предполагает анализ взаимного поведения фирм с позиции теории игр, поэтому вывод простой функции спроса на труд в общем случае представляется проблематичным.

Рассмотрим спрос на труд олигополии в частном случае, когда олигополистическая фирма имеет ломаную кривую спроса на рынке благ. На рис. 3.12а показано, что при текущем рыночном выпуске Y0
(определяемом равенством МС = MR) кривая спроса имеет явный перелом. Если фирма снижает свою цену, при прочих равных условиях ее конкуренты будут вынуждены снизить свои цены и кривая спроса на продукт фирмы будет относительно неэластична; если, наоборот, фирма повышает свою цену, то конкуренты не обязаны следовать за ней, и спрос на продукт фирмы станет относительно эластичным. При этих обстоятельствах фирма сталкивается с ломаной кривой спроса на продукт при текущей равновесной цене p0
. Однако ломаная кривая спроса на продукт не только предполагает взаимосвязь между ценами на продукт и выпуском, но и между заработной платой и занятостью. Перелом на рис. 3.12а происходит при равновесном уровне выпуска Y0
, который связан с применением L0
труда (рис. 3.12б). Как и в случае монополии, у олигополии цена на продукт непостоянна при разных объемах выпуска, поэтому кривая предельного дохода MR отклоняется от кривой спроса D, но так как кривая спроса имеет перелом, то кривая предельного дохода будет иметь разрыв при выпуске Y0
. Тогда кривая предельного денежного продукта труда, т.е. кривая спроса на труд DL
, также не непрерывна в точке L0
, и равновесие

происходит на пересечении MRPL
и W0
(более точно, W0
проходит через участок разрыва кривой MRPL
). После снижения уровня заработной платы с W0
до W1
фирма обнаруживает, что ее предельные издержки на производство единица продукта снизились с MC0
до MC1
(рис. 3.12а). Тем не менее оптимальный размер выпуска не изменился, и изменение заработной платы не ведет к изменению в спросе фирмы на труд. Однако немного большее сокращение ставки заработной платы заставило бы фирму переместиться вниз по MR (рис. 3.12а), и аналогично вниз по DL
(рис. 3.12б). Теория олигополии на основе ломаной кривой спроса показывает, что по крайней мере в краткосрочном периоде олигополистический спрос на труд может быть жестким даже при существенных изменениях в заработной плате (в то же время необходимо отметить, что эта теория не объясняет возникновение ситуации первоначального равновесия).

Модель взаимозависимой олигополии. Есть несколько моделей олигополии, которые пытаются объяснить равновесную позицию фирмы на основе специфической кривой рыночного спроса на продукт и заданного набора поведенческих правил, которые лежат в основе реакции одной фирмы на поведение ее конкурентов. Например, модель Курно предполагает, что каждая фирма ведет себя так, как будто ее конкуренты собираются поддерживать выпуск на постоянном уровне; в модели Бертрана каждая фирма предполагает, что ее конкуренты поддерживают цены на постоянном уровне. Следовательно, каждая фирма имеет набор уровней выпуска (в модели Курно) или уровней заработной платы (в модели Бертрана), которые максимизируют их прибыли при соответствующих выбранных конкурентами уровнях выпуска или цен. Этот набор оптимальных точек лежит вдоль кривой реакции каждой фирмы. Для определенных относительных наклонов кривых реакции их пересечение может быть показано как устойчивое равновесие. Простая модель дуополии Курно показана на рис. 3.13.

Кривые p1
и p2
– линии изоприбыли соответственно для фирмы 1 и 2. При каждом уровне выпуска своих конкурентов фирма пытается достичь наивысшей прибыли. Это происходит путем выбора линии изоприбыли, ближайшей к горизонтальной оси для фирмы 1, и ближайшей к вертикальной оси для фирмы 2. Из-за формы линий изоприбыли они всегда включают наивысшую точку U-образной кривой. Таким образом, если фирма 2 выбирает Y2
= 0, фирма 1 выбирает точку а на p01
; если фирма 2 выбирает Y*2
, фирма 1 выбирает точку b на p*1
, чем ниже выпуск конкурента, тем больше прибыль для другой фирмы. Таким образом, фирма 1 может зарабатывать p01
, если Y2
= 0 (т.е. фирма 1 является монополистом), и аналогично фирма 2 может получать p02
, если Y1
= 0. Следовательно, p*1
< p01
и p*2
< p02
. Объединение наивысших точек p1
дает кривую реакции фирмы 1 R01
. Кривая реакции – это набор выпусков фирмы 1, которые она выберет в зависимости от заданного выпуска фирмы 2. Аналогично объединение наивысших точек p2
дает R02
– набор выпусков, которые предпочтет фирма 2 при данном выпуске фирмы 1. Единственная комбинация выпуска, которая удовлетворит обе фирмы, произойдет в точке b, где R01
пересекается с R02
. Таким образом, в условиях конкуренции равновесные уровни выпуска составят Y*1
и Y*2
. Они будут определять спрос фирм на труд в условиях равновесия. Отметим, однако, что существует точка, более благоприятная для одной или для обеих фирм. Если фирмы заключат тайный сговор, то они смогут передвинуться в точку с, где p**1
является касательной к p**2
(p**1
> p*1
и p**2
> p*2
), и спрос на труд будет выше в условиях конкуренции, чем в условиях сговора.

Что произойдет со спросом на труд при снижении заработной платы? Во-первых, снижение заработной платы ведет к нормальным эффектам замещения, т.е. к более высокому спросу на труд и более низкому спросу на капитал. Величина этого эффекта зависит от эластичности замещения. Во-вторых, сокращение заработной платы влияет на выпуск. Следовательно, если выпуск фирмы 2 равен Y*2
, то данный уровень прибыли, такой как p*1
может теперь быть достигнут при более высоком уровне выпуска фирмы 1. Другими словами, кривая реакции фирмы 1 сдвигается с R01
до R11
. Аналогично снижение заработной платы в фирме 2 выражается в сдвиге ее кривой реакции с R02
до R12
. Если только фирма 1 испытывает сокращение заработной платы, ее выпуск растет до Y21
, в фирме 2 снижается до Y12
. Таким образом, при прочих равных условиях фирма 1 увеличит, а фирма 2 сократит спрос на труд. Чистый эффект зависит от относительных наклонов кривых реакции, так же как лежащий в основе эффект замещения. Если мы сохраняем положение о конкурентных рынках труда, на обеих фирмах произойдет сокращение заработной платы. Новое равновесие возникнет в точке d, где R11
пересекает R12
. Выпуск теперь выше для обеих фирм и, если эффект замещения работает в том же направлении, спрос на труд будет расти.

Таким образом, в случае взаимозависимой олигополии можно сделать несколько выводов о кривой спроса на труд. Первое: можно ожидать, что снижение заработной платы выразится в нормальном эффекте замещения в пользу труда и от капитала. Второе: можно показать, что (для нормальных кривых дохода и издержек) кривые реакции в модели Курно сдвигаются к северо-востоку, а кривые реакции в модели Бертрана сдвигаются к юго-западу, подразумевая более высокий уровень выпуска и спроса на труд для каждой фирмы, испытывающей сокращение заработной платы. Эффекты масштаба и замещения для независимого олигополиста действуют на спрос на труд в ожидаемом направлении. Наконец, при прочих равных условиях кривая спроса на труд, когда фирмы сотрудничают для достижения наивысшей прибыли, в целом будет ниже при каждом данном уровне заработной платы, чем в случае независимого олигополиста.

7. Олигополистический рынок труда

Обычно в теории рассматриваются рыночные структуры, которые характеризуются экстремальными случаями рыночной власти. В реальном мире большинство рынков труда скорее характеризуются промежуточными уровнями рыночной власти, чем экстремальными. На стороне спроса на рынке труда ситуация олигопсонии, когда работники нанимаются относительно небольшим количеством работодателей, является наиболее распространенной формой рыночной структуры.

Рассмотрим спрос на труд олигопсонии, опираясь на теорию ломаной кривой предложения. Предположим, что выполняются следующие предпосылки:

не существует сговора между фирмами-олигопсонистами на рынке труда;

фирма сталкивается с конкурентным предложением труда, не объединенным в профсоюз и не обладающим рыночной силой;

рынок труда характеризуется совершенной мобильностью и информацией.

Кривая предложения показана на рис. 3.14. Если W0
– существующая ставка заработной платы, то SL1
– кривая предложения труда фирме-олигопсонисту при предположении, что никто из конкурентов не реагирует на любые изменения заработной платы, которые производит данная фирма. SL2
– кривая предложения труда, с которой олигопсонист столкнется при условии, что конкуренты копируют любые изменения в заработной плате, совершаемые им. Кривая SL2
более неэластична, чем кривая SL1
. Другие фирмы-олигопсонисты на этом рынке труда не будут следовать сокращению ставки заработной платы, предпринятому данной фирмой, так как в этом случае они оказываются в более выгодном положении – их повышенная ставка заработной платы обеспечит им преимущества при найме рабочей силы. Но в случае, если данная фирма повысит ставку заработной платы, другие фирмы последуют за ней, так как иначе они попадают в менее выгодное положение и могут испытать отток рабочей силы. Следовательно, выше существующей ставки заработной платы W0
кривая предложения труда соответствует SL2
, а ниже – SL1
. В результате образуется ломаная кривая предложения труда с точкой излома, соответствующей первоначальной заработной плате W0
.

Первоначально рассмотрим спрос на труд в ситуации, когда олигопсонист на рынке труда не обладает монопольной силой на рынке благ. Рисунок 3.15 показывает ломаную кривую предложения труда с точкой перелома, соответствующей заработной плате W0
и занятости L0
. Кривая предложения труда сравнительно эластична на отрезке ab и менее эластична на отрезке bc. Это создает разрыв в кривой предельных издержек на труд MCL
. Равновесие на таком рынке труда будет установлено при равенстве предельных издержек на труд MCL
предельному денежному продукту труда, MRP1
, при уровне занятости L0
(или, более точно, MRP1
проходит через разрыв в MCL
при данном уровне занятости). Любое движение кривой MRP между MRP1
и MRP2
не оказывает влияния на заработную плату и занятость. Следствием из этой модели являются жесткость заработной платы и сохранение уровня занятости в периоды циклического спада.

В ситуации олигопсонии на рынке труда – олигополии на рынке продукта (рис. 3.16) вывод о жесткости заработной платы усиливается. Олигополист на рынке благ, сталкиваясь с ломаной кривой спроса на его продукт, имеет ломаную кривую среднего денежного продукта труда и разрыв в кривой предельного денежного продукта труда. Кривая спроса может теперь двигаться в определенном диапазоне, не оказывая влияния на заработную плату. Границы этого диапазона будут определяться при движении кривой спроса вверх совпадением точки d с точкой b, при этом точка а перемещается вверх и образует точку а’ (a’b = ad), a при движении кривой спроса вниз – совпадением точки а с точкой с, перемещением точки d вниз и образованием точки d’ (сd’ = ad). Общая величина диапазона жесткости заработной платы составит a’d’ = a’b + bc + cd’ = 2ad + bc. Жесткость заработной платы теперь еще сильнее, так как два разрыва (в кривой предельных издержек и в кривой предельного денежного продукта) накладываются друг на друга.

Рис. 3.16. Олигопсония на рынке труда – олигополия на рынке продукта

8. Минимальная заработная плата

Государственное регулирование рынка труда во многих странах предусматривает законодательно установленный уровень минимальной заработной платы. Возможны два варианта. Первый: минимальная заработная плата распространяется на весь рынок труда – это модель минимальной заработной платы с полным охватом рынка. Второй: когда минимальная заработная плата распространяется только на часть отраслей или профессий – это модель минимальной заработной платы с неполным охватом рынка.

В первом случае установление минимальной заработной платы выше равновесной заработной платы для данного рынка труда при прочих равных условиях приводит к уменьшению уровня занятости и увеличению уровня безработицы (как правило, для неквалифицированной рабочей силы).

Рис. 3.17. Модель минимальной заработной платы с полным охватом рынка

Причем величина сокращения занятости на рис. 3.17 (L0
– Lmin
) при данной Wmin
будет определяться эластичностью спроса на труд, а количество незанятых, претендующих на рабочие места, увеличится еще на величину (L’ – L0
), которая будет определяться эластичностью предложения труда, и их общее количество составит (L’ – Lmin
).

Для преодоления негативного влияния введения минимальной заработной платы на занятость неквалифицированной рабочей силы (например, молодежи) иногда устанавливают отдельный уровень минимальной заработной платы (субминимум) ниже, чем для всего рынка труда.

При анализе модели минимальной заработной платы с неполным охватом рынка (рис. 3.18) допустим, что работники могут свободно перемещаться между двумя секторами рынка труда и что предложение труда имеет низкую эластичность (кривая предложения труда расположена вертикально). Мобильность работников означает, что первоначально заработная плата в обоих секторах одинакова. Введение минимальной заработной платы Wmin
в первом секторе вытеснит из него (L1
– Lmin
) работников (величина, определяемая эластичностью спроса на труд в первом секторе), которые перейдут во второй сектор и увеличат предложение труда, в результате этого во втором секторе занятость возрастет до L’ = L2
+ (L1
– Lmin
), а заработная плата уменьшится на W0
– W’ (величина, определяемая эластичностью спроса на труд во втором секторе).

Рис. 3.18. Модель минимальной заработной платы с неполным охватом рынка

В условиях монопсонии возможны положительные эффекты минимальной заработной платы на занятость и заработную плату. На рис. 3.19 минимальная заработная плата Wmin
установлена на уровне, превышающем монопсонистически равновесный уровень заработной платы WM
. При этом кривая предложения труда примет вид кривой Wmin
CSL
, а кривая предельных издержек – Wmin
CBMCL
. Уровень занятости L’ определяется условием максимизации прибыли и соответствует горизонтальным координатам точки D, в которой MCL
= MRP (где MCL
– новая кривая предельных издержек Wmin
CBMCL
) и L’>LM
. Положительный эффект минимальной заработной платы на занятость будет сохраняться при установлении Wmin
в интервале WM
< Wmin
< W*, где W* = MCL
= MRP – заработная плата, равная предельным издержкам, когда они равны предельному денежному продукту труда до установления минимальной заработной платы.

9. Двусторонняя монополия на рынке труда

Двусторонней монополией на рынке труда называется случай, когда работодатель является единственным покупателем труда (монопсонистом), а продавец труда обладает монопольной силой (например, работники, объединенные в профсоюз).

Профсоюз может нейтрализовать монопольную силу работодателя-монопсониста, предлагая труд своих членов по единой определенной заработной плате и создавая участок совершенно эластичного предложения труда. В этом случае будет возникать эффект, аналогичный эффекту минимальной заработной платы на монопсонистическом рынке труда.

На рис. 3.20 профсоюз устанавливает заработную плату на уровне WU
, тогда кривая предложения труда примет вид WU
CSL
, и пересечение ее с кривой MRP определит уровень занятости LU
, т.е. монопольные действия профсоюза позволили увеличить уровень занятости и заработной платы по сравнению с соответствующими уровнями монопсонистического равновесия (LM
, WM
). Как и в случае минимальной заработной платы, положительное влияние профсоюза при определении им заработной платы на монопсонистическом рынке труда ограничено интервалом WM
< Wmin
< W*, где W* = MCL
= MRP – заработная плата, равная предельным издержкам, когда они равны предельному денежному продукту труда до действия профсоюза.

Модель профсоюза-монополиста предполагает, что помимо нейтрализации монопольной силы работодателя он будет также стремиться вести себя на рынке аналогично фирме-монополисту на рынке продукта и будет увеличивать заработную плату до такого уровня, чтобы максимизировать экономическую ренту работающих членов профсоюза. Тогда при двусторонней монополии со стороны покупателя труда определение заработной платы и занятости происходит в соответствии с моделью монопсонистического рынка труда (рис. 3.21) и при равенстве MCL
и MRP в точке А заработная плата составит W1
, занятость L1
, а со стороны продавца труда, профсоюза заработная плата W2
и занятость L2
будут определяться равенством предельного дохода от продажи услуг труда членов профсоюза MR и цены предложения их труда. Занятость L2
будет соответствовать горизонтальным координатам точки В (точка пересечения кривых MR и SL
), а заработная плата W2
– заработной плате найма L2
работников, определяемой кривой предельного денежного продукта труда MRP.

Таким образом, работодатель и профсоюз стремятся ограничить конкурентный уровень занятости Le
: первый, чтобы максимизировать прибыль, второй, чтобы максимизировать коллективную экономическую ренту. Заработная плата в модели двусторонней монополии остается неопределенной и может быть установлена в интервале между W1
и W2
, в котором находится и уровень заработной платы We
, соответствующий конкурентному рынку труда. Конкретный уровень заработной платы устанавливается путем переговоров.

Рис. 3.21. Двусторонняя монополия

10. Неравновесный рынок труда

конкуренция спрос монополия неравновесный труд

Модель равновесного рынка труда основывается на том, что в точке равновесия DL
(W*) = SL
(W*)= L*, и равновесная заработная плата W* «очищает рынок», т.е. нет ни избыточного спроса, ни избыточного предложения.

Модель неравновесного рынка труда исходит из того, что уровень занятости определяется «короткой стороной рынка», или спросом на труд, или предложением труда, в зависимости от того, что из них меньше при данной заработной плате, L = min (DL
, SL
). Кривые спроса и предложения труда в этой модели могут быть интерпретированы как отражающие максимальное количество труда, которое может быть обменено при данной ставке заработной платы. На рис. 3.22 видно, что при ставке заработной платы W1
(больше равновесной заработной платы, W1
> W0
) работодатели не захотят в соответствии с кривой спроса на труд DL
нанять больше работников, чем L1
, т.е. количество труда определено спросом на труд, несмотря на то, что предложение труда больше. При ставке заработной платы W2
(меньше равновесной заработной платы, W2
< W0
) предложение труда будет меньше, чем спрос на труд, но работодатели наймут предложенное количество труда, потому что в этой ситуации они получат прибыль. Предельный денежный продукт при уровне занятости L2
превысит заработную плату, т.е. количество труда определено предложением, несмотря на то, что спрос на труд больше. В противоположность равновесной модели рынка труда, которая предполагает существование единственной комбинации заработной платы и занятости в точке Е, неравновесная модель предполагает, что комбинаций заработной платы и занятости может быть много и они определяются линией AЕВ.

Поведение заработной платы в неравновесной модели описывается уравнением Wt
= Wt1
+ у (DL
— SL
), у >0. Скорость, с которой заработная плата стремится к равновесной, определяется параметром у. Если у велик, то рынок труда быстро движется к равновесию, если у мал, то неравновесная ситуация на рынке труда сохраняется значительное время. Направление движения заработной платы служит в данном случае точным указателем того, что является сдерживающим фактором – спрос или предложение. Если заработная плата растет, то занятость определяется предложением труда, если снижается – спросом на труд.

Рис. 3.22. Неравновесный рынок труда

Библиографический список

1. Жизнин С.З., Крупнов В.И. Как стать бизнесменом. – Минск: Предприниматель, 2010. – 64 с.

2. Зотов В.В. О роли концепции «экономического человека» в постановке проблемы мотивации // Мотивация экономической деятельности: [Сб. ст.]. М.: ВНИИСИ, 2009. Вып. 7. С. 72–79.

3. Калачева Л.Л. Условия труда. – Новосибирск: Наука, 2009. – 386 с.

4. Калачева Л.Л. Условия труда: Методологические вопросы комплексного исследования. Новосибирск: Наука., 2008. – 286 с.

5. Квалификационный справочник должностей руководителей, специалистов и служащих. Нормативно-производств. издание // Госкомтруда СССР, ВЦСПС. – М.: Экономика, 2010. – 272 с.

Изучение неравномерного и трудно предсказуемого восстановления рынка труда

В связи с увеличением количества вакцинаций и снижением заболеваемости COVID-19 необходимо срочно вернуться к нормальной жизни.

Отчет о занятости за апрель 2021 года стал своевременным напоминанием о том, что не все выйдут из кризиса одинаково или быстро. После пандемии нехватка рабочих мест составила более 10 миллионов рабочих мест по сравнению с тем, где рынок труда был бы в отсутствие рецессии. Несмотря на относительно большой средний прирост за февраль и март (создано 653 000 рабочих мест), чистый прирост занятости замедлился в апреле, что удивило большинство наблюдателей (см. Диаграмму 1).Хотя любая ежемесячная оценка является шумной, новости рынка труда за последний месяц казались несовместимыми с тем, что мы видели в отношении потребительских расходов; действительно, общие продажи автомобилей в апреле были выше, чем за последние 16 лет.

В отчете о занятости за май 2021 года, который будет опубликован завтра, в котором будет представлена ​​информация о состоянии рынка труда в середине мая, мы ожидаем продолжения улучшения по нескольким показателям. Мы ожидаем, что потоки в рабочих мест будут сильными, и мы будем смотреть, начнут ли потоки из сокращаться (в соответствии с сокращением новых требований по страхованию от безработицы).Мы будем внимательно следить за уровнем участия в рабочей силе, чтобы увидеть, будут ли ограничения, сдерживающие предложение рабочей силы, продолжать снижаться. Наконец, мы внимательно рассмотрим такие показатели спроса на рабочую силу, как отработанные часы и сверхурочная работа, а также заработная плата, чтобы увидеть, какие шаги предпринимают фирмы для привлечения работников из разных секторов.

В этом анализе мы выделяем факторы, которые, по нашему мнению, замедлили и будут продолжать замедлять чистый прирост занятости по мере восстановления экономики после COVID. Мы отмечаем свидетельства значительного оттока и увольнения рабочих мест, в том числе работников, покидающих то, что могло быть временными рабочими местами, связанными с пандемией: люди, уходящие с работы без немедленного перехода на новую должность, сокращают чистый прирост занятости за данный месяц.Затем мы описываем некоторые общие факторы, которые могут удерживать людей от участия в рабочей силе, включая налогово-бюджетную политику. В качестве примера одного фактора, оказывающего значительное влияние на более узкую группу, мы показываем, что обязанности по уходу снижают предложение рабочей силы матерей, чей младший или старший ребенок находится в возрасте от 5 до 12 лет в штатах с более высокой степенью закрытия начальной школы. .

Смена состава работы

Отчет о занятости, опубликованный в начале мая, показал значительный отток на рынке труда в апреле.Вообще говоря, когда мы говорим об изменении занятости в любом конкретном месяце — например, в апреле наблюдалось увеличение на 266 000 человек, — это число является чистым большим потоком занятости и увольнения. В апреле 2021 года 6,6 миллиона человек перешли из числа занятых в безработные или вышли из состава рабочей силы, а 6,7 миллиона человек перешли из состояния безработицы или неучастия в работу. Эти цифры кажутся большими, но насколько они велики по сравнению с последними несколькими месяцами и относительно более обычного времени? Поток безработных выше, чем с декабря 2020 года: в среднем с января 2021 по март 2021 года было 6.3 миллиона. Таким образом, в апреле 2021 года с работы ушло на 300000 человек больше, чем в среднем за предыдущие три месяца.

И каковы были эти оттоки как до пандемии? В апреле 2019 года и в среднем за весь год 6,1 миллиона человек потеряли работу. Подумайте о разнице в 500000 так:

Если бы занятость в апреле 2021 года была такой же «липкой», как и перед пандемией, а потоки рабочих мест были такими, какими мы их наблюдали (значительно выше, чем до пандемии), рост занятости мог бы составить больше 800000 — близко к консенсус-ожидания на апрель.

Итак, как мы интерпретируем это увеличение оттока безработных? У нас есть косвенные доказательства того, что это представляет собой переход от рабочей силы к пандемии к рабочей силе после пандемии.

Формирование нового бизнеса было необычайно сильным во время пандемии, даже когда сотни тысяч предприятий потерпели неудачу.

В 2019 году перепись населения сообщила, что ежемесячно подавалось около 110 000 заявлений от новых компаний, которые могли нанять людей. Количество заявок резко сократилось в начале пандемии.Затем, в июле 2020 года, их количество превысило 190 тысяч, а с тех пор — около 150 тысяч. Само собой разумеется, что многие из этих приложений отражают краткосрочные коммерческие предприятия, посвященные деятельности, связанной с пандемией.

Кроме того, меняющаяся структура потребительского спроса предполагает, что мы начинаем переход к постпандемической экономике. Например, продажи в продуктовых магазинах росли в течение нескольких месяцев в начале пандемии, но были намного ниже в марте и апреле 2021 года. Между тем, в ресторанах за эти два месяца наблюдался очень большой рост продаж по сравнению с 2020 годом.Изменяющийся состав спроса, несомненно, повлечет за собой изменение состава спроса на рабочих. Поскольку некоторые секторы пытаются быстро восстановиться, а другие падают ближе к уровню, предшествующему пандемии, резкие колебания количества вакансий в секторах могут замедлить темпы поиска рабочих мест. Каким бы динамичным ни был рынок труда США, нам следует ожидать некоторых ударов по дороге при переходе к постпандемической экономике.

Доля работников, уходящих с работы каждый месяц, довольно высока, что говорит о том, что вакансии, которые заполняли рабочие, не были долгосрочными.

Динамизм на рынке труда США очевиден по проценту работников, которые бросают работу. С осени до марта 2021 года этот процент вернулся к докандемическому уровню (2,4 процента), когда рынок труда был достаточно сильным. Кажется, что рабочие переходят с работы на работу, пытаясь не отставать от меняющегося состава спроса на рабочую силу и пытаясь найти более эффективное и продуктивное соответствие.

Факторы, сдерживающие предложение рабочей силы и рост занятости

Уровень участия на рынке труда (работающих и безработных, активно ищущих работу) несколько восстановился после пандемических минимумов, но остается слабым.Открытым вопросом является то, насколько более значительным был бы прирост занятости, если бы участие было выше, или мы бы просто увидели, что больше людей попадают в категорию безработных, а не выбывают из рабочей силы. Значительный рост заработной платы в некоторых секторах и для некоторых групп, а также множество анекдотических сообщений свидетельствуют о том, что некоторым фирмам трудно найти работников. Возникают три вопроса:

Как долго описанные выше крупные структурные проблемы могут приводить к потере занятости?

Финансовая поддержка в виде пособий по страхованию от безработицы и других увеличений трансфертов может повлиять на описанный выше переход.Могут быть задействованы два потенциальных канала, хотя у нас нет доказательств того, что в настоящее время ни один из них является существенным фактором. Во-первых, увольнениям со стороны фирм, вероятно, способствует знание фирм о том, что большинство уволенных работников будут иметь право на расширенное страхование по безработице. Во-вторых, некоторые работники, увольняющиеся с работы по «уважительной причине», также могут иметь право на такие льготы, что увеличивает вероятность их увольнения и поиска более подходящей пары. С одной стороны, доступность пособий по безработице означает, что у работников будет время, чтобы найти подходящую кандидатуру на рынке труда (и, возможно, воспользоваться необходимым моментом после очень трудного года).Действительно, пандемия обнажила некоторые из наихудших аспектов работы в определенных секторах, дав рабочим стимул к смене отрасли. Таким образом, в результате восстановление может замедлиться на несколько месяцев, но в конечном итоге приведет к более производительной экономике. С другой стороны, чем дольше длится этот переход и работники остаются без работы, тем больше ухудшаются навыки и привязанность к рабочей силе.

В той степени, в которой сокращение участия в рабочей силе сдерживает восстановление, насколько это связано с факторами, уникальными для выхода из спада, вызванного пандемией?

Фискальная поддержка помогает людям ставить здоровье выше доходов на рынке труда — это, безусловно, одна из целей, когда такая поддержка была введена.Это сдерживающее воздействие на участие на рынке труда должно исчезнуть, поскольку мы продолжаем вакцинировать население и бороться с пандемией.

С середины апреля до середины мая 2021 года доля американцев трудоспособного возраста (от 18 до 64 лет), которым была назначена последняя доза вакцины против COVID не менее двух недель, увеличилась более чем вдвое; но к тому времени только около 3 из 10 прошли полную иммунизацию (см. диаграмму 2). Мы обнаружили, что занятость как доля населения росла быстрее в штатах с более быстрым улучшением показателей вакцинации в трудоспособном возрасте.Государства, которые отстают по показателям вакцинации в трудоспособном возрасте, скорее всего, замедлят восстановление национального рынка труда.

Другие факторы, уникальные для пандемии, оказывают острое воздействие на относительно узкие группы. Например, соотношение занятости и численности населения у матерей детей младшего школьного возраста — демографическая группа, которая, вероятно, несет на себе основную тяжесть закрытия школ — упала больше, чем у других матерей, и их уровень занятости по-прежнему будет отставать от других до начала 2021 года.Безусловно, доля рабочей силы перед пандемией, состоящая из матерей с детьми младшего школьного возраста, достаточно мала (всего 9 процентов), чтобы эти относительно большие сокращения не объясняют значительной части слабого участия в рабочей силе и занятости. в совокупности. Следовательно, решение проблемы ухода за детьми само по себе не поможет восполнить утраченные позиции в сфере участия в рабочей силе. Кроме того, некоторые объясняют этот вывод изучением отраслей, в которых обычно работают эти матери, поскольку их занятость, как правило, сосредоточена в отраслях, в которых наблюдается относительно большое сокращение занятости.Тем не менее, проблемы для этих родителей остро ощущаются и решаемы.

Мы обнаружили, что в штатах с относительно высоким уровнем закрытия начальных школ почти на 5 процентных пунктов соотношение занятости и населения для матерей с детьми в возрасте от 5 до 12 лет более чем полностью объясняется наличием детей младшего школьного возраста вместо подростков. (рисунок 3). Мы используем данные о закрытии школ, чтобы сгруппировать штаты в штаты с высокими и низкими показателями закрытия, взвешенными по численности населения. Затем мы — глядя на то, находится ли старший или младший ребенок матери в возрасте от 5 до 12 лет, и показатели закрытия школ — исследуем снижение соотношения занятости к общей численности населения с первого квартала 2020 года по первый квартал 2021 года (после с поправкой на ошибки классификации, которые были особенно значительными в начале пандемии, и с учетом возраста матери, уровня образования, расы / этнической принадлежности, семейного положения и региона).Мы отмечаем, что в государствах с высоким уровнем закрытия начальных школ восстановление рынка труда для матерей подростков почти завершено, в то время как для матерей подростков в государствах с низким уровнем закрытия наблюдается отставание. Мы обнаружили, что в обоих типах штатов результаты трудоустройства были статистически значимо хуже у матерей, у которых был самый младший или самый старший ребенок от 5 до 12 лет, а не самый младший из подростков.

Однако мы обнаруживаем больший (как показано на рисунке) и более статистически значимый эффект (не показан) в штатах с большим количеством закрытий: если бы матери 5-12 лет в штатах с высоким уровнем закрытия были матерями для подростков, мы По оценкам, их соотношение занятости и населения не изменилось бы почти на 5 процентных пунктов.

Какую роль фискальная политика играла и будет продолжать играть в поддержке или замедлении восстановления?

Многое было написано о том, замедляют ли щедрые страховые выплаты по безработице временно уровень поиска работы, за исключением каких-либо опасений по поводу рисков для здоровья, проблем с уходом за детьми или других факторов, затрудняющих работу прямо сейчас. Анализ, проведенный экономистами из ФРС Сан-Франциско, показывает, что эффекты незначительны. Как упоминалось выше, одним из последствий этого эффекта может быть большая потеря навыков и привязанности к рабочей силе, а также возникновение узких мест при найме на работу.Однако другой эффект мог бы быть лучшим и, в конечном итоге, более продуктивным соответствием на рынке труда, особенно в штатах, где восстановление рынка труда было более медленным. В любом случае — любые последствия расширенного страхования по безработице для предложения рабочей силы быстро исчезнут, поскольку срок действия пособий истекает на национальном уровне в начале сентября и до этого во все большем числе штатов. Действительно, директивным органам следует внимательно следить за тем, не приведет ли истечение срока действия этих льгот к чрезвычайным финансовым трудностям для некоторых работников, которые не могут найти работу.

Заключение

Есть много признаков того, что рынок труда в США идет на поправку. Например, среднее чистое увеличение занятости по заработной плате с февраля по апрель составило более 500 000 человек. Количество первичных обращений по страхованию от безработицы продолжает снижаться. Резко сократилось количество безработных на одно открытое рабочее место. Подростки работают на рынке труда с более высокими ставками, чем когда-либо за последнее десятилетие.

Тем не менее, политики должны проявлять бдительность — продолжать увеличивать легкий доступ к вакцинам и помогать сделать работу безопасной и полезной.Расширение налоговой скидки на заработанный доход для бездетных взрослых поможет привлечь участников рынка труда со стороны. Открытие школы и детских садов поможет остро пострадавшим группам. И все же восстановление рынка труда, несомненно, будет неравномерным. Некоторым людям и некоторым секторам по-прежнему будет требоваться финансовая поддержка, прежде чем мы выйдем из кризиса.

Восстановление несбалансированного рынка труда мужчин и женщин с точки зрения сбалансированного роста

Карлос Э.J.M. Zarazaga

Vol. 8, № 3, июнь 2013

Разница между фактическим и потенциальным выпуском экономики, широко известная как разрыв выпуска, настолько важна для политики центрального банка, что ученые и политики тратят много времени и усилий на ее оценку и, соответственно, решение регулировать различные денежные инструменты. Правильно измерить разрыв выпуска особенно сложно, потому что потенциальный объем производства экономики не поддается непосредственному наблюдению.

Разрыв иногда выводится из теоретических соотношений между экономическими переменными. Например, конечный результат — это результат объединения основных ресурсов — капитала и труда — с данной технологией [1].

Комитет по открытым рынкам Федеральной резервной системы, который устанавливает денежно-кредитную политику США, заявил, что условия занятости будут определять его решения в ближайшем будущем, что вновь привлекло внимание к компоненту затрат труда в разрыве объема производства.

Таким образом, определение того, насколько распределение рабочей силы мужчин и женщин отклонилось от нормы, становится особенно важным.Это задача, чреватая проблемами измерения и потенциально противоречивыми методологическими решениями. Теория сбалансированного роста — согласно которой ключевые макроэкономические коэффициенты в долгосрочной перспективе имеют тенденцию к постоянным значениям — обеспечивает прочную аналитическую основу, с которой можно начать думать о том, как выполнить задачу. Индикатор затрат труда, продиктованный этой теорией, показывает резко ухудшающиеся условия для обоих полов во время Великой рецессии и последующее, хотя и медленное, улучшение для мужчин.Подобные признаки подъема не очевидны в аналогичном показателе для женщин.

Однако эта несбалансированная модель восстановления не является аномалией, которую необходимо обязательно исправлять: Прошлая динамика того же показателя трудозатрат сбалансированного роста предполагает, что это может, по крайней мере частично, быть результатом неизбежного разворота благоприятные условия на рынке труда для женщин в годы, предшествовавшие Великой рецессии.

Индикатор рынка труда

Николас Калдор, ведущий послевоенный экономист Кембриджского университета, постулировал шесть «фактов» об экономическом росте, в том числе то, что производительность труда и капитал растут устойчивыми темпами, что соотношение капитала к выпуску со временем стало стабильным и что платежи за капитал и трудовые услуги составляют довольно стабильную долю национального дохода.

В более общем плане, макроэкономические переменные реальной экономики имеют тенденцию расти с общей стабильной «сбалансированной скоростью роста» — объем производства, потребления и инвестиций может иногда увеличиваться с разными темпами, но со временем они сходятся. Более того, эта динамика сбалансированного роста подразумевает, что в долгосрочной перспективе отношения между этими переменными имеют тенденцию колебаться около постоянных значений. [2]

Значение сбалансированного роста также применяется к соотношению между общим количеством часов, которые население трудоспособного возраста выделяет на работу, и общими доступными часами, которые это же население может выделить на работу.В частности, эта альтернативная мера использования трудозатрат — это количество работающих людей, умноженное на среднее количество часов, которое они отработали за данный период; этот продукт делится на доступное дискреционное время, которое население трудоспособного возраста (16 лет и старше) могло бы выделить для работы в течение того же периода [3].

Дискреционное время — время, которое каждый трудоспособный член населения может посвятить деятельности по своему выбору — составляет примерно 100 часов в неделю. Поездки на работу и с работы, физиологическая потребность во сне, визиты к врачу и другие средства личной гигиены занимают в среднем оставшиеся 68 часов в неделю.

Знаменатель коэффициента (доступное дискреционное время) учитывает демографический рост. Таким образом, неизменное соотношение от одного периода к другому не означает, что рост числа рабочих мест был нулевым. Скорее, это означает, что количество отработанных часов увеличилось ровно настолько, чтобы поглотить рост населения трудоспособного возраста [4].

Важно отметить, что теория сбалансированного роста предсказывает, что соотношение должно стабилизироваться около четко определенного значения с течением времени. Числитель отношения — общее количество отработанных часов — должен расти в среднем с той же скоростью, что и знаменатель, в результате чего соотношение будет циклически колебаться вверх и вниз вокруг ровной линии без тренда.

Поскольку этот коэффициент измеряет степень, в которой общее количество часов, доступных для работы, фактически используется для этой цели, его можно интерпретировать как показатель степени использования «установленной трудоемкости». Он аналогичен показателям использования установленной мощности, обычно используемым для оценки состояния промышленного сектора, и может служить аналогичной цели: отслеживать состояние рынка труда. Значения использования затрат труда, превышающие контрольное значение сбалансированного роста, указывают на сильные рынки труда, так же как показатели использования производственных мощностей, превышающие тренд, обычно связаны с благоприятными условиями в промышленном секторе.Обратное также имеет место, когда использование затрат труда ниже эталонного значения сбалансированного роста.

Хотя последствия сбалансированного роста для показателя использования затрат труда применимы только к населению в целом, с некоторыми разумными допущениями их можно расширить, чтобы измерить условия рынка труда США для мужчин и женщин отдельно.

Отскок индикатора мужского труда

С 1977 года до Великой рецессии время работы мужчин трудоспособного возраста составляло около 14 процентов от общего количества часов, доступных для всего населения трудоспособного возраста ( Диаграмма 1 ).[5] Постоянство этой пропорции во времени — это именно то, что предсказывает теория сбалансированного роста. Учитывая совпадение теории и данных, можно с уверенностью предположить, что пунктирная черная линия на диаграмме обозначает средние или нормальные рыночные условия для мужчин в США

.

Используя этот эталонный показатель, рынок труда для мужчин резко ухудшился во время Великой рецессии. На самом низком уровне вклад мужчин в использование затрат труда снизился на 13 процентов по сравнению с гендерным эталонным показателем. Почти четыре года спустя ситуация улучшилась, но темпами, которые вряд ли в ближайшее время восстановят условия на рынке труда для мужчин до контрольного уровня, наблюдавшегося непосредственно перед Великой рецессией.

Вложение женского труда, квартира

В отличие от того, что произошло с мужчинами, доля потенциально доступных часов, которые фактически работали женщины, неуклонно росла до конца 20-го века ( Диаграмма 2 ). Этот восходящий дрейф отражает массовое включение работающих женщин в рабочую силу, начавшуюся примерно во время Второй мировой войны.

Этот процесс в конечном итоге должен был закончиться, когда большинство женщин трудоспособного возраста попали на рынок труда. Прошло более 10 лет с тех пор, как показатель затрат труда женщин достиг своего пика во втором квартале 2000 года, что, возможно, указывает на то, что этот длительный, но в конечном итоге временный источник силы на рынке труда исчерпал себя к началу 21 века.[6] Очевидная потеря динамизма этого показателя рынка труда также могла означать, что вклад женщин в использование затрат труда должен был стабилизироваться около четко определенного значения, согласующегося с предсказаниями теории сбалансированного роста.

До сих пор нет четкого указания на то, что это за значение — не обнаруживается ни одного уровня, который был бы столь же отличительным, как 14-процентный ориентир для мужчин. Однако на диаграмме 2 есть намек на диапазон значений, в котором может находиться это контрольное значение.Он заключен в скобки средних значений показателя женского рынка труда, наблюдаемых в течение двух периодов относительной стабильности: за семь лет непосредственно перед самым последним спадом и за четыре года, прошедшие с момента спада этого спада.

Более высокое значение около 0,101 (10,1 процента), связанное с первым из этих двух периодов, показано красной пунктирной линией на диаграмме 2. Это позволяет сделать вывод о том, что условия на рынке труда для женщин были довольно плохими после Великой рецессии. началось.8-процентный разрыв в затратах труда для женщин, от относительно высокого ориентира до минимума спада, не такой серьезный, как разрыв в 13 процентов для мужчин. Тем не менее, условия для женщин к первому кварталу 2013 года не сильно улучшились, в отличие от скромных улучшений для мужчин.

Если вместо этого нормальные условия определяются нижним гипотетическим значением около 0,094 (9,4 процента) — синей пунктирной линией на диаграмме 2 — рынок труда для женщин в первом квартале приблизился к тому, что можно было бы считать эталонным уровнем.Эта оценка может показаться неправдоподобной в свете высоких уровней показателя за десятилетие до последней рецессии. Однако эти исключительно хорошие показатели могут оказаться неустойчивыми из-за возможной связи между бурно развивающимся рынком жилья в те годы и рынком труда для женщин. Налоги на собственность местных органов власти, которые в основном финансируют государственное образование, выросли в годы жилищного бума и способствовали увеличению числа учителей; обратное произошло во время рецессии.Женщины занимают значительную долю преподавательских должностей, что намного превышает их долю примерно в 50 процентов в населении трудоспособного возраста, и неизбежно больше всего пострадали в результате структурных изменений в финансировании образовательных услуг местными органами власти (, диаграмма 3, ).

Таким образом, конец жилищного бума, возможно, также положил конец эпохе необычайно хороших возможностей трудоустройства для женщин. По крайней мере, гипотеза о том, что долгосрочные затраты женского труда ближе к минимуму, 0.094 ниже диапазона контрольных значений, чем максимум 0,101, заслуживает дальнейшего изучения. [7]

Возможные последствия для политики

Теория сбалансированного роста предполагает, что показатель использования затрат труда — доля от общего количества доступных часов, в течение которых люди трудоспособного возраста находятся на работе, — является полезным измерителем условий на рынке труда для мужчин и женщин. Хотя этот индикатор показывает, что Великая рецессия оказала большое негативное влияние на рынок труда как для мужчин, так и для женщин, последующая динамика для каждого пола не была одинаковой.

Снижение на 13 процентов доли мужчин в использовании затрат труда по сравнению с четко определенным долгосрочным эталонным значением уступило место ужасающе медленному восстановлению. Такой темп намекает на возможность того, что пройдет еще восемь или более лет, прежде чем условия для мужчин вернутся к уровням, которые можно было бы считать нормальными по историческим меркам.

Столь же четкая оценка условий на рынке труда для женщин невозможна, что отражает сложность определения долгосрочной стоимости вклада женщин в использование затрат труда.С точки зрения верхнего предела диапазона возможных значений этого эталона, условия в начале 2013 года были несколько лучше, чем для мужчин, но существенно не улучшились по сравнению с теми, которые наблюдались во время недавней рецессии. С точки зрения нижней границы диапазона, текущие уровни показателя затрат труда женщин могут быть ближе к норме, если годы бума, связанного с недвижимостью, и другие факторы перегревали секторы занятости, в которых исторически доминировали женщины. Какой конец спектра наиболее актуален, будет выяснено со временем.

До тех пор директивным органам рекомендуется не основывать свои решения на предположении, что нормальные условия на рынке труда можно отождествить с теми, которые существовали до Великой рецессии. Циклические факторы (а также демографические факторы, которые здесь явно не обсуждаются), возможно, ранее выталкивали участие в рабочей силе, особенно женщин, за пределы устойчивого уровня. В этом случае политика, направленная на то, чтобы довести коэффициент использования затрат труда до уровней, предшествующих рецессии, может оказаться безуспешной и вместо этого может создать нежелательное инфляционное давление и / или пузыри активов, которые могут дестабилизировать экономику, когда они лопнут.

Банкноты

Автор благодарит Эвана Кенига за его вклад в эту статью.

  1. Для обзора этого подхода и вопросов реализации см. «Проблемы оценки потенциального объема производства в реальном времени» Роберта У. Арнольда, Федеральный резервный банк Сент-Луиса Review , июль / август 2009 г., стр. 271–90.
  2. Превосходное техническое изложение эмпирических и теоретических основ теории сбалансированного роста можно найти в книге Роберта Г.Кинг, Чарльз И. Плоссер и Серджио Т. Ребело, Computational Economics , vol. 20, 2002, стр. 87–116.
  3. Обследование домашних хозяйств Бюро статистики труда является источником данных для числителя, количества работающих и средней продолжительности их рабочего времени. Эти данные отражают общее количество часов, в течение которых люди работают, а не часы, за которые им платят. Он исключает, например, отпуск и отпуска, за которые получена оплата.
  4. Свободное время, доступное для работы, также может увеличиваться в результате технического прогресса, который, например, сокращает время, необходимое для поездок на работу и с работы, но этот фактор количественно незначителен по сравнению с демографическими влияниями.
  5. Эта цифра может показаться низкой. Напомним, однако, что числитель коэффициента включает мужчин, обучающихся в колледже, а также пенсионеров, которые обычно работают неполный рабочий день, если вообще работают. Таким образом, рассмотрим домохозяйство из пяти человек, состоящее из двух родителей противоположного пола, двух молодых мужчин, обучающихся в колледже, и дедушки на пенсии. В вероятной ситуации, когда отец работает 40 часов в неделю, дедушка — 20 часов, а дети — 9,5 часов, доля времени, которую мужчины в семье посвящают работе, будет равна 0.139, или 14 процентов: 69,5 часов, которые они были на работе, разделенные на 500 часов (5 x 100) еженедельного дискреционного времени, доступного для домашнего хозяйства в целом.
  6. Это говорит о том, что обычное сравнение динамичного восстановления рынка труда после ярко выраженной рецессии 1980–1981 годов с довольно анемичным периодом, наблюдавшимся до сих пор после серьезной Великой рецессии, не совсем справедливо. Первому из этих двух выздоровлений способствовали необычайные темпы выхода женщин на рынок труда, фактор, который перестал оказывать благотворное влияние на U.S. рынки труда задолго до Великой рецессии, о чем может свидетельствовать так называемое «восстановление безработицы» после рецессии 2000–2001 годов.
  7. Более строгие эмпирические основания для этой гипотезы можно найти в двух исследованиях, представленных на Брукингской панели по экономической активности в 2012 году: «Распутывая каналы рецессии 2007–2009 годов», Джеймсом Х. Стоком и Марком Уотсоном, и «The Разворот занятости и населения США в 2000-е годы: факты и объяснения », Роберт А. Моффитт.

A Малоразмерный и неравномерный рынок труда

НЬЮ-ЙОРК, 8 мая 2020 г. / PRNewswire / — Отчет о вакансиях за апрель показывает ошеломляющую потерю в 20 человек.5 миллионов рабочих мест, что является крупнейшей ежемесячной потерей за всю историю. Занятость резко упала почти во всех отраслях. Уровень безработицы подскочил до 14,7 процента, самого высокого уровня со времен Великой депрессии. Уровень безработицы недооценивает нынешний спад на рынке труда. 5,1 миллиона дополнительных работников теперь работают неполный рабочий день, хотя предпочитают работу на полную ставку. А количество людей, не занятых в рабочей силе, выросло на 6,6 миллиона, показывая, что многие в настоящее время не хотят даже пытаться найти работу.В ближайшие месяцы мы должны ожидать, что участие снова увеличится, поскольку экономика начинает открываться.

Скачок средней почасовой заработной платы не имеет большого значения, так как он вырос по неправильным причинам. Крупные увольнения преимущественно низкооплачиваемых рабочих повысили среднюю заработную плату, как это было во время Великой рецессии.

Какими бы драматичными они ни были, цифры в верхней строке не очень говорят о том, что нас ждет впереди. Очевидно, что, когда многие предприятия закрываются, а многим рабочим не разрешают выходить на работу, уровень безработицы резко возрастает.Когда экономика откроется, миллионы людей вернутся к работе. С этой точки зрения отчет предлагает несколько положительную статистику: подавляющее большинство, 78 процентов, безработных временно уволены.

Отчет показывает, что некоторые демографические группы пострадали намного сильнее, чем другие из-за увольнений. В то время как общий уровень безработицы увеличился на 11,2 процентных пункта в период с февраля по апрель, этот рост составил 12,8 для женщин, 14,5 для латиноамериканцев, 19,3 для лиц в возрасте 20-24 и 20 лет.9 для тех, кто в возрасте 16-19 лет.

За последние 12 месяцев общий уровень безработицы увеличился на 11,1 процентных пункта. Это увеличение составило всего 6,1 процентных пункта для управленческих, профессиональных и смежных профессий по сравнению с увеличением на 23,1 процентных пункта для сфер обслуживания. В то время как вялость на рынке труда увеличилась для всех категорий работников, она значительно увеличилась для тех, кто не имеет высшего образования.

О Conference Board
Conference Board — это аналитический центр, управляемый членами, который предоставляет достоверные сведения о том, что нас ждет впереди.Основанная в 1916 году, мы являемся беспристрастной некоммерческой организацией, имеющей статус освобожденной от налогов 501 (c) (3) в Соединенных Штатах.

www.conference-board.org.

ИСТОЧНИК The Conference Board

Ссылки по теме

http://www.conference-board.org

Восстановление неравных рабочих мест в Америке в 7 диаграммах

Пандемия Covid-19 плохо сказалась на экономике Соединенных Штатов, но не так плохо, как опасались некоторые эксперты и экономисты в самом начале вспышки.Однако восстановление идет неравномерно — и оно замедляется.

По данным Бюро статистики труда, в январе уровень безработицы упал до 6,3 процента, а в стране добавилось всего 49 000 рабочих мест. Уровень участия в рабочей силе ниже, чем был до пандемии, поскольку многие американцы покинули рабочую силу. В Америке до сих пор не хватает миллионов рабочих мест по сравнению с тем, что было до пандемии.

«Утренний отчет о занятости выявил остановку в американской машине по созданию рабочих мест и подчеркивает, насколько опасна ситуация, в которой находится наша экономика», — заявил член Совета экономических консультантов Джаред Бернстайн на брифинге в Белом доме в пятницу.«Отсутствие роста рабочих мест является результатом нашей неспособности действовать надлежащим образом в ответ на этот огромный двойной кризис, и наша экономика и наши семьи не могут позволить нам снова бездействовать».

То, как страна переживает экономику, сильно различается, и то, как работники переживают пандемию, тоже различается. Жизнь для более обеспеченного сегмента работников намного лучше, чем для тех, кто находится внизу, а верхние цифры маскируют реалии того, с чем люди имеют дело в своей повседневной жизни.

Но копнуть глубже в цифрах стоит. Член правления Федеральной резервной системы Лаэль Брэйнард подсчитал, что для работников из верхней квартили по заработной плате безработица упала ниже 5 процентов; между тем, для тех, кто находится в нижнем квартиле заработной платы, это число, вероятно, превышает 20 процентов. Многие из этих работников имеют доступ к расширенному страхованию от безработицы, но в этой системе сложно ориентироваться. Пока не ясно, когда закончатся льготы, поскольку Конгресс продолжает торговаться из-за дополнительных стимулов.

Работники с более высоким доходом (и часто белые) чаще могут работать из дома. Они не только с меньшей вероятностью потеряют деньги из-за потери работы в связи с пандемией, но и экономят деньги, потому что у них меньше возможностей тратить. Между тем, работники с низкими доходами (а зачастую и черные и коричневые) либо считаются «необходимыми», то есть они подвергают риску свое здоровье, чтобы получить зарплату, либо остаются без работы. Трудно найти работу в ресторане, когда так много ресторанов закрыто.

То, что мы наблюдаем, — это восстановление экономики в форме буквы «К», когда определенные слои населения чувствуют себя намного лучше, чем все остальные.Для тех, кто находится на вершине рейтинга К, жизнь — по крайней мере, в том, что касается работы — вполне приличная. Тех, что внизу, не так уж и много. Пандемия Covid-19 сделала реальность неравенства среди рабочих в Америке более очевидной, чем когда-либо.

«Все рецессии сильнее ударили по людям с низким и средним доходом, они непропорционально сильно ударили по цветным», — сказала Хайди Ширхольц, старший экономист и директор по политике Института экономической политики и бывший главный экономист Министерства труда.«Рецессии всегда усугубляют существующее неравенство, но этот только усиливает это, чем мы когда-либо видели».

Понимание того, что происходит с рабочими во время пандемии, влечет за собой понимание того, насколько неравномерна ситуация. Чернокожие и латиноамериканские рабочие сталкиваются с другим кругозором, чем белые рабочие, женщины сталкиваются с другим сценарием, чем мужчины, и в некоторых случаях люди, которые могут работать из дома, напрямую влияют на рабочих, которые не могут. Если парень из манхэттенской кофейной тележки зависит от офисных работников в бизнесе, что произойдет, когда эти люди теперь работают со своих бруклинских кушеток?

«Основная история К-образного восстановления только что пристально смотрела нам в глаза в течение долгого времени», — сказал Майкл Степнер, экономист и научный сотрудник Гарвардского исследовательского проекта Opportunity Insights.«Нереально думать, что эти рабочие места будут восстановлены во время пандемии».

Vox проанализировал семь наборов данных, которые помогают рассказать о том, насколько неравномерно американские рабочие переживают нынешнюю экономику. Следующие ниже диаграммы рассказывают суровую историю о неравенстве в стране — неравенстве, которое усугубилось пандемией среди некоторых из наиболее уязвимых групп населения.

Пандемия поразила чернокожих рабочих

Уровень безработицы среди чернокожих рабочих постоянно отстает от белых рабочих, и во время пандемии эта реальность усугубилась.Когда в апреле общий уровень безработицы вырос до 14,8 процента, он составлял 14,1 процента для белых рабочих, в то время как для чернокожих рабочих — 16,7 процента, а для латиноамериканских рабочих — 18,9 процента. (Азиатские рабочие были примерно равны с белыми рабочими, на 14,5 процента.) Восстановление рабочих мест было гораздо быстрее для белых рабочих, чем для цветных. Безработица среди белых упала ниже 10 процентов в июле; для чернокожих рабочих этого не произошло до декабря. А в январе уровень безработицы среди чернокожих был 9.2 процента по сравнению с 5,7 процента среди белых — больший разброс, чем до пандемии.

Бездействие Конгресса в отношении пособий по безработице может нанести чрезмерный вред чернокожим и другим цветным работникам, и если политики не будут уделять особое внимание ситуации с рабочими местами этих групп, они не будут формировать политику соответствующим образом. «Прибыль, которую чернокожие рабочие получили после Великой рецессии, были в основном сведены на нет в первые пару месяцев Covid», — заявила Vox в последнем интервью Джанель Джонс, которую администрация Байдена назначила главным экономистом в Министерстве труда. год.Она отметила, что если бы уровень безработицы в стране был таким, как у чернокожих рабочих, «мы бы не отказались от газа».

Это «уступка», вызванная Covid

Большинство рецессий, как правило, оказывают чрезмерное влияние на работников-мужчин — например, Великая рецессия ударила по отраслям, в которых преобладают мужчины, таким как производство и строительство. Однако экономика, связанная с Covid-19, была совершенно иной: она была разрушительной для женщин.

Женщины составляют большую часть рабочей силы в некоторых секторах, наиболее пострадавших от пандемии, таких как розничная торговля, гостиничный бизнес и уход за детьми, и часто эти работники — цветные женщины.И даже там, где эти рабочие места вернулись, женщин не возвращают такими же темпами, как их коллеги-мужчины, сказала Жасмин Такер, директор по исследованиям Национального центра женского права. «Работодатели принимают решение о том, кому нужны деньги, а кого оставить, — сказала она. «Я думаю, что до сих пор существуют некоторые неправильные представления о том, что женщины не являются кормильцами … но верно и обратное».

Многие женщины вообще бросили работу. Поскольку школы закрыты из-за пандемии, бремя ухода за детьми непропорционально ложится на женщин во многих семьях.«Мы не можем говорить о возвращении к работе, не говоря об инвестициях в уход за детьми, — сказал Такер.

Бернстайн, экономический советник Байдена, обратился к уникальному характеру того, как пандемия повлияла на женщин в своей реакции на отчет о занятости в пятницу: «Это более сильное снижение для женщин необычно для рецессии и, вероятно, отражает обе отрасли, в которых эта пандемия поразила. — туризм, услуги, индивидуальный бизнес, досуг и гостеприимство, рестораны — и возросшие обязанности по уходу, которые вытесняют женщин из рабочей силы.”

Ширхольц предупредила, что женщины рискуют столкнуться со вторым раундом увольнений, если не будет предоставлена ​​федеральная помощь штатам и городам — ​​проблема, которая была основным камнем преткновения для республиканцев в переговорах о стимулах. «Во второй волне пострадают работники государственного сектора, и это непропорционально сильно сказывается на женщинах», — сказала она. «Тогда вы увидите, что выздоровление женщин происходит намного медленнее, потому что уравновешивающая сила тянет их вниз».

В прошлом месяце 275 000 женщин в возрасте 20 лет и старше покинули рабочую силу по сравнению с сокращением на 71 000 мужчин.В январе 2021 года в составе рабочей силы было примерно на 2,4 миллиона меньше женщин в этой возрастной группе по сравнению с годом ранее. Напротив, мужчин было на 1,8 миллиона меньше, а это означает, что женщины чаще уходили с работы, чем мужчины.

Чем выше уровень образования, тем стабильнее положение с работой

Работники с высшим образованием продолжают жить лучше во время вспышки Covid-19, чем работники с более низким уровнем образования.В январе уровень безработицы среди лиц, не имеющих диплома об окончании средней школы, составлял 9,1 процента; для выпускников средней школы — 7,1%. Для тех, кто закончил колледж, уровень безработицы составлял 6,2 процента, а для тех, кто имеет степень бакалавра, — 4 процента.

Это похоже на то, что произошло во время Великой рецессии, хотя, как отмечает исследовательский центр Pew Research Center, сейчас есть еще один фактор — насколько важна возможность работать из дома для людей, чтобы они могли оставаться на работе.Согласно его исследованию, люди с высшим образованием в шесть раз чаще могут работать из дома, чем те, кто не имеет высшего образования, и в сценарии, когда было потеряно так много личных рабочих мест, это имеет значение.

Джед Колко, главный экономист веб-сайта по трудоустройству Indeed, сказал в интервью, что в некоторых секторах с высокой заработной платой, таких как финансы и технологии, в начале пандемии были сокращены рабочие места, хотя они с большей вероятностью приостановили прием на работу. В настоящее время количество рабочих мест в этих областях начало немного увеличиваться, во многом из-за внедрения вакцины, которая является ключом к нормализации экономики.«Они сфокусированы на свете в конце туннеля, — сказал он.

Работа на дому была плохой для людей, работа которых зависит от того, что другие приходят в офис

Согласно данным Indeed, в мегаполисах, где более высокий процент работников может работать из дома, количество объявлений о вакансиях снизилось на 13 процентов по сравнению с тем, где они были до пандемии. Это по сравнению с районами метро в целом, где количество сообщений в основном восстановилось.

«Самым большим сюрпризом стал эффект в больших богатых городах — технологических и финансовых центрах», — сказал Колко.Частично это сокращение рабочих мест связано с концентрацией искусства и развлечений в этих областях. Но в большей степени спад в таких местах, как Нью-Йорк, Бостон, округ Колумбия и Район залива, связан с тем, что многие люди работают из дома и, соответственно, не тратят столько времени и денег на услуги поблизости от того места, где они обычно бывают. офис. Например, если люди не идут на работу, они также не тратят деньги на обед в ресторане или на стрижку после работы возле своих офисов.

«По иронии судьбы, хотя это очень удачная работа, на которой вы можете работать из дома, некоторые из людей и предприятий, которые больше всего пострадали, — это те, кто работает в компаниях, которые зависят от клиентов, которые теперь работают из дома», — Колко сказал.«Нью-Йорк и Район залива относятся к числу регионов, где больше всего теряют рабочие места, хотя они и являются более богатыми местами, и более богатые люди, как правило, лучше справились с этой пандемией».

Отрасли туризма и гостеприимства рухнули, в то время как рабочие места, связанные с онлайн-доставкой, выросли

Объявлений о вакансиях меньше всего в отраслях, напрямую затронутых коронавирусом, таких как гостиничный бизнес и туризм (на 38 процентов с начала пандемии), которые, согласно данным Indeed, в значительной степени сокрушены.

Рабочие места в сфере технологий и финансов в значительной степени вернулись на прежнее место. Работа, связанная с онлайн-заказами, такими как погрузка и складирование (30 процентов) и вождение автомобиля (17 процентов), стала выше, чем была раньше. Точно так же стали появляться объявления о вакансиях в аптеках, которые считаются важными предприятиями и в которые люди ходят из-за коронавируса.

Тенденция сохраняется даже в некоторых секторах. Степнер, экономист из Гарварда, отметил, что потребительские расходы на розничную торговлю сейчас восстановились, но то, как это отражается на рабочих местах, неравномерно: высокооплачиваемые работники розничной торговли вернули свои рабочие места; низкооплачиваемые работники розничной торговли — нет.«Фактически произошла переориентация сектора розничной торговли на крупных онлайн-ритейлеров, таких как Amazon, и на магазины больших размеров, и это те типы компаний, которые созданы на основе безжалостной эффективности», — сказал он.

Более высокооплачиваемые рабочие места восстановились лучше

Согласно данным некоммерческой исследовательской группы Гарварда Opportunity Insights, уровень занятости на рабочих местах, на которых люди зарабатывают 27 000 долларов в год или меньше, на 22,5 процента ниже, чем до пандемии.Занятость на должностях со средней заработной платой, составляющая от 27 000 до 60 000 долларов в год, снизилась примерно на 5 процентов. Между тем, уровень занятости для людей, которые зарабатывают более 60 000 долларов в год, на самом деле вырос примерно на 3 процента. Таким образом, потеря рабочих мест из-за пандемии коронавируса усугубляет существующее неравенство в сфере занятости. Люди, занимающие более высокие должности, не только зарабатывают больше, но и с большей вероятностью будут трудоустроены.

В 2020 году большая часть рабочей силы была объединена в профсоюзы — потому что больше людей, не состоящих в профсоюзы, потеряли работу

Еще один эффект от потери работы из-за коронавируса? Доля членов профсоюзов выросла впервые более чем за десять лет.

Несмотря на то, что общее количество рабочих мест, представленных профсоюзом, снизилось на 444000 в 2020 году, профсоюзные рабочие места составили большую долю от общего числа рабочих мест, 12,1 процента, что на половину процентного пункта выше, чем в 2019 году. Это потому, что благодаря защите профсоюзов люди с профсоюзами рабочие места имели больше шансов сохранить свои рабочие места, чем рабочие, не являющиеся членами профсоюзов. То же самое произошло во время последней рецессии.

Correction, 16 февраля : В более ранней версии этой статьи неверно указывалось, кто с большей вероятностью сохранит свою работу среди профсоюзных рабочих и работников, не являющихся членами профсоюзов.


У нас есть заявка

Миллионы полагаются на журналистику Vox, чтобы понять кризис коронавируса. Мы считаем, что для всех нас, как для общества и для демократии, это окупается, когда наши соседи и сограждане могут получить доступ к четкой и краткой информации о пандемии. Но наша отличительная объяснительная журналистика стоит дорого. Поддержка наших читателей помогает нам делать это бесплатно для всех. Если вы уже сделали финансовый вклад в Vox, спасибо.Если нет, подумайте о том, чтобы сделать взнос сегодня всего от 3 долларов.

Определение, как это влияет на экономику

Рабочая сила — это количество работающих и безработных, ищущих работу. В трудовой резерв не входят безработные, не ищущие работу.

Например, домохозяйки, пенсионеры и студенты не являются частью рабочей силы. Обескураженные работники, которые хотели бы работать, но перестали искать, также не входят в состав рабочей силы.Чтобы считаться частью рабочей силы, вы должны быть доступны, готовы работать и недавно искали работу. Официальный уровень безработицы измеряет количество безработных, которые все еще находятся в составе рабочей силы.

Размер рабочей силы зависит не только от количества взрослых, но и от того, насколько вероятно, что, по их мнению, они смогут найти работу. Таким образом, трудовые ресурсы сокращаются во время и после рецессии. Это правда, даже несмотря на то, что количество людей, которые хотели бы работать полный рабочий день, если бы они могли ее получить, может остаться прежним.Реальный уровень безработицы измеряет всех безработных, даже если они больше не работают.

Бюро статистики труда США измеряет рабочую силу. Он предоставляет ежемесячный отчет о занятости, который также предоставляет текущий уровень безработицы в стране.

Характеристики

В 2019 году численность рабочей силы составляла 165 миллионов человек. Это четвертая по величине рабочая сила в мире после Китая, Индии и Европейского союза. Более половины, или 53.1 процент составляли мужчины и 46,9 процента — женщины.

Средний возраст составлял 42,2 года. Медиана показывает точку, в которой половина людей старше, а половина моложе. Из них 5,1 миллиона были подростками от 16 до 19 лет. Еще 9,2 миллиона были старше 65 лет. Остальные были в расцвете трудовых лет от 20 до 64 лет.

В 2016 году здравоохранение было крупнейшей отраслью, в которой было занято 14 процентов рабочей силы — если учесть как рабочие места в секторе здравоохранения, так и связанные со здоровьем рабочие места в других отраслях.Следующей была розничная торговля, в которой работали 11 процентов рабочей силы. В обрабатывающей промышленности было занято 11 процентов, а в образовании — 9 процентов. В технических и профессиональных службах занято 8 процентов, а в гостиницах — 7 процентов.

Тенденции

Уровень участия в рабочей силе — это количество людей, готовых работать, в процентах от общей численности населения. В период с 1960 по 2000 год этот показатель увеличился по мере того, как женщины попали на рынок труда. В январе 2000 года он достиг пика — 67.3 процента. Спад 2001 года снизил его до 65,9 процента к апрелю 2004 года. Финансовый кризис 2008 года снизил его еще до 62,3 процента к октябрю 2015 года. К ноябрю 2018 года он вырос только до 62,9 процента.

Это падение должно означать, что предложение рабочих сокращается. Меньшее количество рабочих должно иметь возможность вести переговоры о более высокой заработной плате. Но этого не произошло. Вместо этого неравенство доходов увеличивалось по мере снижения среднего уровня доходов. Рабочие не могли конкурировать, когда работа отдавалась на аутсорсинг. Они также не могли конкурировать с роботами.Компании сочли более рентабельным замену основного оборудования вместо найма большего количества рабочих.

Производительность — это количество товаров и услуг, которые создает рабочая сила. Он измеряется тем, сколько произведено определенным количеством труда и фиксированным объемом капитала. Чем больше они создают, тем выше их производительность. Компании ищут способы повысить производительность, потому что это увеличивает их прибыль. Высокая производительность создает конкурентное преимущество. Это верно для отдельного работника, компании или страны.

Outlook

BLS ожидает, что рабочая сила увеличится на 8,4 миллиона рабочих мест с 2018 по 2028 год. Рабочие места, требующие степени магистра, будут расти быстрее всего. Медленнее всего будут расти те, кому нужен только аттестат о среднем образовании.

Самый быстрый рост будет наблюдаться в сфере здравоохранения и социальной помощи по мере старения американского населения. Следующим по значимости будет рост частных образовательных услуг.

Количество рабочих мест в обрабатывающей промышленности сократится в результате использования технологий и аутсорсинга.Производители постоянно находят более дешевые способы производства своих товаров. В результате они автоматизируют производственные процессы. Оставшиеся рабочие места потребуют обучения управлению компьютерами.

Рабочая сила США сталкивается с более конкурентоспособной рабочей силой из других стран, которая может платить своим работникам меньше. В таких странах, как Китай и Индия, уровень жизни ниже. Это основная причина, по которой американские рабочие места передаются на аутсорсинг.

Как это влияет на экономику США

В Соединенных Штатах имеется высококвалифицированная и мобильная рабочая сила, которая быстро реагирует на меняющиеся потребности бизнеса.Почти 30 процентов рабочей силы имеют хотя бы какое-то высшее или младшее образование. Лишь 7,7% не получили аттестата об окончании средней школы. Этот уровень образования лучше, чем 25 лет назад.

Но инвестиции США в человеческий капитал снизились. Например, математические навыки американских студентов с 2000 года оставались примерно стабильными. В то же время, в других странах они улучшились. В результате результаты тестов по математике в США упали ниже среднемирового уровня.

Мобильность рабочей силы в США намного выше, чем в других развитых странах.Американцы в три раза чаще, чем европейцы, переезжают в поисках лучшей работы. Эти мобильные сотрудники обладают большей гибкостью при переговорах о заработной плате, смене работодателя и открытии бизнеса.

Мобильность рабочей силы в США отчасти объясняется тем, что страна была построена за счет иммиграции. В Америке 50,7 миллиона иммигрантов, больше, чем в любой другой стране. У большинства из них хватило мужества и гибкости, чтобы выжить в новой стране. Это одна из причин, по которой американцы исторически были более склонны рисковать.

Иммиграция означает, что рабочая сила США более разнообразна в культурном отношении, чем в других странах. Разнообразие сотрудников открывает новые перспективы, основанные на разном опыте. Он создал множество инноваций, особенно в области технологий. Такое разнообразие помогает сделать Кремниевую долину ведущим мировым технологическим центром.

Неравное разделение труда

Введение и резюме

Многие, если не большинство, работники сталкиваются в своей жизни с моментами, когда их обязанности на работе вступают в противоречие с их обязанностями дома.Это проблема, которая остро ощущается всеми работниками, у которых есть обязанности по уходу дома, независимо от того, ухаживают ли они за младенцем, ребенком, другим взрослым с инвалидностью или пожилым человеком. Хотя все работающие опекуны могут испытывать похожие трудности, в этом отчете основное внимание уделяется работающим родителям, которым нужно время, чтобы заботиться о своих детях, а также приносить домой зарплату. К сожалению, из-за отсутствия национальной государственной политики, поддерживающей реалии потребностей работающих семей, большинству родителей приходится искать способы выполнения всех своих обязательств без доступа к политике занятости, которая гарантирует им разумную поддержку, такую ​​как оплачиваемый отпуск, гибкость на рабочем месте. , предсказуемость расписания и доступный уход за детьми.Эти эффекты непропорционально сильно ощущаются женщинами, низкооплачиваемыми работниками и цветными людьми, у которых еще меньше шансов получить доступ к политике, которая поможет им выполнять семейные обязанности по уходу.

Получайте еженедельные обзоры прогрессивной политики. Подпишитесь на

InProgress

В то время как все работники могут испытывать временные конфликты, работающие матери особенно сильно страдают, потому что, помимо оплачиваемого труда, они берут на себя большую часть неоплачиваемой работы по дому и по уходу.Большинство работников в Соединенных Штатах, включая большинство работающих матерей, работают полный рабочий день, и большинство матерей являются кормильцами или соработниками своих семей. Но помимо оплачиваемой работы, большинство работающих матерей возвращаются домой во вторую смену неоплачиваемой работы, которая включает в себя домашний труд и уход за детьми. Хотя многие из них могут найти способы управлять своим временем и обязанностями в обычный рабочий день, когда обычные, но неожиданные жизненные события — например, у ребенка поднялась температура или сломался прибор, требующий посещения ремонтника — нарушают графики, слишком много рабочих остаются без хороших вариантов удовлетворения конкурирующих потребностей своих работодателей и их семей.

Существует общее культурное понимание того, что сегодня в большинстве семей все родители в доме работают, и труд, который делается за плату, то есть работа, часто является предметом разговоров о динамике работы и семьи. Хотя оплачиваемая работа является важным и отнимающим много времени аспектом жизни большинства людей, неоплачиваемый домашний труд и уход также имеют жизненно важное значение для общего функционирования общества. Как будет показано в этом отчете, у работающих женщин и мужчин нет равного опыта в том, как они тратят свое время на оплачиваемый и неоплачиваемый труд.Это имеет последствия для того, как защитники и политики должны думать о гендерном равенстве; без государственной политики, отражающей текущие гендерные потребности в уходе, женщины по-прежнему будут находиться в невыгодном положении на оплачиваемой рабочей силе. Общие потребности и время, которое женщины и мужчины проводят во всех сферах своей жизни, просто непосильны. Политические меры необходимы, чтобы помочь работникам выполнять свои обязанности помимо оплачиваемой работы. Приоритет оплачиваемого труда над всеми другими формами работы не только приносит незначительную пользу мужчинам и способствует гендерному неравенству в нашей нынешней системе, но также отрицательно сказывается на детях, которым нужно, чтобы у их родителей было время для ухода за ними.Работающим семьям нужен больший контроль над тем, как они решают распределять свое время, вместо того, чтобы их выбор ограничивался отсутствием политики на рабочем месте.

В этом отчете анализируются данные об использовании времени, чтобы составить более ясную картину того, как работающие родители проводят свое время в рабочие дни. Данные, представленные в этом отчете, показывают, что работающие родители проводят большую часть времени бодрствования на оплачиваемой работе или неоплачиваемой работе по дому и уходу. Некоторые ключевые выводы включают:

  • Наличие детей младше 6 лет сокращает рабочее время матерей, но не оказывает статистически значимого влияния на рабочее время отцов.Исключение составляют темнокожие женщины, у которых много рабочего времени независимо от наличия или возраста их детей.
  • В то время как матери маленьких детей тратят меньше времени на оплачиваемую работу, они с гораздо большей вероятностью будут заниматься домашним трудом и домашними делами в те дни, когда они также работают за плату. Они тратят на эти занятия значительно больше времени по сравнению с отцами.
  • Когда время, затрачиваемое на оплачиваемую работу, и время, затрачиваемое на неоплачиваемый домашний труд и уход за детьми, объединяются для всех работников, нет значительной разницы в общем времени, затрачиваемом между всеми женщинами и всеми мужчинами.Таким образом, хотя женщины могут тратить немного меньше времени на оплачиваемую работу, они компенсируют это время неоплачиваемой работой по дому.
  • При сравнении общего использования времени матерями и отцами маленьких детей, матери тратят больше времени на работу, выполнение домашнего труда и уход за детьми, чем отцы.
  • Хотя матери маленьких детей тратят больше времени на работу, домашний труд и уход за детьми, чем отцы, у них не больше шансов получить доступ к таким политикам на рабочем месте, как оплачиваемый отпуск по семейным обстоятельствам и отпуск по болезни, оплачиваемый отпуск по болезни, гибкость рабочего места и доступный ребенок уход.

В целом, нет сильной взаимосвязи между заработком и доходом семьи и использованием времени ни в отношении оплачиваемой работы, ни в связи с неоплачиваемым домашним трудом. Это означает, что большинство низкооплачиваемых рабочих и работников из малообеспеченных семей тратят примерно одинаковое количество времени на оплачиваемую работу, домашний труд и обязанности по уходу за детьми по сравнению с более высокооплачиваемыми работниками и работниками из семей с более высокими доходами. Это указывает на то, что низкооплачиваемые работники и работники из малообеспеченных семей находятся вне своего экономического положения, потому что они работают меньше часов; скорее, они работают примерно столько же времени и просто зарабатывают при этом меньше денег.Следовательно, увеличение их предложения рабочей силы за счет более продолжительной работы не обязательно является путем к более высоким доходам. Поскольку более высокооплачиваемые работники и семьи с большей вероятностью будут иметь доступ к политике в отношении оплачиваемых отпусков и возможность оплачивать высокие личные расходы по уходу за детьми, малооплачиваемые работники и семьи, которые не имеют доступа к оплачиваемому отпуску и не могут позволить себе оплату ухода за детьми. могут иметь гораздо больше шансов столкнуться с конфликтом между работой и семьей.

Как показывает анализ, приведенный в этом отчете, наличие у родителей маленького ребенка влияет на продолжительность рабочего времени женщин, но не мужчин.Отцы и другие мужчины работают одинаковое общее количество часов, но матери детей в возрасте до 6 лет работают меньше часов, чем мужчины и женщины, не имеющие маленьких детей. Заметным исключением являются чернокожие женщины, которые работают дольше по сравнению с белыми и латиноамериканскими женщинами, и их продолжительность работы не меняется существенно, когда у них есть маленькие дети.

Хотя матери меньше времени тратят на оплачиваемый труд, они значительно более склонны заниматься домашним трудом и домашними делами в те дни, когда они также работают, по сравнению с отцами.Большинство работающих матерей с маленькими детьми возвращаются домой с работы только для того, чтобы провести вторую смену неоплачиваемого домашнего труда — и они делают это со скоростью и с затратами времени, которые намного превышают таковые у работающих отцов. Матери маленьких детей не только значительно больше выполняют домашнюю работу, но и берут на себя большую часть обязанностей по уходу за детьми в своих семьях. Практически по каждой демографической переменной, анализируемой в этом отчете, матери маленьких детей значительно чаще оказывали первичную и вторичную помощь своим детям в те дни, когда они также работали.Отцы сообщают о большем количестве свободного времени, чем матери, и меньше времени они проводят на уходе за детьми.

Все рабочие большую часть времени бодрствования в рабочие дни тратят на как оплачиваемую, так и неоплачиваемую работу. Когда часы, потраченные на оплачиваемую работу, объединяются с часами, затраченными на неоплачиваемый домашний труд, нет статистически значимых различий в общем времени, затрачиваемом между женщинами и мужчинами. Это означает, что, хотя женщины тратят меньше времени на оплачиваемую работу, они компенсируют это время неоплачиваемой работой по дому.Из-за своих обязанностей по уходу неудивительно, что родители маленьких детей тратят больше времени, чем средний работник, на сочетание оплачиваемого и неоплачиваемого труда. По сравнению с отцами маленьких детей, матери маленьких детей тратят значительно больше времени на оплачиваемый и домашний труд. За исключением нескольких работников, матери с ребенком младше 6 лет тратят больше времени на оплачиваемый и неоплачиваемый труд, чем отцы в каждой демографической группе, анализируемой в этом отчете.

Однако женщины и матери вряд ли будут иметь доступ к полному набору государственной политики поддержки работы, которая необходима для управления своими обязанностями. В результате работающие женщины — и особенно работающие матери — оказываются в числе тех, кто больше всего страдает от отсутствия государственной политики «работа-семья». Политика работы и семьи — например, доступ к оплачиваемым семейным и медицинским отпускам, оплачиваемым больничным, справедливое планирование, гибкость рабочего места и доступный уход за детьми — не являются панацеей от конфликтов расписания, с которыми сталкиваются многие работающие родители, но они могут иметь большое значение. к улучшению неприемлемых обстоятельств, в которых оказались многие работающие родители.

Реалии жизни работающих родителей

У рабочих семей много дел. Между обязанностями на работе и заботой о детях и других членах семьи — не говоря уже о том, чтобы заботиться об их собственных потребностях — большинство работающих родителей знакомо с ощущением, что в сутках слишком много дел и мало часов. Хотя это не новое явление, поскольку демография рабочей силы со временем изменилась, сегодня на этот раз больше семей ощущают кризис, чем в предыдущем поколении.Произошли изменения в гендерном разделении семейного ухода, но женщины по-прежнему несоразмерно чаще, чем мужчины, заботятся о детях и других членах семьи. В результате работающие матери с большей вероятностью будут проводить много часов на работе, а затем возвращаться домой к еще большему количеству неоплачиваемого труда.

Характер работы со временем изменился. В то время как процент рабочих, сообщающих о 40-часовой рабочей неделе, в основном не изменился, доля тех, кто сообщает об очень продолжительной продолжительности рабочего дня, определяемой как 49 часов и более в неделю, увеличилась с 13 процентов в 1976 году до 16.1 процент в 2017 году. Технологический прогресс и рост гиг-экономики, когда работников нанимают для работы по запросу, а не для установления традиционных трудовых отношений, также сместили границы работы и стерли границу между работой и другими аспектами жизни. много. Также за последние 40 лет произошел значительный сдвиг в составе рабочей силы, увеличилось число женщин, попадающих на оплачиваемую рабочую силу. Это изменение было самым большим для замужних белых женщин, которые исторически реже работали вне дома по сравнению с цветными женщинами.По состоянию на 2017 год женщины в целом составляли чуть более половины взрослого населения США, а также всех взрослых в расцвете трудоспособного возраста от 25 до 64 лет. И хотя у женщин уровень экономической активности был ниже, чем у мужчин — 70,9 процента для женщин в возрасте. От 25 до 64 по сравнению с 84,2 процента для мужчин в 2017 году — их участие резко возросло за последние несколько десятилетий. В 1950 году, например, только одна треть всех женщин составляла рабочую силу.

Семейная динамика менялась с течением времени вместе с изменениями в участии женщин — и особенно матери — в рабочей силе.В 1975 году 84 процента пар с несовершеннолетними детьми состояли в браке по сравнению с 67,6 процента в 2016 году. А в 1975 году более половины, или 52,6 процента семей супружеских пар имели отца, который работал, и мать, которая оставалась дома. , тогда как в 2016 году такую ​​конфигурацию имели менее трети супружеских пар. Обе матери-одиночки были менее распространены в 1975 году — только 14,6 процента всех семей с детьми по сравнению с 25 процентами в 2016 году, — и реже были заняты в составе рабочей силы — 59,9 процента против 72.5 процентов в 2016 году. Все матери, вне зависимости от того, замужем они или не замужем, значительно увеличили свою долю участия в рабочей силе с 1970-х годов, причем матери очень маленьких детей испытали наибольший рост.

Большинство работающих мужчин и женщин в Соединенных Штатах работают полный рабочий день, хотя женщины чаще, чем мужчины, занимают должности неполный рабочий день. Женщины в два раза чаще работают неполный рабочий день — 24,4 процента по сравнению с 12,1 процента мужчин — и составляют большинство, или 64.1 процент, работающих неполный рабочий день. Матери, младший ребенок которых младше 6 лет, с большей вероятностью будут работать неполный рабочий день, чем матери старших детей — 26,3 процента по сравнению с 22,1 процента. Тем не менее, доля отцов, работающих неполный рабочий день, в целом ниже и примерно одинакова независимо от возраста их детей — 4,6 процента для отцов маленьких детей по сравнению с 4,4 процента для отцов более старших детей.

Неудивительно, что по мере того, как матери увеличили свое участие в рабочей силе и количество рабочих часов, они также увеличили свои заработки и финансовую поддержку своим семьям.Уровень участия женщин и матерей увеличился по ряду причин, в том числе за счет расширения доступа женщин к образованию и занятости за последние несколько поколений. Одним из движущих факторов была экономическая потребность, поскольку многие женщины вышли на рынок труда или увеличили свое рабочее время, чтобы компенсировать десятилетия стагнации заработной платы мужчин в большей части экономики США. По состоянию на 2016 год — последний год, по которому имеются данные, — большинство матерей были либо кормильцами, зарабатывающими большую часть дохода своей семьи, либо соработниками, зарабатывающими менее половины, но не менее четверти дохода своей семьи.А для чернокожих матерей и матерей латиноамериканского происхождения показатели еще выше, отчасти из-за того, что они с большей вероятностью будут матерями-одиночками и единственным источником дохода для своих домохозяйств. Увеличение объема работы женщин оказало значительное влияние не только на отдельные семьи. Если бы женщины не увеличили свое рабочее время с 1979 по 2012 год, валовой внутренний продукт США в 2012 году был бы на 11 процентов ниже, а объем производства на 1,7 триллиона долларов меньше.

Хотя большинство матерей работают за плату и вносят значительный вклад в доходы своих семей, работающие женщины зарабатывают в среднем меньше, чем работающие мужчины, а неравенство в заработной плате у работающих матерей еще больше.Если сравнить среднюю заработную плату всех женщин, которые работают полный рабочий день круглый год, со средней заработной платой мужчин, работающих полный рабочий день круглый год, женщины зарабатывают 80,5 процента от заработка мужчин. А если сравнить всех мужчин и женщин, используя данные о почасовой оплате труда, независимо от того, работают ли они полный или неполный рабочий день, разрыв в оплате труда составит 84 процента. Причины этого сложны, и отцовство оказывает значительное негативное влияние на заработную плату женщин, но не мужчин. Незамужние женщины без детей зарабатывают 96 процентов от заработка их коллег-мужчин, в то время как замужние женщины с ребенком дома зарабатывают только 76 процентов от заработка их коллег-мужчин.

Поскольку большинство матерей работают за плату вне дома, в семьях с меньшей вероятностью будет постоянно работать сиделка. Однако работа, традиционно выполняемая матерями дома, не обязательно исчезает. Работающие женщины с большей вероятностью вернутся домой в конце рабочего дня к тому, что социолог Арли Хохшильд назвал «второй сменой», которая включает неоплачиваемый домашний труд, такой как уборка, приготовление пищи и уход за детьми и другими членами семьи.

Неоплачиваемый труд обычно получает меньше внимания, чем оплачиваемый, но он жизненно важен. Если члены семьи не делают эту работу бесплатно, она должна быть оплачена сторонним подрядчиком. Возьмем, к примеру, приготовление пищи. Каждый должен есть, и когда нет члена семьи, который мог бы пойти за продуктами и приготовить еду, готовые к употреблению блюда необходимо покупать по более высокой цене. Несмотря на некоторую иронию, Salary.com считает, что для найма человека, который будет выполнять все обязанности домохозяйки в 2016 году, потребуется общая годовая зарплата в размере более 143000 долларов.Работа женщин по дому и неоплачиваемый семейный уход также создают фон, поддерживающий участие мужчин в рабочей силе, поскольку, когда женщины в разнополых парах выполняют эту работу, это высвобождает время их партнеров для выполнения оплачиваемой работы. Когда-то такая конфигурация могла работать для некоторых семей, особенно для белых семей среднего класса, но это никогда не было нормой для всех семей. Факт остается фактом: сегодня большинство женщин работают за плату и по-прежнему берут на себя большую часть второй смены дома.

Также стоит отметить, что когда семьи передают домашний труд на аутсорсинг, это часто делается цветным женщинам и иммигрантам, которые составляют большинство домашних работников и получают более низкую заработную плату, чем их белые коллеги. Домашний труд, хотя и жизненно важен для функционирования семьи, обесценивается в американской культуре — будь то неоплачиваемая работа, выполняемая членами семьи, или оплачиваемая работа. И хотя неоплачиваемый домашний труд матерей часто поддерживает участие отцов в рабочей силе, низкооплачиваемый домашний труд помогает поддерживать так называемый баланс между работой и личной жизнью белых женщин с высоким доходом, в значительной степени лишая тех же льгот низкооплачиваемых работниц. которые непропорционально много цветных женщин.

Практически все работающие семьи — и действительно большинство одиноких и бездетных работающих людей — в какой-то момент переживали период, когда они чувствовали, что делать слишком много и слишком мало часов в день. Но это не повсеместно ощущаемый опыт. Как упоминалось ранее, женщины берут на себя больше работы по дому и уходу, чем мужчины. В Соединенных Штатах существует культура чрезмерной работы, но очень продолжительные часы работы не так распространены в других странах с развитой экономикой. Среди 38 стран Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), по которым имеются данные, Соединенные Штаты занимают 10-е место по среднему количеству отработанных часов в неделю на основной работе для работников в возрасте от 25 до 54 лет.В 2017 году большинство, или 76,3 процента, работников в Соединенных Штатах были заняты полный рабочий день, что определяется как 35 или более часов в неделю. Большинство сотрудников, работающих полный рабочий день, работают 40 часов в неделю, но почти треть сотрудников, работающих полный рабочий день, работает более 40 часов в неделю, при этом 8,6% сообщают, что обычно они работают 60 или более часов в неделю.

Проблема продолжительного рабочего времени часто формулируется как проблема, с которой сталкиваются только высокооплачиваемые профессионалы в профессиях, требующих очень продолжительного рабочего времени, и это правда, что некоторые высокооплачиваемые работы требуют очень напряженного графика работы.Например, сотрудники, занятые полный рабочий день в сфере управления, бизнеса и финансовых операций, работают больше всего часов, в среднем 44,3 часа в неделю. Однако исследование средней продолжительности рабочего времени показало, что в 2016 году одинокие работники, занятые полный рабочий день, зарабатывающие более 1440 долларов в неделю, работали такое же среднее количество часов, как и те, кто зарабатывает 580 долларов или меньше в неделю, и что работники с заработком в середине этого диапазона в среднем работать больше часов. Рабочие, занятые полный рабочий день на транспорте и в сфере грузоперевозок, работают на втором месте по количеству часов в неделю — 43 часа.4 часа, несмотря на то, что средняя заработная плата ниже средней по стране — 30 730 долларов по сравнению со средним показателем по стране в 31 099 долларов.

Эти цифры относятся только к работникам, которые заняты на одной работе, но 4,9 процента работников в 2017 году работали на нескольких работах. Среди множества сотрудников только около четверти, или 26,4 процента, работают на нескольких работах неполный рабочий день. Остальные несколько сотрудников работают неполный рабочий день в дополнение к постоянной занятости, двум рабочим местам с полной занятостью или нескольким рабочим местам с разной продолжительностью рабочего дня.Кроме того, темнокожие мужчины и женщины всех рас и национальностей с большой вероятностью могут иметь несколько рабочих мест. Выполнение нескольких заданий, особенно с переменным графиком и графиком работы, еще больше усложняет доступное время рабочих.

Ролевая перегрузка в сравнении с ролевым вмешательством

Большинство работников, независимо от того, работают ли они полный или неполный рабочий день, будут испытывать периоды, когда их обязанности на работе и в жизни вне работы противоречат друг другу. Один из способов понять, как возникают несоответствия между работой и личной жизнью, — это провести различие между ролевой перегрузкой и ролевым вмешательством.Когда сотрудники испытывают перегрузку ролей, совокупные обязанности на работе и дома отнимают слишком много времени, чтобы позволить работникам выполнять все необходимые задачи или, по крайней мере, выполнять их все хорошо. В этом сценарии просто слишком много дел и слишком мало часов в день, чтобы все сделать. В результате работникам приходится либо откладывать выполнение определенных обязанностей, либо отказываться от них. Вмешательство ролей связано, но относится к ситуациям, в которых работники либо не могут, либо борются за выполнение нескольких ролей, таких как служащий и родитель, потому что эти роли часто мешают друг другу из-за конфликтов расписания или конкурирующих ожиданий.Возьмем, к примеру, работающего родителя, которому звонят из школы или детского сада своего ребенка и сообщают, что его ребенок болен и его нужно забрать в то же самое время, когда они начинают важную встречу на работе. Просто невозможно находиться в двух местах одновременно, и этот гипотетический работник находится в ситуации, когда им приходится расставлять приоритеты для задач. В то время как у некоторых работников могут быть простые решения для этой и подобных ситуаций, от тех, кто не имеет доступа к политике работы и семьи, такой как оплачиваемый больничный, оплачиваемый семейный отпуск и отпуск по болезни, а также гибкость рабочего места, которая включает справедливое планирование, часто требуется, чтобы сделать выбор между благополучие самих себя и их семей, а также их доходы и надежность работы.В то время как работающие родители находятся в центре внимания настоящего отчета, другие категории работников сталкиваются с аналогичными проблемами. Сотрудники, которые работают на нескольких работах, учатся в школе или имеют другие обязанности помимо работы, также могут столкнуться с перегрузкой ролей и вмешательством ролей.

К сожалению, слишком много работников не имеют доступа к оплачиваемому отпуску или гибкости, которые помогли бы им выполнять свою роль наемных работников и лиц, осуществляющих уход за членами семьи. Только 68 процентов работников частного сектора имеют доступ к оплачиваемым больничным, и не каждая политика компании позволяет использовать эти дни для ухода за больными членами семьи.Кроме того, доступ неравномерно распределен между работниками, поскольку 93 процента работников, занятых в фирмах, обеспечивающих финансовую деятельность, имеют доступ к оплачиваемым отпускам по болезни, по сравнению с только 35 процентами тех, кто предоставляет услуги по размещению и питанию. Доступ к оплачиваемому отпуску по болезни также гораздо более вероятен среди высокооплачиваемых работников. Подавляющее большинство — или 92 процента — тех, кто получает 10 процентов самого высокого заработка по своей профессии, имеют доступ к оплачиваемому отпуску по болезни, по сравнению с только 30 процентами тех, кто находится в дециле самого низкого заработка.Доступ к оплачиваемому отпуску по семейным обстоятельствам встречается еще реже, охвачено только 13 процентов работников частного сектора. Управленческие и профессиональные работники, а также люди, высокооплачиваемые по своей профессии, с гораздо большей вероятностью будут иметь доступ к оплачиваемому отпуску по семейным обстоятельствам, но даже в этом случае охвачено менее одной трети этих работников.

Гибкость рабочего места, которая позволяет работникам изменять свой график или место работы, также недостижима для большинства работников. Менее половины — или 48,7% — всех работников сообщают о доступе к гибкому графику; только 4 из 10 имеют доступ к гибкому графику; и менее четверти имеют гибкие рабочие места.Высокооплачиваемые работники — те, кто входит в верхний квинтиль заработной платы — на самом деле с меньшей вероятностью, чем работники нижнего квинтиля, будут иметь доступ к гибкому рабочему дню и примерно в равной степени будут иметь гибкий рабочий день, хотя у них гораздо больше шансов иметь гибкий рабочий день. расположение работы. Во многом это, вероятно, связано с характером их работы: сменные работники, которые, как правило, имеют более низкую заработную плату, с большей вероятностью смогут менять графики, в то время как профессионалы с большей вероятностью будут иметь работу с задачами, которые можно выполнять из дома. .

Это не означает, что работники, занятые на низкооплачиваемых работах, имеют доступ к разумным методам составления расписания, и не означает, что они имеют большой контроль над своим расписанием работы. «Своевременное планирование», например, корректирует часы работы сотрудников в зависимости от колебаний розничного трафика или других показателей в соответствии с потребительским спросом, что приводит к непредсказуемым графикам. Это означает, что плановые смены рабочих могут закончиться раньше, чем планировалось изначально, что отрицательно скажется на почасовой оплате труда рабочих.Это также приводит к появлению рабочих мест, где сотрудники должны быть доступны для работы, даже если они не могут быть вызваны. Более того, у многих работников на низкооплачиваемых работах нестабильный график, который меняется от недели к неделе без гарантии того, сколько часов они будут запланированы. работать. Эти методы составления расписания не только вызывают неопределенность в отношении заработной платы, но и усложняют задачу для работников, которые учатся в школе, нуждаются в семейном уходе или имеют вторую работу, которую нужно планировать заранее, чтобы выполнять все свои обязанности.Белые женщины и цветные люди, которые с большей вероятностью будут работать на низкооплачиваемой работе с такой практикой расписания, непропорционально чувствуют эти негативные эффекты.

Неофициальные данные иногда указывают на возможность того, что люди будут самостоятельно выбирать те виды работы, которые обеспечивают им необходимые преимущества, и многое было сделано из представления о том, что родители — и, в частности, матери — выпадают из состава рабочей силы, масштаб вернуться на работу или выбрать работу, которая дает им гибкость, необходимую для ухода за своими семьями.Однако анализ данных о доступе к оплачиваемым отпускам и гибкости рабочего места показывает, что у работающих родителей не больше шансов иметь работу, предусматривающую оплачиваемый отпуск по болезни или гибкость рабочего места, по сравнению с другими идентичными работниками без детей. В некоторых случаях у работающих родителей может быть меньше шансов иметь гибкие дни или часы.

Хотя работающие родители — не единственные работники, которые сталкиваются с ролевой перегрузкой и вмешательством, нельзя отрицать, что люди с семейными обязанностями по уходу, вероятно, столкнутся с отсутствием интеграции между работой и личной жизнью в какой-то момент своей карьеры.Например, Американская академия педиатрии рекомендует восемь посещений здорового ребенка у педиатра в течение первого года жизни ребенка, исключая любые дополнительные посещения врача по вопросам здоровья. Поскольку офисы большинства врачей открыты только в обычное рабочее время, работающие родители должны найти способы согласовать эти важные медицинские осмотры со своим рабочим графиком. Прием к врачу здоровых младенцев и детей — лишь одна из бесчисленных причин, по которым работники могут сталкиваться с конфликтами между своими ролями на работе и вне работы.Работники с ограниченными возможностями и лица, ухаживающие за другими инвалидами, также сталкиваются с аналогичными проблемами.

Родители детей со сложными медицинскими потребностями еще чаще обнаруживают, что их рабочее время расходится с их родительскими обязанностями. Вмешательство ролей и перегрузка являются основными причинами, по которым работники, которые живут с ребенком с проблемами здоровья, на 48 процентов чаще теряют заработную плату, поскольку для удовлетворения потребностей своего ребенка в области здоровья часто требуется сокращение масштабов работы. Однако доступ к оплачиваемому отпуску, который можно использовать для ухода за членом семьи, нуждающимся в здоровье, снижает вероятность потери заработной платы на 30 процентов, а наличие поддерживающего руководителя снижает вероятность на 37 процентов.Доступ к поддержке на рабочем месте также может снизить частоту будущих потребностей в отгуле от работы, потому что родители детей со сложными медицинскими потребностями, которые имеют доступ к оплачиваемому отпуску, положительно отзываются о физическом и эмоциональном здоровье своих детей, а также о самих себе. Несмотря на то, что это выходит за рамки настоящего отчета из-за отсутствия доступных данных и ограничений по размеру выборки, работники, ухаживающие за пожилыми людьми или другими взрослыми с ограниченными возможностями, также испытывают перегрузку ролей и вмешательство, а также связанные с этим негативные последствия для своей занятости и экономической безопасности.

Очевидно, что такие политики на рабочем месте, как различные формы оплачиваемого отпуска и гибкость, не могут решить всех проблем, связанных с перегрузкой ролей и вмешательством ролей, но они могут во многом помочь. Многие люди заняты на работе с продолжительным рабочим днем ​​и напряженным графиком или работают на нескольких работах, и не все из них высоко оплачиваются. Как подробно говорится в этом отчете, работающие родители проводят большую часть своего времени, работая, ухаживая за своими детьми и выполняя домашнюю работу. Это оставляет мало места для обычных жизненных событий, таких как болезни, чрезвычайные ситуации в семье или другие нарушения обычного режима домашнего хозяйства.Отсутствие свободного времени у работающих родителей показывает, насколько жизненно важна политика работы и личной жизни для того, чтобы люди могли сохранить свою работу и доход, преодолевая при этом непредсказуемость современной жизни.

Данные по всему спектру работающих матерей и отцов

Анализ, подробно описанный в этом отчете, основан на данных Американского обследования использования времени (ATUS). ATUS спонсируется Бюро статистики труда и собирается Бюро переписи населения США ежегодно с 2003 года.Данные состоят из записей об использовании времени, собранных от домохозяйств, завершивших свой последний месяц текущего обследования населения. Респонденты должны быть не моложе 15 лет и выбираются случайным образом из домохозяйств, которые были определены как подходящие на основании демографических характеристик. Каждый респондент ATUS ведет подробный дневник с указанием того, как они провели 24-часовой период. Данные об использовании времени для этого исследования ограничены респондентами в возрасте от 18 до 64 лет, которые в настоящее время работают и не учатся в школе.Если не указано иное, весь анализ, связанный с использованием времени, проводится по дням, когда респонденты сообщали о том, что они хотя бы некоторое время работали. Для получения адекватных размеров выборки данные объединяются за период с 2011 по 2016 годы. Даже при объединении данных некоторые переменные, в первую очередь для чернокожих родителей, были в целом небольшими и поэтому не могли быть включены для анализа некоторых видов деятельности по использованию времени.

Рабочее время

Анализируемые здесь данные относятся к работникам, чьи обычные графики включают как неполную, так и полную занятость.(см. Таблицу 1) Переменная времени, представленная здесь, включает время, потраченное на работу, на служебную деятельность и на служебные командировки. В целом цветные люди работают дольше, чем белые, и, хотя различия в определенный день невелики, они статистически значимы. Различия в продолжительности рабочего времени в распределении доходов также являются статистически значимыми, но небольшими по масштабу. Работники из второго квинтиля заработка работают в среднем на 0,28 часа или 17 минут в день меньше, чем работники из квинтиля самого высокого заработка; хотя они работают на разных работах с очень разной шкалой заработной платы, их рабочее время одинаково длинное.(См. Приложение A для преобразования долей часов в минуты) Семейный доход также имеет статистически значимое, но в целом небольшое отношение к рабочим часам. Работники в семьях, зарабатывающих менее 25 000 долларов в год, работают в среднем на 20 минут меньше в день, чем работники, семьи которых зарабатывают более 100 000 долларов в год. Опять же, работники с низкими доходами зарабатывают меньше денег, но они не меняют заработную плату на значительно большее количество свободного времени. Как и следовало ожидать, те, кто работает неполный рабочий день, работают меньше часов по сравнению с работниками, работающими полный рабочий день, а работники с несколькими рабочими местами работают дольше, чем те, у кого есть только один.

Несмотря на то, что женщины — и особенно матери — с большей вероятностью будут работать неполный рабочий день, в среднем большинство работающих женщин отводят эквивалентное количество часов полной занятости в те дни, когда они сообщают о работе или связанной с работой деятельности. Женщины в среднем работают меньше часов, чем мужчины, а матери, младший ребенок которых младше 6 лет, работают меньше часов, чем другие женщины, в том числе те, у кого нет маленьких детей, и женщины, младший ребенок которых составляет 6 лет и старше. Обратное также верно для отцов детей младше школьного возраста, у которых часы работы не сильно отличаются от рабочих часов других мужчин.

По всем анализируемым здесь переменным, то, что родители являются родителями маленького ребенка в семье, меньше влияет на продолжительность рабочего времени мужчин, чем женщин. По сравнению с другими мужчинами в том же квинтиле доходов различия не являются статистически значимыми. Отцы детей в возрасте до 6 лет в семьях, зарабатывающих от 25 000 до 49 999 долларов в год, работают больше часов в день, чем другие мужчины, но нет значительных различий между детьми из семей с более высоким или более низким доходом. Если сравнивать мужчин по продолжительности рабочего времени и быть одним или несколькими работниками, то между отцами маленьких детей и другими мужчинами нет значительных различий.

В целом, чернокожие и латиноамериканские рабочие работают дольше, чем белые, и последствия этой продолжительности особенно сильны для чернокожих матерей маленьких детей и всех других чернокожих женщин. Материнство маленького ребенка значительно сокращает рабочее время белых и латиноамериканских женщин, но не темнокожих женщин, которые продолжают работать дольше всех из любой расовой или этнической группы, независимо от родительского статуса или возраста их детей. Частично это может быть связано с тем, что черные матери чаще остаются незамужними и темнокожие рабочие имеют значительно более высокий уровень безработицы, что в обоих случаях может привести к тому, что у чернокожих работающих матерей будет меньше шансов иметь второго кормильца в доме.Этот вывод поразителен, учитывая сохраняющийся расовый разрыв в заработной плате, поскольку темнокожие женщины, работающие полный рабочий день и получающие зарплату, зарабатывают на 17,2 процента меньше, чем белые женщины. Это указывает на то, что, хотя чернокожие женщины работают больше часов, они занимают менее оплачиваемую работу, которая с меньшей вероятностью предоставит такие преимущества, как гибкость и оплачиваемый отпуск.

У матерей маленьких детей в квинтиле с самым низким доходом средняя продолжительность рабочего времени не отличается от средней продолжительности рабочего времени других женщин, но в любом другом квинтиле заработка они работают меньше.Семейный доход имеет менее четкую связь с материнством и продолжительностью рабочего времени: матери детей в возрасте до 6 лет работают меньше часов в семьях, зарабатывающих от 25 000 до 74 000 долларов в год, а также в семьях, зарабатывающих более 100 000 долларов в год. Среди работников, занятых полный рабочий день, наблюдаются статистически значимые различия в продолжительности рабочего времени, но не среди тех, кто работает неполный рабочий день. И хотя существуют различия в продолжительности рабочего времени между женщинами, имеющими только одну работу, различия не были статистически значимыми для нескольких работников.

Бытовая деятельность

Помимо времени, затрачиваемого на оплачиваемую работу, работники, как правило, также несут обязанности дома по приготовлению пищи, уборке и заботе о повседневных аспектах жизни. Эта вторая смена увеличивается только для семей с детьми, особенно для тех, у кого есть маленькие дети, которые еще не достигли достаточного возраста, чтобы помогать по дому. Хотя некоторые семьи могут передать часть этой рабочей силы на аутсорсинг — например, наняв специалистов для уборки или покупая готовую еду, — многие семьи не имеют для этого ресурсов.Несмотря на то, что большую часть времени бодрствования они проводят за работой, эти люди должны находить время для выполнения этих задач самостоятельно.

Не все задачи требуют ежедневного внимания; в большинстве случаев прием пищи необходимо проводить несколько раз в день, а уборка ванной комнаты происходит реже. Таблица 2 показывает процентную долю родителей с детьми в возрасте до 6 лет, которые выполняют различные домашние дела в дни, когда они также работают, а также количество времени, потраченного на эти действия для тех, кто сообщил, что выполнял их в день обследования.В подавляющем большинстве случаев нет статистически значимых различий между работниками одного пола в зависимости от родительского статуса, а это означает, что процент матерей маленьких детей, сообщающих о выполнении домашних дел, и время, потраченное на них, существенно не отличается от процент других женщин. Однако есть существенные различия по гендерному признаку: мужчины и женщины, матери и отцы сообщают о совершенно разных домашних обязанностях.

Примечательно, что хотя различия в использовании времени между матерями и отцами детей в возрасте до 6 лет не все значительны, все проценты тех, кто сообщил о домашней работе, являются значительными.Таким образом, хотя в некоторых случаях матери и отцы сообщают, что в те дни, когда они занимаются этим аспектом второй смены, тратят одинаковое количество времени на такую ​​работу, как работа по дому, во всех случаях матери с гораздо большей вероятностью будут выполнять такую ​​работу. в любой рабочий день. Важно отметить, что весь анализ, подробно описанный в этом разделе, касается использования времени в те дни, когда респондент также сообщает, что работает за заработную плату. Приведенные здесь числа относятся только ко второй смене работы по дому, которая выполняется в дополнение к оплачиваемой работе в данный день, а не к домашней работе, которая выполняется в выходные дни.

Когда все домашние дела объединяются, матери детей младшего возраста с большей вероятностью сообщают об этой работе, чем отцы (85,2 процента по сравнению с 61,5 процента), и тратят на эти занятия больше времени — 1,59 часа по сравнению с 1,26 часа. Эта общая категория включает в себя все: от стирки до обслуживания дома, оплаты счетов, стрижки газона и замены масла в семейном автомобиле. Предыдущий анализ Бюро статистики труда показывает, что, хотя в целом женщины выполняют больше домашних дел, чем мужчины, в некоторых категориях эта закономерность обратная.Однако мужчины, как правило, делают больше, чем женщины, в тех категориях, где работа носит эпизодический, а не постоянный характер. Например, мужчины сообщают, что тратят больше времени на уход за домом, ремонт, украшение и уход за газоном, садом или комнатными растениями. Но это задачи, которые в среднем выполняются реже, чем такие задачи, как приготовление пищи или стирка, которые женщины выполняют с гораздо большей вероятностью.

Те же закономерности справедливы для матерей и отцов при рассмотрении некоторых из наиболее распространенных форм домашнего труда, таких как приготовление пищи и уборка — где 73.7 процентов матерей тратят в среднем 0,96 часа по сравнению с 45,2 процента отцов, которые тратят в среднем 0,67 часа и на работу по дому, на что 38,7 процента матерей тратят в среднем 1,17 часа по сравнению с 15,8 процента отцов, которые тратят в среднем 0,90 часа. . Фактически, несмотря на многие демографические разбивки, участие отцов в приготовлении пищи и работе по дому в дни, когда они также работали, настолько необычно, что размеры выборки слишком малы для анализа. Некоторые из этих небольших размеров выборки, например с разбивкой по расам, следует понимать в контексте общих меньших размеров выборки, а не только как отражающие действия отцов.

Также необходимо изучить процент тех, кто занимается домашним хозяйством, а также время, которое они тратят на это. Например, доля участия в приготовлении пищи и уборке увеличивается с увеличением заработка отцов и доходов семьи, но количество времени, которое они тратят на эти задачи, уменьшается. Показатели среди матерей демонстрируют аналогичную картину, хотя эффект меньше. Это может указывать на разные закономерности во времени, доступном для приготовления пищи. Например, если у малообеспеченных родителей и членов семей с низким доходом меньше шансов иметь время готовить каждый день, то они с большей вероятностью будут готовить несколько блюд на будущее в те дни, когда у них есть свободное время.

Участие отцов в домашнем хозяйстве показывает еще более низкий уровень их участия в рабочие дни, и большинство размеров выборки слишком малы для анализа — даже в группах с более крупными совокупными размерами выборки, например, по заработку и семейному доходу. В целом, матери более чем в два раза чаще выполняют работу по дому в те дни, когда они работают за плату — 38,7 процента по сравнению с 15,8 процентами мужчин — и они тратят на это значительно больше времени — 1,17 часа по сравнению с 0,90 часа у мужчин.

При сравнении матерей маленьких детей друг с другом, матери с более низким доходом с большей вероятностью выполняют работу по дому и в среднем тратят на нее больше времени.Это может отражать тот факт, что матери с более низким доходом с большей вероятностью будут работать неполный рабочий день и сообщать о более коротких рабочих часах, чем женщины с более высоким доходом, и, таким образом, у них будет больше времени для работы по дому. (см. Таблицу 1). Матери, которые работают неполный рабочий день, чаще, чем работающие полный рабочий день матери, сообщают о выполнении работы по дому в рабочие дни, хотя обе группы тратят на эти задачи примерно одинаковое количество времени. Возможно, что у женщин с более высоким доходом больше финансовых возможностей передать домашнюю работу на аутсорсинг, но различия в доходах семей не подтверждают эту интерпретацию.

Несмотря на то, что имеющиеся данные не могут полностью объяснить гендерные модели поведения в домашнем хозяйстве и, таким образом, открыты для интерпретации, общая тема ясна: подавляющее большинство работающих матерей с маленькими детьми выполняют вторую смену неоплачиваемого домашнего труда в дневное время. когда они также работают за зарплату, и они делают это по ставкам и с затратами времени, которые намного превышают таковые у работающих отцов.

Уход

Неоплачиваемый домашний труд — не единственная форма работы, выполняемой в семье; это также включает уход за членами семьи.В этом анализе первичная помощь детям включает время, потраченное в основном на уход за ребенком. Это включает в себя такие виды деятельности, как кормление, купание, игры или чтение с ребенком, в дополнение к любым поездкам, связанным с уходом за ребенком. Под вторичным уходом за ребенком понимается время, потраченное на уход за ребенком при одновременном выполнении другой деятельности — то, что многие описали бы как многозадачность. О вторичном уходе за детьми чаще всего сообщают, когда респонденты также занимаются досугом или занимаются домашним хозяйством.Неудивительно, что семьи с детьми в возрасте до 6 лет с большой вероятностью будут заниматься как первичным, так и вторичным уходом за детьми в рабочие дни, поскольку дети этого возрастного диапазона нуждаются в большем надзоре и уходе по сравнению с детьми более старшего возраста. Дети — не единственные члены семьи, нуждающиеся в уходе; работающие родители также ухаживают за своими пожилыми родителями или другими членами семьи или сообщества с ограниченными возможностями или нуждающимися в уходе за пожилыми людьми. Представленные здесь данные, хотя и сосредоточены только на уходе за детьми из-за ограниченности данных, вероятно, недооценивают общее количество времени, затрачиваемого на уход за семьей.

Хотя большинство родителей — как матери, так и отцы — сообщают о том, что они занимались первичным или вторичным уходом за детьми в те дни, когда они также работают за плату, не все это делают. Некоторые из них могут отражать респондентов, у которых есть дети, живущие с ними, которые не находились на их попечении в день обследования, например, если бы ребенок находился со своим родителем, не являющимся опекуном, в случае домохозяйств с одним родителем. А поскольку представленные здесь данные отражают использование времени только в те дни, когда респонденты работали за заработную плату, могут быть случаи, когда рабочий день родителей начинался до того, как их ребенок просыпался, и заканчивался после того, как их ребенок ложился спать — случай, который более вероятен для родителей с длительным сроком службы. часы работы и очень маленькие дети.

В то время как большинство родителей сообщают как о начальном, так и о дополнительном уходе за детьми, наблюдаются резкие различия в процентном соотношении и времени, затрачиваемом между матерями и отцами. За исключением предоставления дополнительных услуг по уходу за детьми для нескольких работников, во всех остальных демографических группах, измеряемых здесь, матери с гораздо большей вероятностью оказывали как первичную, так и вторичную помощь в рабочие дни. В целом, 91,2 процента матерей маленьких детей сообщили о получении первичной медико-санитарной помощи и 94,6 процента — о вторичной помощи по сравнению с 71.7 процентов отцов оказывают первичную медицинскую помощь и 83,5 процента оказывают вторичную помощь. (см. таблицу 3)

Уровень оказания первичной медико-санитарной помощи матерям был высоким во всех демографических группах и ни в одном случае не падал ниже 87 процентов. С другой стороны, отцы никогда не достигали такого уровня участия в оказании первичной медико-санитарной помощи ни в одной из исследуемых здесь групп. Особенно разительны различия в оказании отцами первичной медико-санитарной помощи в зависимости от заработка и дохода семьи. Отцы с высокими доходами и отцы в семьях с высоким доходом с гораздо большей вероятностью будут заниматься основной заботой и тратить на это больше времени.Та же картина, хотя и с меньшими различиями, наблюдается среди матерей маленьких детей.

Вместо того, чтобы отражать желаемое участие родителей в уходе за своими детьми, этот вывод предполагает, что в графике работы низкооплачиваемых работников может быть что-то, что мешает им проводить больше времени со своими детьми. Опрос Pew Research Center, проведенный в 2017 году, показал, что почти две трети отцов, или 63 процента, сообщили, что они чувствуют, что проводят слишком мало времени со своими детьми, и большинство из них заявили, что причиной этого были рабочие обязанности. нехватка времени.Например, если у родителей с более высоким доходом, занятых на профессиональной работе, более вероятно, что у них будет график, позволяющий им приостанавливать работу, чтобы провести время со своими детьми вечером, а затем возвращаться к работе после того, как их дети ушли спать, это могло бы помочь. чтобы объяснить хотя бы некоторые различия в выводах, изложенных здесь. Предыдущие анализы показали, что работники с более высоким доходом, а также лица, занимающие профессиональные и управленческие должности, с гораздо большей вероятностью будут работать из дома в любой конкретный день, что еще больше подтверждает эту возможную интерпретацию.

Все отцы маленьких детей и большинство матерей с большей вероятностью сообщают о вторичном уходе за ребенком, а не о первичном уходе, хотя различия гораздо меньше для женщин, чем для мужчин. И все родители, которые сообщают, что заботятся о детях, тратят больше времени на вторичную, чем на первичную помощь, что отражает занятость жизни работающих родителей. В каждой группе, за исключением нескольких работающих, матери сообщают о значительно большем количестве вторичных медицинских услуг, чем отцы. Однако, когда родители предоставляют вторичный уход — что чаще всего происходит в рабочие дни, — не все различия в количестве затрачиваемого времени существенно различаются.

Различия в доходах и доходах семьи показывают несколько иную картину, если сравнивать время, затрачиваемое родителями на вторичный уход за ребенком. Опять же, семьи с более высоким и более высоким доходом тратят немного больше времени на вторичную медицинскую помощь, хотя различия как для матерей, так и для отцов невелики. Кроме того, матери и отцы с самыми низкими доходами и из семей с самыми низкими доходами сообщают, что больше всего времени уделяют вторичному уходу за ребенком, когда он осуществляется. Это еще раз указывает на возможность различных ограничений расписания для низкооплачиваемых работников и семей, поскольку данные показывают, что они с большей вероятностью будут выполнять многозадачность при уходе за своими детьми.

Досуг

Большинство рабочих не проводят все свое время бодрствования за оплачиваемой работой или домашним трудом, и большинство из них в рабочие дни проводят, по крайней мере, некоторое время, занимаясь досугом. Это включает в себя такие виды деятельности, как общение, просмотр телевизора, прослушивание музыки и посещение художественных, культурных и развлекательных мероприятий. В целом, работники тратят около трех часов в день на досуг, и чуть больше одного из этих часов тратится на эти занятия без присутствия других.(см. Таблицу 4)

Родители детей в возрасте до 6 лет тратят меньше времени на досуг по сравнению с рабочими в целом, причем у матерей меньше свободного времени, чем у отцов. Все родители тратят большую часть своего досуга на вторичный уход за детьми, и в большинстве случаев матери тратят еще больший процент своего досуга на уход.

В среднем у отцов больше свободного времени, чем у матерей. Отцы тратят на досуг в среднем на 0,38 часа или 23 минуты больше, чем матери.Они также тратят меньший процент своего свободного времени на вторичный уход за детьми — 71,73 процента по сравнению с 76,74 процента для матерей. Отцы имеют в среднем 0,73 часа, или 44 минуты, свободного времени в день, которые не тратятся на уход за детьми, в то время как у матерей есть только 0,51 часа, или 31 минута, в день.

За исключением родителей в семьях, зарабатывающих менее 25 000 долларов в год, и тех, кто зарабатывает от 50 000 до 74 999 долларов, матери имеют значительно меньше свободного времени, чем отцы.Хотя есть и другие демографические группы матерей и отцов, которые проводят примерно одинаковое количество свободного времени, оказывая вторичную помощь, за исключением упомянутых выше групп семейного дохода, процент досуга матерей, посвященных уходу, значительно выше. Короче говоря, у матерей маленьких детей меньше свободного времени, чем у отцов, и они тратят больше времени на то, чтобы заботиться о своих детях в той или иной степени.

Родители, принадлежащие к квинтилям с более низким доходом, и родители с более низкими доходами имеют больше свободного времени, что может отражать более короткое рабочее время, указанное в Таблице 1.Однако они также тратят больший процент этих часов досуга на заботу о своих детях по сравнению со своими сверстниками с более высоким и более высоким доходом. Это отражает результаты, приведенные в Таблице 3, которые показывают, что работающие родители с низкими доходами и из малообеспеченных семей тратили больше времени на вторичный уход за детьми независимо от основной деятельности, выполняемой в одно и то же время. Исключение составляет сравнение матерей в квинтиле с самым низким доходом с матерями в двух квинтилях с самым высоким доходом.Хотя у матерей с самым низким уровнем заработка больше свободного времени — опять же, вероятно, из-за более короткого среднего рабочего времени, — процент свободного времени, который они проводят, оказывая вторичный уход, примерно равен доле у ​​самых высокооплачиваемых женщин. Это может быть отражением высокой стоимости ухода за детьми и недостаточной гибкости рабочего места, а не семейных предпочтений. Например, некоторые работающие родители с низкой заработной платой — обычно матери — могут быть вынуждены сократить свое рабочее время, потому что стоимость ухода за детьми выше, чем их заработок.Тогда у них может появиться больше свободного времени — не потому, что они не хотят работать, а потому, что отсутствие политики, ориентированной на интересы семьи, не позволяет им работать дольше.

Ни у одной из демографических групп матерей, представленных здесь, не было больше свободного времени, не связанного с уходом за детьми, чем у мужчин, а у белых матерей больше всего — 0,66 часа, или 40 минут, в рабочий день. У большинства отцов было больше свободного времени для досуга, чем у белых матерей, причем отцы в семьях, зарабатывающих более 100000 долларов в год, имели максимум 0.99 часов или 59 минут в рабочий день. В то время как все работающие родители тратят большую часть своего времени на оплачиваемый или неоплачиваемый труд, женщины и матери имеют меньше всего свободного времени в одиночестве, а у матерей маленьких детей очень мало времени, посвященного самим себе.

Общее время

До этого момента анализ использования времени, представленный в этом отчете, рассматривал разные категории деятельности по отдельности. Но также полезно сочетать использование времени в течение всего дня обследования, чтобы определить, сколько времени работающих родителей тратится на сочетание оплачиваемого труда и неоплачиваемого домашнего труда и работы по уходу, составляющих вторую смену.

В дни, когда они работают, все рабочие проводят большую часть своего времени бодрствования на оплачиваемом или домашнем труде. Для всего населения рабочих в возрасте от 18 до 64 лет статистически значимых различий в продолжительности рабочего времени и второй смены между мужчинами и женщинами нет. (см. Таблицу 5 и Рисунок 1). Это означает, что, хотя работающие женщины в целом проводят на работе немного меньше часов, они компенсируют это время непропорционально большей второй сменой дома.Рабочие-латиноамериканцы проводят больше всего времени на оплачиваемой и неоплачиваемой работе, а женщины-латиноамериканки в целом больше всего времени проводят на оплачиваемой работе и во вторую смену.

Общее время, затрачиваемое на оплачиваемый и неоплачиваемый труд, увеличивается вместе со средним недельным заработком и доходом семьи, что является отражением более продолжительного рабочего времени этих групп. Например, разница в общем времени, затраченном на квинтиль с самым высоким заработком и квинтиль с самым низким доходом, составляет 1,13 часа, а разница во времени, затраченном на оплачиваемую работу между двумя группами, составляет 1.46 часов. (см. Таблицы 1 и 5). Неудивительно, что работники, занятые полный рабочий день, тратят в целом больше времени на оплачиваемую и неоплачиваемую работу по сравнению с теми, кто работает неполный рабочий день, хотя нет статистически значимой разницы в общем времени, затрачиваемом между одним и несколькими работниками.

Родители тратят больше времени, чем средний работник, на оплачиваемый и неоплачиваемый труд, потому что помимо работы и домашних дел, они, вероятно, будут тратить значительное количество времени на уход за своими детьми. Уровни значимости, указанные в таблице 5, относятся к матерям детей младше 6 лет по сравнению с отцами детей младше 6 лет по каждой переменной.Кроме того, матери тратят больше времени на оплачиваемую работу и вторую смену, чем отцы в каждой анализируемой здесь группе, за исключением нескольких лиц, работающих по найму.

Когда матери сравнивают друг с другом, различия в их общем использовании времени не являются статистически значимыми в зависимости от расы и этнической принадлежности, среднего квинтиля недельного заработка, семейного дохода, а также от того, являются ли они одинокими или многократными работниками. Единственное существенное различие между матерями — это разница между теми, кто работает неполный и полный рабочий день.Отцы существенно не отличаются друг от друга по расе и этническому происхождению или семейному доходу, но они показывают статистически значимые результаты при сравнении по недельному заработку и по тому, работают ли они на нескольких работах или нет.

Это означает, что, хотя все матери тратят больше времени на оплачиваемый труд и вторую смену в среднем, чем отцы, матери не сильно отличаются друг от друга, независимо от того, как они характеризуются, — за исключением тех, кто работает неполный рабочий день по сравнению с полным рабочим днем. .Хотя общее использование времени отцами различается в зависимости от недельного заработка, единственное существенное различие — между теми, кто находится в нижнем квинтиле, и теми, кто находится выше него; при сравнении отцов в четырех квинтилях с наибольшим доходом нет статистически значимых различий. В целом, общее использование времени отцами очень похоже, как и у большинства матерей. Основные существенные различия проявляются только при сравнении полов.

Последствия для политики

Как явствует из данных, представленных в этом отчете, работающие родители проводят большую часть своего времени, выполняя как те виды работы, которые приносят зарплату, так и неоплачиваемый домашний труд и уход, необходимый для воспитания их семей.Учитывая ограниченное количество часов в день и трудоемкость этих обязанностей, практически неизбежно, что большинство работающих родителей столкнутся с перегрузкой ролей и вмешательством ролей в течение своей трудовой жизни.

В то время как многие работники могут найти достаточно времени для выполнения своих родительских обязанностей по отношению к своим детям в обычный день, что происходит в ненормальный день? Если работающий родитель заболевает — либо обычным заболеванием, например гриппом, либо чем-то более серьезным — как выполняется вся работа? Что делать, если ребенок или другой член семьи болеет и нуждается в уходе, или в семье рождается новый ребенок? Даже такая ситуация, как поломка печи и необходимость ждать дома мастера по ремонту, может иметь пагубные последствия для работающих родителей, которым нужно будет найти способ оказаться в двух местах одновременно.Эти общие жизненные события не обязательно должны приводить к отрицательным результатам, но, к сожалению, немногие сотрудники имеют доступ к тем типам политик на рабочем месте, которые могут помочь предотвратить вмешательство ролей и перегрузку ролей.

Правила оплачиваемого отпуска

В целом, очень немногие работники имеют доступ к полному набору политик по оплачиваемым отпускам, которые помогли бы устранить ряд причин, по которым человек может временно не работать. (см. Таблицу 6). Несмотря на то, что с годами наблюдается неуклонное расширение доступа — в основном за счет изменений политики на уровне штатов — только около двух третей, или 68 процентов, всех работников имеют доступ к оплачиваемым отпускам по болезни.Управленческие и профессиональные работники, безусловно, имеют наибольший доступ, в то время как работники сферы обслуживания, которые регулярно взаимодействуют с общественностью, с наименьшей вероятностью смогут взять выходной на работе, если они заболеют, не потеряв заработную плату или потенциально потеряв работу. И менее одной трети, или 30 процентов, работников, которые относятся к 10 процентам беднейших заработков по своей профессии, имеют оплачиваемый отпуск по болезни, по сравнению с более чем 9 из 10 работников с наивысшим децилем заработка. Доступ к оплачиваемому отпуску по семейным обстоятельствам гораздо более ограничен, охвачено только 13 процентов работников частного сектора.И только около четверти профессиональных и управленческих работников и тех, кто имеет дециль с самым высоким доходом по своей профессии, охвачены политикой оплачиваемого отпуска по семейным обстоятельствам. Доступ к страхованию временной нетрудоспособности, которое покрывает работников, если они физически не могут работать в течение временного периода времени, доступен только 41% всех работников. Опять же, эта политика с большей вероятностью будет охватывать тех, кто занимает профессиональные или управленческие должности, или тех, кто находится в дециле с самым высоким доходом — 54 процента и 67 процентов, соответственно.

По состоянию на февраль 2018 г. в 10 штатах, округе Колумбия и 32 городах и округах США ввели в действие законы об оплачиваемых отпусках по болезни. Эти правила позволяют работникам накапливать оплачиваемый отпуск, который можно использовать, если они или член их семьи болеют, нуждаются в медицинской помощи или, в некоторых случаях, им нужно время для восстановления и решения проблемы домашнего или сексуального насилия. Хотя это заметный прогресс с 2006 года, когда в Сан-Франциско был принят первый закон об оплачиваемых больничных листах, необходим всеобщий охват. Закон о здоровой семье, представленный в Конгрессе республиканцемРоза ДеЛауро (D-CT) и сенатор Патти Мюррей (D-WA) позволили бы работникам зарабатывать один час отпуска по болезни за каждые 30 часов работы и до 56 часов отпуска в год.

Федеральный закон 1993 года о семейных и медицинских отпусках (FMLA) предоставляет квалифицированным работникам до 12 недель неоплачиваемого отпуска с сохранением работы каждый год после рождения или усыновления ребенка; оправиться от собственного тяжелого состояния здоровья; или для ухода за близким членом семьи с серьезным заболеванием. Однако, поскольку работники покрываются страховкой только в том случае, если они работают на работодателя с 50 или более сотрудниками, проработали там не менее 12 месяцев и проработали минимум 1250 часов в предыдущем году, 41 процент работников исключаются из этого. охрана труда.Также не существует требования об оплате отпуска квалифицированным работникам, что исключает возможность для многих работников брать отпуск, когда они в этом нуждаются.

Хотя текущая федеральная политика не гарантирует право на оплачиваемый отпуск по семейным обстоятельствам и отпуск по болезни, пять штатов, включая Калифорнию, Нью-Джерси, Род-Айленд, Нью-Йорк и Вашингтон, а также округ Колумбия приняли законы о создании программ оплачиваемых отпусков по семейным обстоятельствам. Однако программы Вашингтона и округа Колумбия не начнут выплачивать пособия до 2020 года.Эта государственная политика принесла значительную пользу женщинам — которые, как показывают данные, в основном заботятся о семье, — но они также могут изменить гендерную динамику в разнополых домохозяйствах. Мужчины увеличили количество отпусков по уходу за ребенком в штатах, где действует политика оплачиваемых отпусков, а отцы, которые берут отпуск по уходу за ребенком, стали более активными участниками жизни своих детей по мере их взросления. Принятие комплексной национальной программы поможет распространить эти льготы на семьи, живущие в 45 штатах без правил оплачиваемого отпуска.Закон о семейном отпуске и отпуске по медицинскому страхованию (СЕМЬЯ), представленный в Конгрессе сенатором Кирстен Гиллибранд (штат Нью-Йорк) и членом палаты представителей ДеЛауро, создаст национальную гендерно-нейтральную программу социального страхования, предусматривающую предоставление оплачиваемого отпуска продолжительностью до 12 недель в течение того же периода. условия, квалифицированные в соответствии с FMLA. Программа будет обеспечивать две трети заработной платы работника, давая тем, кто в настоящее время не может позволить себе неоплачиваемый отпуск, возможность удовлетворить свои потребности в области здравоохранения или выполнить свои семейные обязанности по уходу.

Для того, чтобы действительно принести пользу работающим семьям, создание национальной программы оплачиваемых отпусков должно соответствовать реалиям потребностей работников в уходе.Любое серьезное предложение об оплачиваемом отпуске должно охватывать исчерпывающий набор причин, по которым работникам может потребоваться время вне работы, включая отпуск по уходу за ребенком, отпуск по уходу за семьей и личный отпуск по болезни. Администрация Трампа предложила создать федеральную программу оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком, которая предоставила бы родителям отпуск до шести недель через системы страхования от безработицы штата. К сожалению, у этого плана есть ряд существенных проблем. Он недофинансирован, неадекватен с административной точки зрения и слишком ограничен по своим масштабам, предоставляя оплачиваемый отпуск только после прибытия нового ребенка, игнорируя при этом другие причины, по которым работникам может потребоваться отпуск.Помимо обеспечения работникам доступа к оплачиваемым отпускам по причинам, не связанным с рождением нового ребенка, семейные отпуска по уходу должны отражать родственные узы в жизни людей. Включение оплачиваемого отпуска для выбранной семьи в дополнение к родственникам, имеющим кровное родство, и лицам, имеющим законные связи, может помочь гарантировать, что политика в отношении оплачиваемого отпуска учитывает потребности всех работников.

Справедливое планирование и гибкость рабочего места

Доступ к гибкости рабочего места, который позволяет людям менять дни, часы или место работы, также является редкостью.Среди всех работающих чуть более одной трети имеют гибкий рабочий день; менее половины имеют гибкий график; и менее четверти имеют гибкие рабочие места. (см. Таблицу 7). Вероятность того, что родители будут иметь доступ к гибкости рабочего места, не больше, чем у сопоставимых в других отношениях работников без детей, а в некоторых случаях у них меньше шансов иметь гибкие дни или часы.

Законы о праве запроса позволяют работникам требовать гибкости рабочего места и предсказуемости расписания, одновременно защищая их от возможных репрессалий или дискриминации со стороны работодателя.Законы о праве запроса в настоящее время действуют в Вермонте, Сан-Франциско и Беркли, Калифорния, и в Нью-Йорке. Закон о рабочих графиках, внесенный сенатором Элизабет Уоррен (штат Массачусетс) и членом палаты представителей Делауро, распространит эти меры защиты на тех, кто живет в остальной части страны. Законопроект предоставит работникам возможность запрашивать у своего работодателя изменения в отношении: часов и времени, в течение которых они должны работать или быть на связи; место, где они работают; количество получаемых уведомлений о своем рабочем графике; и минимизация изменчивости количества часов, которые они планируют работать ежедневно, еженедельно или ежемесячно.Работники могут обращаться с этими просьбами, чтобы решить свои собственные серьезные проблемы со здоровьем или выполнять обязанности по уходу, или если они участвуют в программах профессионального обучения или профессиональной подготовки или работают неполный рабочий день и имеют вторую работу. Работодатели должны будут добросовестно подходить к этим запросам и удовлетворять их, если только для этого не было уважительной деловой причины. Законопроект также обеспечит защиту работников, чьи графики меняются в короткие сроки или требуют дежурства, путем выплаты заработной платы работникам, чьи смены сокращены, которым необходимо звонить для подтверждения смены и которые работают в несколько смен.

Присмотр за детьми

Трудящимся нужен доступ к оплачиваемому отпуску и гибкость, когда у них есть проблемы со здоровьем или для удовлетворения потребностей в уходе, но родителям также нужен доступ к недорогим и качественным услугам по уходу за детьми для сохранения занятости. Отсутствие у родителей доступа к качественным, доступным и надежным услугам по уходу за детьми отрицательно сказывается на их способности сохранять работу и выполнять все свои обязанности на работе. Исследование экономиста Гильермо Монтеса и доктора Джилл Хальтерман, М.Д. обнаружил, что почти половина, или 46 процентов, домохозяйств с детьми, возглавляемыми хотя бы одним работающим родителем, сообщили об изменениях занятости, связанных с уходом за детьми. Наиболее частыми причинами были отсутствие работы и необходимость изменения рабочего графика — 21,4% и 27,3% соответственно. Цветные родители и родители детей с поведенческими или хроническими проблемами со здоровьем значительно чаще сталкивались с проблемами трудоустройства, связанными с уходом за детьми. Более позднее исследование, проведенное Центром американского прогресса, показало, что в 2016 году около 2 миллионов родителей с детьми в возрасте до 6 лет были вынуждены отказаться от предложения о работе, уволиться с работы или внести существенные изменения в свою работу из-за ухода за детьми. конфликты.

Помимо множества преимуществ высококачественного ухода и образования для детей в раннем возрасте, доступ к уходу за детьми имеет жизненно важное значение для способности родителей сохранять свою занятость. К сожалению, качественные и надежные услуги по уходу за детьми для многих работающих семей непомерно дороги. Средняя стоимость годового обучения в детском центре для двоих детей в 2016 году была выше, чем средняя выплата по ипотеке в 35 штатах и ​​округе Колумбия, а средняя стоимость ухода за младенцем в центре была выше, чем плата за обучение в четырехлетний государственный колледж в 25 штатах и ​​округе Колумбия.

Закон об уходе за детьми для работающих семей, представленный Конгрессом сенатором Мюрреем и членом палаты представителей Бобби Скоттом (демократ от штата Вирджиния), поможет реформировать существующий ландшафт ухода за детьми и сделать качественный уход более доступным для семей. Законопроект будет гарантировать доступ к помощи по уходу за детьми семьям, зарабатывающим до 150 процентов среднего дохода их штата, что более чем вдвое увеличит количество детей, имеющих право на получение помощи. Согласно U.S. Определение доступного ухода за детьми, данное Министерством здравоохранения и социальных служб. Это обеспечит прожиточный минимум поставщикам услуг по уходу за детьми, одновременно улучшая качество ухода за детьми и увеличивая доступность поставщиков услуг в общинах с недостаточным уровнем обслуживания. По оценкам CAP-анализа воздействия законопроекта, принятие этого закона об уходе за детьми приведет к тому, что 1,6 миллиона родителей смогут выйти на рынок труда.

Защита заработной платы

Хотя большая часть этого отчета посвящена вопросам вмешательства между работой и личной жизнью, данные также показывают, что продолжительность рабочего времени у большинства работников незначительно отличается, независимо от уровня их заработка.Это означает, что увеличение предложения рабочей силы за счет увеличения продолжительности рабочего дня не обязательно ведет к более высоким доходам для большинства работников. Таким образом, решение проблемы неравенства в заработной плате требует дополнительных шагов, помимо простого ожидания, что работники будут работать дольше, чтобы получить более высокую заработную плату.

Повышение федеральной минимальной заработной платы

Одним из способов повышения заработной платы малообеспеченным работникам могло бы стать повышение федеральной минимальной заработной платы, что оказало бы непропорционально положительное влияние на женщин, поскольку они составляют большинство работников с минимальной заработной платой.Повышение минимальной заработной платы до 12 долларов в час приведет к повышению заработной платы 30% всех работающих женщин. Поскольку положительные эффекты от повышения минимальной заработной платы больше всего сказываются на женщинах, администрация Обамы подсчитала, что повышение ее до 10,10 доллара в час сократит разрыв в заработной плате на 5 процентов. Закон о повышении заработной платы, представленный Конгрессом сенатором Берни Сандерсом (I-VT) и конгрессменом Скоттом, повысит федеральную минимальную заработную плату до 15 долларов в час, что окажет еще большее влияние на заработки работающих женщин.В то время как федеральные меры были медленными, по состоянию на 1 января 2018 года в 29 штатах и ​​округе Колумбия минимальная заработная плата была выше федерального уровня.

Повышение минимальной заработной платы — не единственный способ усилить защиту заработной платы рабочих. Полное выполнение правила расширения сверхурочной работы времен Обамы, которое повысит минимальную заработную плату для освобожденных от уплаты налогов рабочих до 47 476 долларов, также принесет пользу женщинам — и особенно работающим матерям — поскольку они составляют большинство рабочих, которые будут затронуты. Полное соблюдение правила сверхурочной работы принесет пользу четверти всех матерей и почти одной трети всех матерей-одиночек.Однако реализация была приостановлена ​​из-за юридических проблем со стороны государства и бизнеса, и этот вопрос в настоящее время приостановлен, пока Министерство труда США (DOL) — в настоящее время под администрацией Трампа — принимает новые дополнительные правила. Хотя большинство штатов следуют установленным DOL национальным стандартам, некоторые штаты приняли законы, повышающие пороговые значения для допуска к сверхурочной работе. Калифорния, например, установила порог в 45 760 долларов для наемных работников, а предел заработной платы привязан к минимальной заработной плате штата, чтобы предотвратить их разделение.

Устранение гендерного разрыва в заработной плате

Наконец, поскольку все работающие женщины — но особенно работающие матери — сталкиваются со значительным неравенством в оплате труда по сравнению с мужчинами, необходимы дальнейшие шаги для устранения гендерного разрыва в заработной плате. Причины разрыва в заработной плате сложны, и для полного и адекватного решения этой проблемы необходим широкий набор государственных политик. Они варьируются от политики работы и семьи, изложенной в этом отчете, до улучшения защиты заработной платы и изменений в образовании и инвестициях в рабочую силу.Часть уравнения также включает улучшение государственной политики по борьбе с дискриминацией в отношении белых женщин и цветных людей, которые, вероятно, будут иметь худшие результаты в рабочей силе и более низкую заработную плату по сравнению с белыми мужчинами.

Закон о справедливой оплате труда, введенный сенатором Мюрреем и членом палаты представителей ДеЛауро, потребует от работодателей доказать, что любые различия в оплате труда вызваны факторами, связанными с бизнесом; защитит рабочих, которые обсуждают свою зарплату с другими на работе; и позволит людям, подвергшимся дискриминации, взыскать компенсационные и штрафные убытки.Законопроект также предусматривает более широкий сбор данных в рамках федерального правительства о неравенстве в заработной плате, включая требование к работодателям предоставлять данные о заработной плате с разбивкой по полу в Комиссию по равным возможностям в сфере занятости (EEOC). При администрации Обамы в 2016 году EEOC объявил, что, начиная с 2018 года, он будет собирать сводные данные о заработной плате и совокупное количество часов, отработанных для работающих полный и неполный рабочий день, с разбивкой по полу, расе и этнической принадлежности от крупных работодателей с более чем 100 сотрудниками. Информация предназначалась для того, чтобы помочь улучшить будущие расследования EEOC по гендерной, расовой и этнической дискриминации в оплате труда.Однако администрация Трампа приостановила эти усилия в 2017 году — до того, как когда-либо начался сбор данных. На данный момент никаких дальнейших публичных действий со стороны администрации по вопросу сбора данных, касающихся расовой и этнической дискриминации при приеме на работу, предпринято не было.

Хотя технически это не защита заработной платы, изменение и усиление налоговой льготы на детей (CTC), которая в настоящее время предоставляет налоговую льготу до 1000 долларов на ребенка младше 17 лет, также обеспечило бы значительное облегчение многим работающим родителям.Текущий CTC требует минимального дохода и не подлежит возмещению полностью, что не позволяет семьям с очень низким доходом или многим из тех, кто пережил периоды безработицы, использовать его. Он также не связан с инфляцией, а это означает, что со временем он теряет значительную ценность без действий Конгресса по его увеличению. Отмена требования о минимальном доходе и обеспечение полного возмещения CTC, индексация его стоимости с учетом инфляции и дополнение CTC налоговой льготой на детей младшего возраста в размере 125 долларов в месяц для детей младше 3 лет — все это поможет обеспечить сохранение и увеличение CTC его способность сокращать бедность и способствовать экономической мобильности работающих семей.

Все описанные здесь политики — в отношении оплачиваемых больничных, оплачиваемых семейных и медицинских отпусков, а также увеличения инвестиций в уход за детьми — помогут удовлетворить потребности работающих семей, которые испытывают перегрузку ролей и вмешательство ролей в результате выполнения их двойных обязанностей на работе. и дома. Текущий политический ландшафт можно было бы лучше описать как отсутствие вмешательства национальной государственной политики. Инвестиции в работающих родителей, которые составляли 57,4 процента всех работающих в 2016 году, пойдут на пользу не только отдельным семьям, но и экономике в целом.

Заключение

Работающие родители ограничены во времени и имеют ограниченный доступ к политикам на рабочем месте, которые могут помочь им, когда они сталкиваются с перегрузкой ролей и вмешательством ролей. Но это не неизбежное положение вещей. Чтобы быть предельно ясным, нехватка государственной политики работы и семьи в Соединенных Штатах не является нормой для других стран с развитой экономикой, а отсутствие разумных и проверенных политических решений является одной из причин, по которым уровень участия рабочей силы в Соединенных Штатах среди женщин со временем снизилась по сравнению с другими странами ОЭСР.

Женщины в Америке со временем увеличили свое участие в рабочей силе и количество рабочих часов, и, как показывает этот отчет, общие затраты времени на оплачиваемый и неоплачиваемый труд матерями маленьких детей превышают таковые отцов. Но поскольку оплачиваемая работа часто рассматривается как более ценная, чем неоплачиваемый труд по дому и по уходу, инвестиции женщин в их семьи и экономику, как правило, недооцениваются. Важно отметить, что в среднем большинство мужчин не смогли бы работать дольше на оплачиваемой работе, если бы женщина не выполняла большинство домашних обязанностей — по сути, работала бы во вторую смену без оплаты.Справедливость на рабочем месте будет невозможна до тех пор, пока не будет справедливости и внутри дома. Существуют сложные социокультурные причины, которые влияют на гендерную динамику в семьях, но государственная политика может иметь значение, помогая облегчить часть бремени на работающих женщин, одновременно увеличивая возможности семейного ухода за мужчинами.

Некоторые работодатели из частного сектора в настоящее время предпочитают добровольно предлагать эти льготы, но они применяются неравномерно, и часто даже так называемые высокодоходные работодатели предпочитают предлагать их одним типам работников, а не другим.Государственная политика необходима для того, чтобы уравнять правила игры и помочь изменить культуру труда в Соединенных Штатах. Многие государства уже движутся в этом направлении и показывают положительные результаты для работающих семей. Программа оплачиваемых отпусков по семейным обстоятельствам в Калифорнии, например, привела к увеличению рабочего времени матерей с ребенком в возрасте от 1 до 3 лет на 10–17 процентов — вероятно, потому, что они могут лучше справляться со своими обязанностями, когда у них есть доступ. на оплачиваемый отпуск — и есть признаки того, что их заработная плата, возможно, увеличилась на такой же процент.Сан-Франциско недавно принял закон, обязывающий работодателей увеличивать размер пособия по оплачиваемому отпуску, выплачиваемый государством, чтобы довести замещение заработной платы рабочих до 100 процентов от их обычной заработной платы, что привело к увеличению числа отцов, берущих отпуск по уходу за ребенком, на 28 процентов. Помимо множества преимуществ для бизнеса и общественного здравоохранения, доступ к оплачиваемым больничным дням значительно снижает вероятность увольнения работников и особенно полезен для работающих лиц, осуществляющих уход. И хотя большинство законов штата о справедливом графике продаж появились слишком недавно для анализа, обзор политики Сан-Франциско, вступивший в силу в 2016 году, показал, что, хотя при полном соблюдении закона были проблемы, многие работники розничной торговли сообщают, что предсказуемое планирование имеет положительное влияние на их способность планировать свою жизнь.

В то время как государственные и местные политики демонстрируют преимущества интервенций политики работы и семьи, национальное законодательство необходимо для обеспечения того, чтобы работники по всей стране имели равный доступ к политике на рабочем месте, которая им необходима для выполнения своих обязанностей, без необходимости выбирать между семьей и работой . На этом Конгрессе уже было принято разумное законодательство, направленное на удовлетворение потребностей работающих семей. Члены Конгресса и нынешняя администрация должны предпринять необходимые шаги, чтобы сделать эту политику реальностью для миллионов работающих семей, которые отчаянно в ней нуждаются.

Приложение

Об авторе

Сара Джейн Глинн — социолог и эксперт в области политики работы и семьи, гендерного неравенства в заработной плате и экономической безопасности семьи. В настоящее время она является старшим научным сотрудником Национальной академии социального страхования и бывшим директором отдела экономической политики в отношении женщин в Центре американского прогресса. Глинн имеет степень бакалавра женских исследований Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе и докторскую степень.по социологии Университета Вандербильта.

Примечания

Спад covid экономически уничтожил представителей меньшинств и работников с низким доходом и почти не затронул богатых

Экономический коллапс, вызванный пандемией, вызывает самую неравную рецессию в современной истории США, нанося небольшой урон тем, кто находится на вершине или приближается к ней, и вызывает депрессию. -подобный удар для тех, кто находится внизу, согласно анализу Washington Post о потере рабочих мест по всему спектру доходов.

Рецессия часто сильнее сказывается на бедных домохозяйствах, но эта рецессия проявляется в худших масштабах для поколений, как показывает анализ.

В то время как страна в целом восстановила почти половину утраченных рабочих мест, несколько ключевых демографических групп восстанавливались медленнее, включая матерей детей школьного возраста, чернокожих мужчин, чернокожих женщин, латиноамериканских мужчин, американцев азиатского происхождения, молодых американцев (в возрасте от 25 до 34) и люди без высшего образования.

Белые женщины, например, восстановили 61 процент рабочих мест, которые они потеряли — большую часть любой демографической группы, — в то время как чернокожие женщины восстановили только 34 процента, согласно данным Министерства труда за август.А работники с высшим образованием выздоравливают на 55 процентов по сравнению с менее чем 40 процентами для работников со средним образованием.

[Спад закончился для богатых, но рабочий класс далек от восстановления]

Неравенство рецессии является отражением самого коронавируса, который вызвал больше смертей в сообществах с низкими доходами и серьезно повлиял на рабочие места в ресторанах, отели и развлекательные заведения, поскольку американцы стараются избегать многолюдных мест, чтобы защитить свое здоровье и замедлить распространение вируса.Работа в этих местах обычно оплачивается в среднем 17 долларов в час, и в большинстве своем женщины и цветные люди.

Ни одна другая рецессия в современной истории не ударила так по наиболее уязвимым слоям общества. Великая рецессия 2008 и 2009 годов вызвала аналогичную потерю рабочих мест по всему спектру доходов, поскольку банкирам с Уолл-стрит и другим служащим выдавали квитанции вместе с рабочими фабрик и ресторанов. Рецессия 2001 года была более неравномерной, чем Великая рецессия: после террористических атак 11 сентября рабочие места в сфере путешествий и туризма исчезли, а низкооплачиваемая занятость упала на 7 процентов ниже уровня предыдущего года, в то время как высокооплачиваемые работники остались в основном невредимыми.Тем не менее, даже это неравенство — это вспышка по сравнению с тем, что коронавирус нанес в этом году низкооплачиваемым работникам.

[Неужели треть экономики действительно исчезла всего за три месяца?]

«Это еще более неравномерная рецессия, чем обычно», — сказал Бен Бернанке, руководивший Федеральной резервной системой через Великую рецессию. «В секторах, наиболее сильно затронутых коронавирусом, непропорционально много женщин, представителей меньшинств и работников с низкими доходами».

В разгар кризиса, связанного с коронавирусом, количество потерянных рабочих мест с низкой заработной платой было примерно в восемь раз больше, чем число высокооплачиваемых, сообщает The Post.Разорение было самым глубоким среди низкооплачиваемых, но рабочие места для среднего класса не пощадили. Возникла четкая тенденция: чем меньше работники зарабатывают на своей работе, тем больше вероятность того, что они ее потеряют из-за закрытия предприятий по всей стране.

К концу лета спад для богатых в основном закончился — рабочие места белых воротничков в основном восстановились, наряду с ценами на дома и ценами на акции. Переход к удаленной работе в значительной степени благоприятствовал более образованным работникам: до 6 из 10 сотрудников с высшим образованием работали из дома в начале кризиса, по сравнению с примерно 1 из 7, которые имеют только аттестат о среднем образовании.

[Экономика Трампа против экономики Обамы — в 16 графиках]

Глубокая боль сохраняется почти семь месяцев после кризиса. Занятость для низкооплачиваемых рабочих в августе по-прежнему снизилась более чем на 20 процентов по сравнению с предыдущим летом и примерно на 10 процентов для работников со средней заработной платой.

Американцы в возрасте от 20 до 24 лет потеряли больше всего рабочих мест среди всех возрастных групп, когда весной закрылись многие предприятия. Работники студенческого возраста и недавние выпускники, как правило, чрезмерно представлены на низкооплачиваемых должностях в розничной торговле и ресторанах, что позволяет им получить опору в рабочей силе и сэкономить деньги на учебу или обучение.Хотя около половины рабочих мест вернулись для этой возрастной группы, им все еще предстоит резкий рост — примерно на 2 миллиона рабочих мест — чтобы вернуться к уровням, существовавшим до коронавируса. Больше всех отстают молодые черные рабочие.

[Последний кризис: этой осенью студенты из малообеспеченных семей бросают колледж, что вызывает тревогу]

Человек входит в штаб-квартиру JPMorgan Chase в Нью-Йорке в середине сентября. «Белые воротнички» не пострадали так сильно, как во время Великой рецессии. Женщина заполняет документы в офисе службы безопасности штата Миссисипи в Перл, штат Миссисипи., в конце августа.

СЛЕВА: человек входит в штаб-квартиру JPMorgan Chase в Нью-Йорке в середине сентября. «Белые воротнички» не пострадали так сильно, как во время Великой рецессии. (Майкл Нэгл / Bloomberg News). СПРАВА: Женщина заполняет документы в офисе Службы безопасности штата Миссисипи в Перл, штат Миссисипи, в конце августа. (Рохелио В. Солис / AP).

Вследствие повсеместного закрытия школ и детских садов матери изо всех сил пытаются вернуться на работу.У матерей детей в возрасте от 6 до 17 лет занятость сократилась примерно на треть больше, чем у отцов детей того же возраста, а матери возвращаются на работу гораздо медленнее. Это неравенство угрожает многолетнему прогрессу женщин в составе рабочей силы.

Сьерра Филлипс из Колумбуса, штат Огайо, является матерью двух маленьких детей, которые изо всех сил пытаются вернуться на работу. Весной она потеряла работу няни для двух семей. Ее работодатели уволили ее после того, как они начали работать из дома и решили присматривать за своими детьми, чтобы сэкономить деньги.А 25-летняя Филлипс не может вернуться к работе, пока не найдет подходящую заботу о своих детях.

[У трети американцев сейчас проявляются признаки клинической тревоги или депрессии в условиях пандемии]

«Я все еще немного беспокоюсь о том, чтобы вернуться на работу. Моему младшему из них 10 месяцев, а старший страдает аутизмом. Программа, в которой участвовал мой аутичный ребенок, еще не возобновилась », — сказала Филипс, афроамериканка, которая живет на зарплату мужа, так как он сохранил свою работу на складе. «Мне неудобно нанимать няню», — сказала она.

Перед безработными стоят новые задачи. Несмотря на обещания президента Трампа о краткосрочной рецессии, 26 миллионов человек по-прежнему получают уже уменьшенные пособия по безработице. Безработные перестали получать в среднем более 900 долларов в неделю в апреле, мае, июне и июле в рамках первого пакета федеральных стимулов до примерно 600 долларов в течение нескольких недель в конце августа и начале сентября в соответствии с временным решением исполнительной власти Белого дома. примерно до 300 долларов в неделю на государственные пособия.

Падение помощи сказывается на группах, которые традиционно изо всех сил пытались найти работу после рецессии.Исследования и исторические данные показывают, что в первую очередь нанимают белых рабочих и тех, кто имеет высшее образование, и эта тенденция, похоже, снова проявляется.

Мартин Круз дезинфицирует сиденья в центре искусств в Одессе, штат Техас, перед его открытием в середине сентября. (Одесский американец / AP)

Сектор услуг пострадал сильнее всего

Что связывает вместе все наиболее пострадавшие группы — низкооплачиваемых рабочих, чернокожих рабочих, латиноамериканских мужчин, лиц без высшего образования и матерей с детьми школьного возраста — это то, что они сконцентрированы в отелях, ресторанах и других заведениях индустрии гостеприимства.

Когда The Post проанализировала данные Министерства труда, чтобы понять различия в этой рецессии, группа, наиболее сильно пострадавшая от кризиса, как правило, также была подгруппой, в которой было больше всего сотрудников, которые работали в сфере услуг.

[Если бизнес все еще закрыт на данном этапе кризиса, он, вероятно, необратим.]

Большинство рецессий, включая Великую рецессию, больше всего повлияли на рабочие места в обрабатывающей промышленности и строительстве, но не на этот раз. Девять из 10 отраслей, наиболее пострадавших от коронавирусной рецессии, — это сфера услуг.К ним относятся исполнительское искусство, экскурсии, отели, транспорт, розничная торговля одеждой и музеи.

Экономисты опасаются, что многие из этих рабочих мест не вернутся, поскольку рестораны и развлекательные заведения не работают. Количество рабочих мест в сфере гостеприимства все еще сокращается почти на 25 процентов. Даже если вакцина в конечном итоге будет разработана и широко распространена, деловые поездки могут не вернуться в течение многих лет до уровня, существовавшего до коронавируса, а видеоконференции все чаще становятся более рутинным способом ведения бизнеса для многих компаний.

[Постоянные потери рабочих мест растут во время рецессии, связанной с covid-19]

«Написано на стене. Я не думаю, что мой владелец выживет, — сказала Тиффани Бургин, помощник управляющего ресторана во Французском квартале Нового Орлеана, который до сих пор закрыт. «Здесь экономика на 100 процентов ориентирована на туристов. Пока туристы не вернутся, мы облажались ».

Тиффани Бургин, помощник менеджера ресторана в Новом Орлеане, не работает с марта. (Эмили Каск для Washington Post)

Бургин, 51 год, никогда не имел высшего образования.Она поднялась по карьерной лестнице в быстро развивающейся ресторанной индустрии Нового Орлеана, много лет обслуживая закуски и обслуживая бар, прежде чем стать менеджером. Но она не работает с середины марта, после того как масса туристов заразилась коронавирусом после празднования Марди Гра. Многие заведения во Французском квартале до сих пор заколочены.

«Я получаю 247 долларов в неделю без работы. Кто на это может жить? Кто? Я никого не знаю, — сказал Бургин. «Я не был таким бедным с подросткового возраста».

В то время как U.Уровень безработицы снизился до 8,4 процента, двузначная безработица сохраняется в городах и штатах, которые сильно зависят от туризма. В Неваде и на Гавайях безработица по-прежнему превышает 12 процентов.

[2020 год был летом бума продаж домов и выселений]

Бургин хочет продолжать работать в ресторанной индустрии, но более 30 000 работников ресторанов и гостиниц в Новом Орлеане не имеют работы, поэтому найти работу практически невозможно. Официальный уровень безработицы в городе составляет около 12 процентов.

Бургин и ее парень получили уведомление о выселении, но борются за то, чтобы остаться. Бургин не знает, как найти более дешевое место. Ее парень тоже потерял работу в ресторане. Их арендная плата составляет 675 долларов в месяц.

Десять процентов арендаторов заявили о «неуверенности» в своей способности платить арендную плату в следующем месяце, согласно опросу Бюро переписи населения США, проведенному 2–14 сентября.

Работа в сфере гостеприимства стала спасением для работников, пытающихся оправиться от последнего кризиса. . U.S. Economics добавил 22,5 миллиона рабочих мест — 18,9 миллиона в сфере услуг — с 2010 года до чрезвычайной ситуации в области здравоохранения, связанной с коронавирусом. В отрасли, в которой за это время появилось больше всего рабочих мест, в ресторанах и барах, выплачивается самая низкая заработная плата. Серверы ресторана обычно зарабатывают около 11 долларов в час, а повара — 13,40 доллара, причем многие работники живут от зарплаты до зарплаты.

Люди, которые снова работают в сфере услуг, говорят, что они часто зарабатывают намного меньше, чем раньше, особенно в горячих точках коронавируса, из-за чего эти работники едва могут оплачивать счета.44-летняя Элисон Детрик убирает дома в Новом Орлеане. Весной все ее клиенты отказались. Этим летом она снизила цены, чтобы вернуть некоторых из них.

«Я убираю дома людей по заниженным ценам», — сказал Детрик, афроамериканец, который вложил значительные средства в маски, комбинезоны и бахилы. «Раньше я брал 200 долларов за уборку дома. Теперь я беру 75 долларов ».

[Сокращение заработной платы становится определяющей чертой рецессии из-за коронавируса]

Из-за снижения заработной платы и дополнительных расходов на безопасность Детрик изо всех сил пытается оплачивать арендную плату и другие счета.Впервые Детрик приняла помощь, когда церковная группа предлагала бесплатные продукты через дорогу от ее многоквартирного дома.

Элисон Детрик убирает дом на этой неделе в Новом Орлеане. Ей пришлось снизить цены, чтобы вернуть клиентов.
(Эмили Каск для Washington Post)

Чернокожие женщины сталкиваются с самой большой неудачей

Чернокожие женщины сталкиваются с самыми большими препятствиями на пути к возвращению на работу, как показывают данные, и восстановили только 34 процента рабочих мест, потерянных в первые месяцы пандемии.Они с наибольшей вероятностью будут работать на низкооплачиваемых должностях в секторе услуг, которые медленно восстанавливаются в то время, когда находиться рядом с другими по-прежнему является серьезным риском для здоровья. Почти 30 процентов чернокожих женщин работают в сфере услуг, по сравнению с только пятой частью белых женщин. Чернокожие также часто сталкиваются с дискриминацией при приеме на работу, как показали исследования Техасского университета A&M и других источников.

Потребовалось время до 2018 года, чтобы трудоустройство чернокожих женщин оправилось от Великой рецессии. Теперь почти все эти с трудом завоеванные успехи стерты.

[Пандемические банкротства: текущий список розничных торговцев, подавших заявки в Главу 11]

Наташа Смит узнала из репортажа по телевидению 15 мая, что она не вернется на свою работу в казино и отеле DiamondJacks в Луизиане. Казино объявило, что закрывается навсегда, и ее босс так и не позвонил, чтобы сообщить ей об этом. В течение четырех лет она работала там экономкой в ​​отеле, постепенно зарабатывая до 9,50 долларов в час с большим количеством сверхурочных. Теперь ей не перезвонят после того, как она отправила десятки заявлений о приеме на работу.

«У меня в холодильнике осталась пачка куриных ножек и пачка крыльев, и все», — сказал Смит, афроамериканец. «Я едва успеваю. Я должен 170 долларов по счету за электричество. Они прислали мне уведомление об отключении «.

Мать-одиночка Смит, 34 года, из Шривпорта, перешла от возможности оплачивать счета к необходимости умолять электрическую компанию работать с ней над планом оплаты. Она ежедневно молится о том, чтобы она, по крайней мере, прошла собеседование, чтобы Конгресс «увидел, как мы живем», и хотя бы немного увеличил выплаты.В настоящее время Смит получает 100 долларов в неделю по безработице.

Исторически сложилось так, что цветные люди и американцы с меньшим образованием были чрезмерно представлены на низкооплачиваемых рабочих местах в сфере услуг. Экономисты называют это «профессиональной сегрегацией».

Во многих случаях профессиональная сегрегация восходит к концу рабства, когда черные женщины должны были работать, но только на нижних ступенях служебной лестницы в качестве домработниц и смотрителей, профессий, на которых они по-прежнему преобладают сегодня, сказал Университет Бакнелла. профессор экономики Нина Банковская с.

«Я подавал так много заявлений о приеме на работу, но никто вам не перезвонил», — сказал Смит, у которого есть 13-летний сын. «Они говорят, что« нанимают немедленно », но когда вы подаете заявку, вы даже не получаете ответа. Я звоню, и они говорят, что вернутся, но этого не происходит ».

Чернокожим и латиноамериканским мужчинам также предстоит долгий путь к выздоровлению

Чернокожие и латиноамериканские мужчины сталкиваются со многими из тех же проблем, что и чернокожие женщины, сталкиваясь с дискриминацией в рабочей силе чаще, чем другие, и изо всех сил пытались оправиться от Великой рецессии.

Ведущие политики в Федеральной резервной системе признали эту проблему, но на протяжении многих лет утверждали, что обеспечение полной занятости в экономике в целом — лучший способ помочь меньшинствам найти работу. К 2019 году занятость афроамериканцев, наконец, достигла рекордного уровня, и Трамп часто считал это достижением. Это было особенно заметно для чернокожих мужчин, которые, в отличие от других американских мужчин, не заметили существенного прироста рабочих мест во время экспансии в начале 2000-х годов.

Но все изменилось во время рецессии.Уровень занятости для чернокожих и латиноамериканских мужчин в апреле упал до самого низкого уровня за всю историю, и эти рабочие изо всех сил пытались вернуть свои рабочие места. Чернокожие мужчины восстановили менее 40 процентов утраченных рабочих мест — худший из всех демографических групп, кроме чернокожих женщин. Латиноамериканские мужчины восстановили около 47 процентов потерянных рабочих мест.

Джеймс Баркер говорит, что теперь лучшая еда, которую он получает каждую неделю, — это миссионерская баптистская церковь в центре Чикаго. Баркер, афроамериканец, никогда не думал, что будет стоять в очереди за бесплатными обедами в церкви, но в марте он потерял всю свою работу.

Баркер, 58 лет, разнорабочий, много лет ведет собственный строительный бизнес. Ему часто звонили из крупных компаний по коммерческой недвижимости в Чикаго, чтобы они поработали для них, но это прекратилось, и теперь в офисах работает мало людей. В пятницу ему позвонили впервые за несколько месяцев, и ему предложили 12 долларов в час, что вдвое меньше, чем он был до коронавируса. Ему были нужны деньги, поэтому он устроился на работу разнорабочим, то есть всего на несколько дней.

«Вы не хотите плакать, но иногда у вас нет выбора», — сказал Баркер.«Люди должны знать, насколько это было несправедливо».

Баркер говорит, что он и его жена также так и не получили стимулирующий чек на 2400 долларов, на который они рассчитывали. Ему также отказали в гранте и ссуде Администрации малого бизнеса. Пара исчерпала свои сбережения и теперь не оплачивает счета.

[IRS пытается охватить 9 миллионов человек, которые не получили свои стимулирующие выплаты]

Ребенок моет руки в августе в детском саду Коннектикута. (Jessica Hill / AP)

Материнская неудача

Среди наиболее пострадавших от этого кризиса матери также выделяются.За последнее десятилетие до того, как разразился коронавирус, женщины добились огромного прироста рабочих мест. Только в прошлом году женщины составляли более половины рабочей силы — всего второй раз в истории США.

Но в связи с закрытием многих школ и детских дошкольных учреждений и переходом на онлайн-обучение многим работающим родителям пришлось стать учителями, работающими неполный или полный рабочий день, что затрудняет одновременную работу. Данные показывают, что это бремя в основном ложится на плечи матерей. Например, матери детей в возрасте от 6 до 12 лет — начальных классов школы — восстановили менее 45 процентов утраченных рабочих мест, в то время как отцы детей того же возраста трудоустроены на 70 процентов.

[Важный фактор, сдерживающий восстановление экономики США: уход за детьми]

Родители-одиночки столкнулись с особенно тяжелым ударом. Джессика Дьюк — мать-одиночка, которая просыпается каждый день, беспокоясь о том, что у нее достаточно еды для двух подростков. На ночь они едят лапшу рамэн или спагетти. Это все, что они могут себе позволить на 86 долларов в неделю, которые Герцог получает в виде пособия по безработице от штата Северная Каролина.

С тех пор, как в начале апреля она потеряла 11 долларов в час в качестве помощника по дому, она потеряла 38 фунтов из-за стресса и отсутствия еды.Ее сын все время спрашивает, где ее миска. Она говорит ему, что ест позже, маленькая ложь.

«Я хочу, чтобы дети получали еду», — сказала 37-летняя Дьюк из своего дома в Монро, Северная Каролина. «Если в их мисках что-нибудь останется, я поем. Я никогда не ем раньше их. Я хочу убедиться, что они заполнены.

Джессика Дьюк со своим братом Чейзом в 2017 году. Чейз умер от covid-19 в июне. (Семейное фото)

Внедорожник Дюк Ниссан был возвращен во владение после того, как она не смогла произвести платеж. После того, как она потеряла машину, ей пришлось попросить друзей поехать в продуктовые банки и продуктовый магазин, и это сильно ограничило ее возможности работы.Согласно сентябрьскому опросу Бюро переписи населения, каждое восьмое домохозяйство с детьми не имеет достаточно еды.

Duke получил несколько недель дополнительных 600 долларов от федерального правительства, но они были быстро израсходованы, сначала за счет арендной платы.

Когда разразилась пандемия, брат Герцога, 30-летний сварщик, переехал к ее семье, чтобы попытаться помочь им, устроившись на дополнительную работу на складе, чтобы заработать больше. Но в конце мая у него закашлялся. Когда Герцог пошел его будить 2 июня, его тело было холодным.Вскрытие подтвердило, что он умер от COVID-19. Большая часть оставшейся части летних чеков по безработице Дьюка пошла на оплату его похорон.

«Я просто готов проснуться от этого кошмара, и все вернется на круги своя. Но я знаю, что этого никогда не будет, — сказал Герцог, плачущий, когда она говорит о своем брате. «Этот ковид полностью разрушил нашу жизнь. Он забрал у меня моего младшего брата ».

[«Крики о помощи»: передозировки наркотиков растут во время пандемии коронавируса]

В районе Мозаик в Фэрфаксе, штат Вирджиния, проводятся испытания электрического и автономного транспортного средства Relay Shuttle., в августе. (Джахи Чиквендиу / The Washington Post)

Что будет дальше для восстановления

ФРС прогнозирует, что безработица не приблизится к докандемическому уровню до конца 2023 года. заменяется программным обеспечением и роботами.

Лей Дин и Джульет Саенс Молина из Федерального резервного банка Филадельфии прогнозируют, что кризис covid-19 ускорит темпы автоматизации. Например, Пенсильванская магистраль ускорила свой план по безналичному расчету, сократив более 500 рабочих мест на пунктах взимания платы.Отели все чаще используют киоски для регистрации и роботов-уборщиков.

«С 1980-х годов почти все потери рабочих мест в рутинных профессиях, которые относительно легче автоматизировать, происходили во время рецессий», — написали Дин и Молина в новом исследовательском документе, добавив: «Автоматизированные рабочие места, выполняемые работниками из числа меньшинств, особенно пострадали. из-за пандемии, подвергая этих работников, которые и без того были уязвимы на рынке труда, большему риску безвозвратной потери работы ».

ЭКОНОМИКА COVID

«Обреченная на провал»: почему помощь в размере 4 триллионов долларов не может возродить американскую экономику

Лавина США.С. гранты и ссуды помогли богатым и компаниям, уволившим рабочих. Физические лица получили около одной пятой помощи.

Потребовалось целое десятилетие, чтобы вернуться к полной занятости после Великой рецессии. Экономист Техасского университета Айсегуль Сахин ожидает на этот раз более быстрого выздоровления, но она опасается, что пожилым работникам и людям, которые в первую очередь ухаживают за маленькими детьми, будет сложно вернуться на работу.

Многие экономисты и бизнес-лидеры призывают Конгресс принять еще один крупный пакет помощи, учитывая неравномерность восстановления и долгий путь для тех, кто остался позади.

«Здесь есть явные победители и проигравшие. Проигравшие просто полностью раздавлены. Если победители не смогут помочь проигравшим, проиграют все », — сказал Марк Занди, главный экономист Moody’s Analytics. «С точки зрения общества, кажется, что наступил переломный момент».

Спад из-за коронавируса во многих смыслах переосмысливает разделительную линию между имущими и неимущими в Соединенных Штатах. Чем больше людей, которые только что выжили, — таких как Джессика Дьюк в Северной Каролине или Наташа Смит в Луизиане — попадут в бедность, тем больше времени займет восстановление страны.

Об этой истории

Этот отчет основан на Текущем обследовании населения, ежемесячном обследовании около 60 000 домашних хозяйств, проводимом Бюро переписи населения от имени Бюро статистики труда. Для сравнения занятости The Post использовала как показатели безработицы, скорректированные с учётом сезонных колебаний, так и отношения занятых к населению, которые иногда называются уровнями занятости. Чтобы данные не искажались из-за старения населения США, анализ, в котором сравниваются уровни занятости с 1975 по 2011 год, ограничен возрастом от 25 до 54 лет, «основным» возрастом трудоспособности.С другой стороны, аналитики, сфокусированные на текущем спаде, охватывают возраст от 16 лет и старше.

Анализ расы, возраста и пола основан на данных о занятости, скорректированных с учетом сезонных колебаний. Анализ занятости среди родителей, а также анализ квартилей дохода основаны на общедоступных микроданных из Current Population Survey, полученных с помощью IPUMS (ранее — Integrated Public Use Microdata Series), которые обеспечивают анонимные ответы на опросы. Родительская занятость включает лиц, проживающих по крайней мере с одним из своих детей в возрасте до 18 лет.Возрастные группы детей основаны на самом младшем ребенке в семье.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.