Жизнь инвалидов колясочников: Как живут инвалиды-колясочники в российской глубинке

Содержание

Инвалиды-колясочники — о жизни в российских городах

The Village продолжает неделю дискриминации. В течение пяти дней мы рассказываем о людях, которые чувствуют себя ущемлёнными в правах, и о способах борьбы с этим ощущением. В этом материале инвалиды-колясочники из разных городов России рассказали о том, как они взаимодействуют с городским пространством и другими людьми. 

   

 

Ольга, Москва

Как-то раз я ехала в метро, а ко мне начали подходить люди и совать мне деньги. Были и проводницы в поезде, которые встречали репликой: «Для таких, как вы, есть специальные вагоны». Тётеньки, которые так и не пустили меня на смотровую площадку в Останкинской телебашне (потому что я могу совершить самоубийство — такая у них была аргументация). А всё потому, что я передвигаюсь на своём мопеде. Он же — инвалидная коляска.

Детям с повышенными потребностями (не люблю слова «ограниченные возможности») с малых лет говорят, что они ничем не отличаются от обычных людей, а мне же говорили, что я такая одна, другой такой нет и именно поэтому я крутая. Это и закрепилось во мне и стало отправной точкой в разных аспектах жизни: начиная от знакомств и постановки жизненных целей и заканчивая отношением к себе.

Но что это такое «быть другим»? Как это? Не знаю, как остальным, а мне нравится. Мне нравится не стесняться просить помощи. Мне нравится танцевать среди толпы в ночном клубе и слышать от незнакомых людей: «Боже, она сумасшедшая, но такая классная». Мне нравится смеяться в голос над реакцией людей в метро, которые ошарашены тем, как моя подруга умудряется, стоя на своих 14-сантиметровых каблуках, держать меня с мопедом на эскалаторе. Мне нравится, что мои друзья могут несколько раз за вечер спускать меня в тяжёлом кресле со второго этажа по лестнице на улицу, чтобы мы могли вместе покурить.

Мне повезло? Или, может, повезло, что я живу в Москве? Не думаю. Проблемы идентичны, только подход к ним разный. Пока сами же «необычные люди» не научатся преподносить себя правильно, пока они не перестанут себя жалеть и говорить всё время о плохом, их жизнь всегда будет вызывать жалость.

Специального оборудования вокруг меня нет. Даже мой мопед стоит в общем коридоре, а не в квартире. Я передвигаюсь по дому на обычном офисном стуле. У меня с детства нет привычки какого-то пандуса, спуска, ещё чего-то. Я никогда не была ограничена в передвижении, поэтому, если есть горочка — хорошо. Нет горочки — ну и чёрт с ней.

Я училась в обычной общеобразовательной школе на домашнем обучении. Такая форма была выбрана, сами понимаете, потому что ни о каком лифте речи быть не может в обычной школе. В средних и старших классах я могла посещать школу чаще, потому что мои одноклассники выросли в силачей. Но все праздники и экзамены я всегда проводила в школе.

 

Как будто нормальная адекватная жизнь придумана только для прямоходящих, что подтверждается, если посмотреть, какие лестницы ведут в бары, пабы, театры и кино

 

В Москве много школ для детей с повышенными потребностями. Почему же я не пошла учиться туда? Ребёнку, у которого всё нормально с головой, там делать нечего. Помимо пандуса, эта школа больше ничего не сможет дать: ни знаний, ни вкуса школьной жизни, ни правильного понимания себя. Безусловно, есть малыши, которым нужен особый подход и объяснение материала. Но далеко не все. Такая же проблема — с институтами.

Реакция человека, который со мной впервые знакомится, состоит из двух этапов. Сначала собеседник испытывает шок, хлопает глазами, не знает, куда смотреть, заикается. Потом ты говоришь: «Чувак, расслабься, всё хорошо, дыши» — и уже ты к нему относишься как к больному. А спустя минут пятнадцать он входит в своё нормальное состояние и привыкает.

То, что у нас такое положение дел вызывает шок, — безусловно. Особенно когда ты видишь человека на коляске, а он при этом с тобой пьёт текилу на брудершафт. Как будто нормальная адекватная жизнь придумана только для прямоходящих (что подтверждается, если посмотреть, какие лестницы ведут в бары, пабы, театры и кино).

Обычно я вижу в общественном транспорте улыбающихся мне людей, которые подмигивают и одаривают тёплым взглядом. Если я сталкиваюсь с чем-то неприятным, я стараюсь не обращать на это внимания. Я говорю себе, что это они ограниченные, а не я. Да, периодически бесят законы нашего государства и какое-то странное представление о жизни людей на мопедах, но я не хочу потратить всю свою жизнь на борьбу с этим. Нужно учиться жить с тем, что есть, и при этом делать всё максимально красиво.

 

 

Алексей, 20 лет, Щёлково

тяжёлая форма ДЦП

Двадцать лет в «железном теле». ДЦП в нашей стране, особенно в тяжёлой форме, — это приговор. Но только в том случае, если рядом нет мамы. Моя мама рядом была всегда. Сначала она пыталась понять, как же так произошло, что она родила такого больного ребёнка, и как мне помочь, чтобы я выздоровел.

Она в эпоху «до интернета» и не представляла, что можно вообще предпринять. Были больницы, обследования, а результата не было. Это только кажется, что если ты житель Московской области, то у тебя всё сложилось. И твой пазл жизни почти такой же яркий, как и у москвича. Ничего подобного. Как раз в это время, в середине девяностых, Москва и область стали разными субъектами нашей страны. И всё-всё-всё самое лучшее в плане лечения осталось в столице. Лечиться в московской больнице № 18 я мог только со специальным разрешением.

С моей тяжёлой формой ДЦП о разрешении можно было даже не мечтать. Во все времена любят здоровых и успешных. А у больных оценивают динамику. У таких, как я, у которых, например, после очередного месячного курса лечения стала лучше разгибаться рука или увереннее держаться голова, нет шансов на продолжение лечения. Такие успехи не считаются динамикой. Путёвку, входящую в пакет документов на квоту для оплаты, мне не дали.

Весной 1998 года я лечился в областной больнице. Набор процедур, отношение персонала, еду, наконец, назвать можно одним словом — жуть. А потом мама узнала про новый республиканский реабилитационный центр в Ленинском районе Подмосковья. Замечательное место. В нём я фактически получил путёвку в жизнь — направление в простую школу с возможностью обучения на дому. Именно там сумели разглядеть, что этот не говорящий, ничего сам не умеющий мальчик может читать и с поддержкой мамы даже писать. Читать меня учила мама с помощью книг из серии «Методика воспитания гениев» Глена Домана. Мне тогда было около пяти лет.

 

К восьмому классу я почувствовал вкус к учёбе и стал отличником. В одиннадцатом мою золотую медаль получала мама

 

Ночами мама клеила и писала пособия. В успех не верил никто, кроме неё. А я через полгода научился читать. Первые слова я прочёл в рекламе по телевизору — это было такое счастье!

И вот я пошёл в первый класс. Моя первая учительница Елена Фёдоровна не делала мне скидок: спрашивала как со здорового. А мне, чтобы написать домашнее задание, требовалось по три-четыре часа. И всегда сзади сидела мама: придерживала руку, переворачивала страницы, давала карандаши.

После первого класса ушёл отец. Они с мамой не ругались, не били посуду. Он просто сказал, что не хочет, чтобы у него был больной сын. И ушёл. Больше я его никогда не видел. В этом году после 12 лет молчания он поздравил меня с днём рождения эсэмэской.

Первые пять классов школы я окончил в Красноармейске. В этом маленьком подмосковном городке был удивительный дом культуры. Там было много кружков. Часто проводили конкурсы и концерты. Я стал постоянным зрителем. И хоть находился этот ДК недалеко от нас, я часто ехал на эти представления у мамы на бедре. Мама таскала меня на себе, потому что для пользования коляской нужна была помощь ещё хотя бы одного человека. А этого человека у нас не было.

В Красноармейске было чудесное отделение общества инвалидов. Нас возили по театрам Москвы, в «Макдоналдс». Не только поесть, но и поиграть с аниматорами. Ездили мы и в музей игрушки. В шестой класс я пошёл в Щёлково. Это тоже Московская область. Мы втроём (у нас уже был кот Парфёнов) переехали к бабушке. И тут мне повезло с учительницей по русскому и литературе, благодаря ей я решил попробовать себя в журналистике.

К восьмому классу я почувствовал вкус к учёбе и стал отличником. Я стипендиат местного мецената: для этого надо было десятый класс окончить на пятёрки. В одиннадцатом классе я получил стипендию и сменил школу, перейдя за любимой учительницей. Мою золотую медаль получала мама.

Моя мама оббивала пороги, чтобы получить бесплатную коляску, бесплатную путёвку на лечение. Она сама получила другую профессию и заработала и на коляску, и на путёвки, и на машину. И сама возила меня на лечение. А ещё в Москву на ВВЦ, на шоу танцующих фонтанов, в Дмитров, чтобы показать древний кремль, в Московский Кремль на развод конного караула, в Коломенское, в Царицыно. И в нашем доме всё приспособила для меня. Мама верит, что я стану писателем, и эта вера передаётся мне.

 

 

Алёна, 23 года, Курган

несовершенный остеогенез

Таких, как я, называют хрустальными людьми. Я и правда хрустальная. Я не могу себе позволить сделать резкое движение, долго держать ноутбук на коленях или, не дай бог, уронить что-то тяжёлое на ноги. Не представляю, что такое бегать, прыгать, кататься на велосипеде, подниматься по ступенькам.

Каждый человек имеет право на свободу. Свобода передвижения дана Конституцией, но инвалиду постоянно приходится за неё бороться и доказывать своё право на нормальную, полноценную жизнь.

Препятствия начинаются с порога, ещё до того, как выйдешь на улицу. Всегда думала, что лифты во всех стандартных девятиэтажках одинаковые. Оказывается, их ширина зависит не только от планировки дома, но и непосредственно от подъезда. Считанные сантиметры — и инвалидная коляска уже не проходит в проём. О том, что улицы большинства городов России не приспособлены для самостоятельного передвижения инвалидов-колясочников, говорилось уже не раз. Когда тебя везут в коляске, потрясывает на каждой кочке. А если крутить колёса самостоятельно, то мышечная боль в руках потом будет долго напоминать о себе.

 

В нашем городе поднять себя на пандус, держась за поручни, сможет разве что бодибилдер. Да и поручни встречаются не всегда

 

Скажу о ненавистных бордюрах. Далеко не на всех улицах есть скошенные съезды на тротуары. А перепрыгивать десятисантиметровое препятствие я за десяток лет своего колясочного стажа так и не научилась. Причём перевезти через такой бордюр инвалида по силам далёкому не каждому здоровому человеку. Требуется опыт и практика. В противном случае можно не нарочно уронить коляску. Но в такие моменты приходится полностью доверять своему сопровождающему, предварительно прочитав ему курс лекций вождения.

В городе можно пересчитать по пальцам места, доступные для инвалидов-колясочников. Я живу в небольшом городе на Урале, но, предполагаю, что в крупных городах ситуация немногим лучше. Если нет высокого крыльца, то обязательно будут неправильно расположены двойные входные двери. Пандусы, которые сейчас повсюду устанавливают, сделаны «на отвали». Они настолько крутые, что при спуске пациент вмиг может вылететь из коляски. Поднять же себя на такую горку, держась за поручни, сможет разве что бодибилдер. Да и поручни встречаются не всегда.

Анастасия, 22 года, Москва

ДЦП

Я инвалид с детства. Но болезнь решила схитрить, наложив свой отпечаток только на передвижение. Сохранённый интеллект, чистая речь и привлекательная внешность, казалось бы, должны способствовать моему активному внедрению в общество. Но, похоже, стереотип о том, что передвигающийся на коляске или с помощью костылей человек — это нечто умственно неполноценное, уродливое, неспособное ни к общению, ни к самовыражению, намертво въелся в мозг 95 % населения.

Я получаю высшее образование дистанционно. Вполне довольна и процессом обучения, и взаимодействием с преподавателями и сокурсниками. Общение наше очень тёплое и дружеское, несмотря на то, что осуществляется лишь в интернет-пространстве.

Я так же, как и здоровые люди, хожу по магазинам (правда, в сопровождении мамы), не испытывая при этом никаких трудностей. Современные торговые центры вполне удобны для пребывания в них инвалида на коляске. Я посещаю различные культурные мероприятия (нередко в компании друзей-колясочников), обожаю гулять по центральным улицам Москвы, ходить в музеи. Во время прогулок и всевозможных выходов в свет я вижу, как реагируют на меня случайные прохожие. И если я скажу, что реакция на появление в общественном месте инвалида у здоровых людей сплошь негативная, то это будет лукавством. Неоднократно я видела, как люди, в поле зрения которых я оказалась, искренне и доброжелательно мне улыбаются (даже если в этот момент я, согнувшись в три погибели, стою на костылях), подходят и заводят разговор в абсолютно спокойном тоне, без пренебрежения.

 

В то время, когда одни видят во мне инвалида, другие видят во мне девушку, личность

 

Но особенно приятны для меня те моменты, когда на каком-то очередном мероприятии или во время прогулки люди (противоположный пол в том числе) смотрят на девушку в коляске не с немым возгласом во взгляде: «О, инвалид едет!» — а любуются обычной красивой девушкой, будто бы не замечая коляску.

Но такие моменты приятны мне не только потому, что я симпатична людям внешне, но и потому, что есть в мире те, кто способен видеть дальше собственного носа. В то время, когда одни видят во мне инвалида, другие видят во мне девушку, личность.

Конечно, есть некоторые нюансы. Например, невозможность трудоустроиться. Как оказалось, более-менее серьёзные организации, заботящиеся о своей репутации, не готовы принять на работу человека с проблемами здоровья.

Что самое важное в жизни каждого человека с ограниченными возможностями? Наверное, большинство ответит на этот вопрос: условия для комфортного существования. Это, безусловно, важно, но, на мой взгляд, гораздо важнее найти на своём пути достаточное количество отзывчивых людей. Тех, кто просто подойдёт и заведёт разговор, тех, кто добровольно поможет преодолеть лестницу в подъезде, тех, кто не останется безучастным, видя, что человека гнобят и презирают лишь из-за того, что он передвигается способом, отличным от способа передвижения основной массы людей.

Юлия, Петрозаводск

Атаксия Фридрейха

Я появилась на свет здоровым ребёнком, но потом серьёзно заболела. Моё заболевание называется Атаксия Фридрейха, это поражение центральной и периферической нервной системы. В детстве я перенесла сильное отравление. Где-то с шести-восьми лет мне становилось всё труднее бегать по сравнению с другими детьми, походка ухудшилась — это были первые признаки того, что я перестану в будущем ходить.

В это время начались трудности: я не успевала бегать за остальными детьми, а значит и играть с ними. Для меня как для общительного ребёнка столкнуться с безразличием ко мне ребят с улицы было очень больно, я старалась как могла: училась прыгать через резиночку, скакалку, играла в классики, только дети всё равно видели, что я не успеваю за всеми, и сторонились меня.

Выручала бабушка, которая приезжала к нам летом и зимой в отпуск. Бабушка знала, что здоровье моё ухудшается, и поэтому, видя, как я расстраиваюсь из-за неприятия меня детьми, решила играть со мной сама: чертила на асфальте классики и наблюдала в качестве жюри за тем, как мы с сестрой играем, учила прыгать через скакалку, а зимой помогала мне строить снежные баррикады.

Но то, что я сяду на коляску и уже не смогу быть здоровой и снова ходить, мои родители до конца не понимали и не признавали — всё надеялись на улучшение, возили по врачам и даже в школу меня вначале записали как здоровую.

Где-то до второго-третьего класса школьники относились ко мне более-менее терпимо. Иногда только обзывали «длинноножкой» или обращали внимание на то, что я медленно пишу. Друзей по-прежнему не было. Выручало только то, что я любила читать и делала это хорошо, с выражением. Участвовала в школьных театральных пьесах, ходила на уроки вышивки, рисования и даже на танцы, умудряясь при этом даже танцевать хорошо. И дети ко мне как к активной девочке тянулись. Но длилось это недолго. Моя походка ухудшалась, появилась скованность движений, и было заметно, что ходить мне без посторонней поддержки очень трудно.

С шестого класса отношение ко мне учеников резко ухудшилось, со мной прекращали общаться, считали позором стоять рядом на линейке или сидеть за одной партой. К тому же одноклассники считали меня полной дурой, приписывали мне все мыслимые и немыслимые погрешности, например, отбегали от меня с криком, что от меня «воняет», прямо посреди урока или говорили учителям, что я никудышная «растяпа». А учителя и даже сам директор смотрели на всё это сквозь пальцы, не считали нужным объяснить ученикам, что я такая же, как все, просто здоровье плохое. Классная руководительница подходила ко мне после любых негативных столкновений, говорила, что я сильная и поэтому всё стерплю.

В школе мне нравился один мальчик, Рома. Он был лучшим учеником в нашем классе, симпатичным, честным, умным, гордым. В него были влюблены все девчонки нашего класса. Я наивно думала, что Рома никогда меня не обидит, никогда не будет смеяться надо мной из-за пустяков. Однажды выпала моя очередь быть дежурной, и я осталась в классе убираться. На чьей-то парте я заметила большую закладку-наклейку, а я знала, что такими вкладышами пользуется Рома. Перед его уходом из класса я протянула мальчику наклейку, вежливо предложив забрать забытое. Только Рома истолковал мой поступок иначе — засмеялся надо мной. Он согнулся пополам и злобно ухохатывался минут пять. Я же стояла, удивлённо раскрыв глаза и не понимая, что же сделала, и только потом Рома, отдышавшись, сказал, что эта наклейка не его, а другого мальчика.

Оставшиеся годы в школе были жуткими. Мне стало очень тяжело ходить. Я ходила медленно, скованно, и координация движений оставляла желать лучшего. Один из моих одноклассников от отвращения придумал мне кличку Терминатор за особенные движения при походке. Прозвище вмиг распространилось по всей школе, и все стали обзывать меня Терминатором. Меня подкарауливали возле школы, толкали, закидывали снежными комками, чуть ли не камнями, угрожали ножиком, оскорбляли, не давали пройти в буфет, раздевалку, класс. И делал это не просто мой класс, а вся школа, на глазах у редко заступающихся за меня учителей.

В начале восьмого класса ходить мне стало очень сложно. Мама видела, как я страдаю от издевательств школьников, и решила перевести меня на домашнее обучение. На выпускной я не ходила.

 

Мои коллеги требовали, чтобы главный редактор меня уволил. 
Одна дама даже, показывая на меня пальцем, восклицала, что редакции нужны физически здоровые люди

 

В 16−17 лет я пересела на инвалидную коляску. Врач сказал, что ходить я больше не буду и он даже не знает, почему, так как при Атаксии Фридрейха люди хоть плохо, но ходят. Практически все друзья и знакомые от меня тогда отвернулись. Все знакомые молодые люди, которые мне нравились и которым нравилась я, испытывали ко мне после школьных лет презрение, и поэтому я так и осталась одна, без пары. А молодых людей с инвалидностью в нашем городе я не встречала: видимо, все сидели у себя дома, как и я. Вскоре я, правда, встретила своих лучших и при этом физически полноценных друзей, с которыми общаюсь по сей день.

Я хотела после школы продолжить образование. Поступила в УНИК и стала учиться дистанционно: сначала на факультете культурологии (окончила первый курс), потом перевелась на факультет журналистики. Обучение в УНИК мне понравилось. Никто ни из студентов, ни из преподавателей не тычет в меня пальцем, общаемся на равных. Это заставило по-новому взглянуть на людей. Понять, что далеко не все бывают такими жестокими.

В конце второго курса мне позвонила знакомая и спросила, не хочу ли я устроиться в редакцию городского издания корреспондентом. Я согласилась: и писать люблю, и деньги нужны. Главный редактор, который меня принял на работу, оказался человеком хорошим и был нацелен на работу со мной. Вскоре он по каким-то причинам уволился, а на его место пришёл другой. Тут-то мне вспомнилось игнорирование меня в школе. Статьи мои не читали, заданий не давали, на звонки и письма не отвечали и даже не хотели знакомиться, ссылаясь на занятость. Я не знала, что делать, переживала, тем более когда главный редактор сказал мне, всё-таки ответив однажды на мой звонок: «Ну раз уж вы тут работаете, то пишите что хотите. Лучшее я выберу, а корреспонденты для работы в городе у меня уже есть».

Мои коллеги писали на меня жалобы в мэрию, в столицу Карелии Петрозаводск, требовали, чтобы главный редактор меня уволил, устраивали скандалы в редакции, одна дама даже, показывая на меня пальцем, восклицала, что редакции нужны физически здоровые люди. И всё это вместо того, чтобы обсудить, чем я могла бы быть редакции полезна.

Когда и этот главный редактор уволился, на его место пришёл другой. Он решил приехать ко мне домой поговорить. У меня в гостях он в общих словах пояснил, что для редакции я никто и моё дело в жизни — это болеть и сидеть за компьютером. Пытался каким-то левым путём заставить меня уволиться, чтобы не надо было делать выплат. Во всех его словах сквозило презрение. После этого я уже уволилась с работы, во многом из-за того, что нужно было писать диплом.

Я живу в пятиэтажке советского типа на втором этаже. Дом совершенно не приспособлен для проживания инвалида-колясочника. Нет ни лифта, ни пандусов, ни подъёмников. Комнаты в квартире узкие, так что иногда еле втискиваюсь, проезжая по коридору на кухню. На улицу выйти невозможно: требуется посторонняя помощь. Работая в редакции, я накопила денег и купила себе пандусы, но они оказались для наших крутых лестниц в подъезде практически бесполезными. Теперь потихоньку коплю на электрические подъёмники для подъезда и ванны. А стоят они около 200 тысяч.

 

 

Елена, Киселёвск

несовершенный остеогенез

Это лето стало для меня чередой открытий. Путешествие, которое планировалось год, состоялось. На себе испытала весь «комфорт передвижения», начиная от аэропорта соседнего города Новокузнецка и заканчивая посадкой в Шереметьеве. Часто инвалиды-колясочники сталкиваются с проблемой перелётов. Некоторые компании наотрез отказываются брать на борт самолёта человека в коляске. Это же ответственность! И ладно, если с инвалидом кто-то летит в качестве сопровождающего, а если нет? А если кто-то нашёлся такой же сумасшедший, как я, и решил сорваться с места почти за четыре тысячи километров от дома, чтобы просто отдохнуть от всего. Отдохнуть, посмотреть мир, себя проверить на прочность.

К своему удивлению я обнаружила, что на линиях железнодорожного движения у нас даже есть специальные вагоны для инвалидов, где прямо в купе есть отдельный туалет. Всё хорошо, только ходят такие вагончики по строго прописанному маршруту и в основном между крупными городами России. Я же живу в богом забытом, маленьком шахтёрском городишке Киселёвске. Поэтому этот вариант передвижения сразу отмела. Остаются самолёты. Как совершить перелёт за четыре тысячи километров в гордом одиночестве? На самом деле легко. Для начала нужно позвонить в аэропорт и узнать, какие авиакомпании совершают рейсы в нужном направлении. После узнать, нет ли в этих авиакомпаниях каких-нибудь внутренних законов, запрещающих брать на борт колясочников. Мне повезло. «Аэрофлот» не только перевозит инвалидов в нужном направлении, но и любезно предлагает помощь, отказываться от которой я не стала. 

Сопровождающий человек (услуга бесплатная, достаточно при покупке билета поставить соответствующую галочку) любезно помогал с багажом, а довольно сильный мужчина на руках (!) поднимал меня по трапу. Самолёт благополучно совершил посадку в аэропорту Шереметьево. Спуск на землю был более цивилизованным. К самолёту подогнали специальный подъёмник, который спустил меня на землю. Сопровождающий человек проводил меня прямо до зала, где встречают пассажиров, и передал с рук на  руки моему другу.

Даже по такой мелочи можно заметить, как резко отличается приспособленность окружающей среды для жизни инвалидов в разных городах. У нас посадка на борт самолёта совершается с помощью чьей-то физической силы, в Москве — с помощью лифтов-подъёмников. Получается, более-менее комфортно могут жить инвалиды только в крупных городах? И это при том, что в нашей области всего три аэропорта.

Сделала маленькое личное наблюдение. За две недели, что была в столице и изучала её просторы, человека в коляске видела трижды. И все три раза с протянутой рукой. Всё! А на нас с другом люди смотрели как на инопланетян. Я сижу в коляске, он идёт позади, катит мой транспорт, который мы ласково окрестили «танк», мы смеёмся, шутим друг над другом. А когда на Красной площади взялись за руки и таким образом стали передвигаться, собрали на себе миллионы взглядов, но нас это не смущало. Нам было хорошо.

Обидно слышать, как чиновники рассказывают с экранов телевизоров о количестве построенных пандусов, об улучшении качества обслуживания инвалидов, об изменении каких-то пунктов в каких-то законах, которые на практике мало что меняют. В отчётах всё благородно и правильно, а вот в жизни большинство тех же пандусов построены так, что пользоваться ими не представляется возможным. Чаще всего самостоятельно человеку на коляске по ним не подняться: либо наклон настолько крут, что вряд ли и здоровый человек рискнёт подняться по такому пандусу, либо между полозьями такое большое расстояние, что коляска просто не заезжает на него, или, наоборот, полозья настолько узкие, что остаются между колёсами коляски.

И снова — гримаса действительности: без посторонней помощи на инвалидной коляске можно посетить магазины с ювелирными украшениями, некоторые новые супермаркеты, новые церковные храмы — хороший пандус и широкие двери беспрепятственно пропускают коляску внутрь. Но эти учреждения — ничтожно малая доля того, куда хочется попасть. Если у человека проблемы только с физическим телом, а точнее с опорно-двигательным аппаратом, это не значит, что он не любит смотреть хорошее, качественное кино, не любит плавать в бассейне и ходить в театр, не хочет учиться и заниматься спортом. Хотеть — хочет, но физически не может. Увы, не всегда для инвалида найдётся доброхот-помощник, который поможет ему забираться по крутым ступенькам, ведущим на второй этаж, где находится, допустим, бассейн, снящийся по ночам… А в моём городе именно так. Бассейн, в который я как инвалид могу ходить бесплатно, находится на втором этаже здания, где лифта попросту нет.

 

 

Андрей, Челябинск

Я живу с матерью и братом, в квартире, специально сделанной для людей с ограниченными возможностями. Такие были построены в нашем городе в начале двухтысячных. Здесь широкие дверные проёмы, нет порогов, установлены пандусы, есть отдельный вход с лифтом для моего кресла. Одно но: лифт давно не работает, я заперт в квартире, не могу выйти. Что мы только не делали, чтобы узнать, как починить лифт! Удалось выяснить, что ответственная контора давно закрылась и никто не может его подключить.  

Школьные годы я провёл дома, ведь школа не приспособлена для того, чтобы я мог хотя бы войти в неё, да и классы находились на втором этаже, и добраться до них в моём случае не было никакой возможности. Я оказался первым учеником на домашнем обучении, и первые годы приходившие ко мне учителя даже не знали, как на меня реагировать, их отношение было прохладным. Они вели себя тихо. Учительнице английского я и вовсе был противен, она старалась поскорее окончить урок и уйти. Она старалась как можно чаще пропускать занятия, однажды её не было целый месяц, после чего она мне поставила «неуд» за темы, которые должна была вести как раз тогда, когда её не было. Зато я сблизился с учителем биологии, мы и сейчас поддерживаем контакт. А мой класс оказался дружным и весёлым, ребята, когда узнали про меня от классного руководителя, сами захотели познакомиться. Отыскали меня в сети и даже приходили в гости.

 

Я нашёл бы тех, кто включил бы тот злополучный лифт, смог бы узнать, как это — гулять по своему двору, пусть и в кресле. Это лучше, чем смотреть на него из окна квартиры

 

Однажды ко мне пришла почти половина класса. Мы просидели в кухне часа четыре. Говорили, ели пиццу, собирали головоломки. К сожалению, я пропустил последний звонок, но на выпускной всё же попал благодаря моим одноклассникам. Двое парней из моего класса помогли выйти из дома, а когда на машине я прибыл к месту назначения, помогли достать и раскрыть кресло. Я там находился с мамой, именно она помогла мне добраться до места от машины. Асфальт был неровный, с трещинами и впадинами, так что ехать в кресле было то ещё удовольствие, зато бордюры нам не встретились. Школьный двор был оборудован въездами для автомобилей, асфальтовое покрытие было там с плавными подъёмами и спусками, что облегчало передвижение на кресле. На улице было не очень людно, только школьники-старшеклассники и их родители встречались нам на пути, с их помощью нам удалось не потеряться и добраться до актового зала в целости и сохранности. Но должен отметить, без посторонней помощи самому вести кресло по подобной дороге, даже исключая бордюры и прочие возвышения, очень сложно.

Сейчас я вновь один, запертый в своей квартире. Продолжаю учиться и ищу способ работать, общаюсь с друзьями в соцсетях. Пишу истории, стихи, публикую их на некоторых ресурсах. Хочу заняться писательским делом. Оглядываясь на пройденный путь, я думаю, что мне нужно было больше общения. Я нашёл бы тех, кто включил бы тот злополучный лифт, смог бы узнать, как это — гулять по своему двору, пусть и в кресле. Это лучше, чем смотреть на него из окна квартиры.

 

 

Пётр, 25 лет, Москва

ДЦП

Я родился и вырос в Москве. По городу передвигаюсь на коляске, хотя могу ходить на небольшие расстояния с опорой. Но стараюсь вести активный образ жизни. На автобусе езжу в тренажёрный зал. Люблю посещать музеи, театры, концерты и просто гулять. Понятно, что когда я говорю «я гуляю» или «я хожу куда-то», то подразумевается, что я это делаю не один, а с сопровождающим. Моя мечта — самостоятельно передвигаться по городу. Помочь моей мечте воплотиться в жизнь должна была госпрограмма 2011 года «Доступная среда». Её суть в том, чтобы выработать единые требования по доступности для «маломобильных граждан» всех объектов городской среды: подъездов, зданий и магазинов, общественного транспорта, улиц и внутриквартальных пространств, съездов с тротуара на проезжую часть. Обычно, когда говорят о доступной среде, внимание заостряется на разных нелепых пандусах у входов в магазины и прочие места. Действительно, здесь попадаются настоящие шедевры.

Я даже провёл небольшое исследование на тему доступности улиц и внутриквартальных пространств для колясок. Есть модуль съезда по СНиПу, принятому ещё в 2001 году: он состоит из тактильной плитки для слабовидящих, спуска с уклоном 1:10 и бортового камня не менее двух с половиной и не более четырёх сантиметров высотой. Но уже де-факто строители при укладке редко где соблюдали все эти нормативы. Кроме претензий к строителям и их руководству, есть вопросы и к самому СНиПу 2001 года. Зачем на съезде барьер высотой 2,5−4 сантиметра? Ведь забираться на бордюр приходится, находясь на проезжей части. Вряд ли его создатели знали, что у многих инвалидных колясок маленькие передние колёса. У моей, например, диаметр передних колёс 12,5 сантиметра. Получается, что препятствие высотой в четыре сантиметра составляет примерно треть диаметра колеса. Кроме того, в 2001 году на улицах Москвы ещё не было электроколясок. А многие их модели не могут преодолевать барьер в четыре-пять сантиметров.

Получается, что существующие нормативы создают препятствия для инвалидов-колясочников, которые самостоятельно передвигаются на колясках или электроколясках. Я даже попытался выяснить, почему наш норматив модуля спуска такой странный, почему нельзя убрать бордюрный камень совсем, как это делается в других странах. Зачем там эти 2,5−4 сантиметра? Ведь где разрешено четыре сантиметра, там на самом деле пять-шесть, а иногда понижение бордюрного камня вообще не делают! И вот какой ответ я получил от инженеров, специалистов по безбарьерной среде. Оказывается, это требование коммунальщиков! Они не могут убирать улицы, если нет этого бордюрного камня. Но я же вижу, что там, где нужен проезд для машин, например к магазину, никакого бордюрного камня не оставляют. Поэтому я считаю этот норматив дискриминационным.

Ещё хочу поделиться впечатлениями от недавнего посещения Дворца царя Алексея Михайловича в Коломенском. Напомню: это новодел, воссозданный в 2010 году. Вот цитата с официального сайта: «Посетители нового выставочного проекта „Царский пир в Столовой палате Дворца царя Алексея Михайловича“ в полной мере смогут познакомиться с адаптированными для людей с ограниченными возможностями экспонатами…». На деле «доступность» оборачивается тем, что инвалид должен вначале вызвать охранника, а для этого нужно подняться по ступенькам. Охранник, в свою очередь, должен вызвать специально обученных людей, а те торжественно и с песней сопроводить инвалида к специальному отдельному входу, потом поднять его на специальном подъёмнике и, наконец, проводить к залам экспозиции через отдельный вход. Но и тут приключения не заканчиваются. Ведь между залами экспозиции везде ступеньки, и те же специально обученные люди должны постоянно сопровождать тебя, чтобы носить вслед за тобой пандус. Причём уклон этого пандуса получается настолько крутым, что коляску с взрослым инвалидом с трудом поднимает здоровый мужик. Весь этот идиотизм, конечно, создаёт не только физический, но и эмоциональный дискомфорт.

Ситуация выглядит особенно абсурдной, если учесть, что в том же здании находится кафе, к которому построен нормальный пандус. Но на государственное учреждение не так просто найти управу! Вот новая станция метро «Мякинино». Лифта нет и, похоже, не будет, хотя она построена уже после принятия соответствующих нормативов, а значит её существование в таком виде просто незаконно! Почему же на соседних станциях «Строгино» и «Волоколамская» лифты есть, а на «Мякинино» нет? Дело, судя по всему, в том, что «Мякинино» было частично построено за счёт средств бизнесмена Араса Агаларова, и он просто позволил себе сэкономить на такой «мелочи». Но вот по-настоящему меня возмущает пандус в нашей поликлинике, который не соответствует нормативу ни по уклону, ни по ширине, да ещё и покрыт мраморными плитами! Я не могу пользоваться этим пандусом, даже с помощью сопровождающего.

 

Я думаю, что в сложившейся
ситуации виноваты прежде всего
сами инвалиды. Они молчат

 

Непонятно, почему вообще существует государственное учреждение социальной направленности с таким пандусом. Да что там говорить! В сентябре я лежал в реабилитационном центре для больных с заболеваниями опорно-двигательного аппарата. Там у центрального входа пандус настолько крутой, что по нему можно заехать, только хватаясь за перила! Я на своей коляске несколько раз переворачивался, пытаясь заехать по нему самостоятельно. Хорошо ещё, что у меня нормально работают руки. Но среди пациентов ведь часто попадаются инсультники и шейники, а медперсонал может помочь далеко не всегда! А ведь этот центр умудрился даже получить какую-то премию за «доступную среду», о чём гордо сообщает табличка, висящая рядом с тем самым пандусом.

Но если эти случаи ещё можно как-то списать на недостаток финансирования, то следующий сюжет нельзя объяснить вообще никакими рациональными причинами. Есть одна очень важная для любого инвалида в России бумажка, так называемая «Индивидуальная программа реабилитации» (ИПР). Её требуют всегда, когда инвалиду приходится взаимодействовать с государством, в том числе при трудоустройстве. И вот, когда я этим летом пытался устроиться на работу, то с удивлением обнаружил, что в моей ИПР написано «неспособен к трудовой деятельности». Немного полазив в интернете, я узнал, что такую степень трудоспособности дают обычно всем инвалидам I группы «по умолчанию» и что с такой степенью очень трудно найти работу. Работодатель, как правило, предпочитает просто не заморачиваться. При этом заместитель главного врача поликлиники, где мне и выдали эту ИПР, не видит в этой ситуации ничего странного. Ведь, по её мнению, инвалиды I группы «не могут работать». Не могут, и всё тут! А ещё я читал в интернете, что одной девушке с тяжёлой формой ДЦП написали в ИПР «неспособна к обучению», и её не хотел брать ни один вуз, хотя она и сдала ЕГЭ на отлично. Изучая этот вопрос, я дошёл до заместителя председателя Всероссийского общества инвалидов, и он не смог ответить на вопрос, зачем всё это нужно. 

Я думаю, что в сложившейся ситуации виноваты прежде всего сами инвалиды. Они молчат. Общество же не знает об их проблемах, потому что они находятся в информационном вакууме. И получается такой замкнутый круг!

Текст: Алексей Ванифатов, Алёна Меркурьева, Анастасия Нестерова, Юлия Вдовина, Елена Семёнова, Андрей Хакимов, Пётр Быков

Фотографии: arthurjohnpicton, zeevveez

 

 

Инвалиды

Инвалиды


Фактологический бюллетень по вопросам инвалидов

Общая информация

  • 650 миллионов человек, что составляет около 10 процентов населения в мире, являются инвалидами. Они представляют собой самую многочисленную группу меньшинств.
  • По данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) эта цифра возрастает в связи с ростом численности населения, достижениями медицинской науки и процессом старения населения.В странах, в которых предполагаемая продолжительность жизни превышает 70 лет, в среднем около 8 лет, что составляет 11,5 процентов от общей продолжительности жизни, приходится на годы, связанные с инвалидностью.
  • По данным Программы развития ООН (ПРООН) на долю развивающихся стран приходится 80 процентов инвалидов.
  • По данным Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) среди групп населения с более низким уровнем образования входящих в нее стран показатель уровня инвалидности выше. В среднем по странам, входящим в ОЭСР, он составляет 19 процентов по сравнению с 11 процентами среди населения с более высоким уровнем образования.
  • В большинстве стран, входящих в ОЭСР, количество случаев инвалидности среди женщин выше, чем среди мужчин.
  • По оценкам Всемирного банка 20 процентов наиболее бедных слоев жителей Земли являются инвалидами, и в их собственных общинах к ним относятся как к наиболее обездоленным.
  • Женщины-инвалиды находятся в особо неблагоприятных условиях, поскольку являются отверженными как по признаку пола, так и по инвалидности.
  • Женщины-инвалиды и девочки-инвалиды особенно часто страдают от жестокого обращения. Небольшое обследование, проведенное в 2004 году в Ориссе, Индия, свидетельствует о том, что практически все женщины-инвалиды и девочки-инвалиды подвергались дома избиению, 25 процентов женщин с психическими нарушениями были изнасилованы и 6 процентов женщин-инвалидов были насильно стерилизованы.
  • По данным ЮНИСЕФ, 30 процентов детей улиц являются инвалидами.
  • Смертность среди детей-инвалидов может достигать 60 процентов в странах, в которых коэффициент смертности детей в возрасте до пяти лет составляет в целом не более 20 процентов. Эти сведения приводятся Департаментом международного развития Соединенного Королевства. Также отмечается, что в некоторых случаях создается впечатление, что дети уничтожаются «как сорняки».
  • Сравнительные исследования законодательства по вопросам инвалидности свидетельствуют о том, что лишь в 45 странах существуют законы против дискриминации инвалидов и другие законы, касающиеся инвалидов.
  • В Соединенном Королевстве 75 процентов компаний, которые входят в фондовый индекс, основанный на курсах 100 ведущих акций на Лондонской фондовой бирже, не обеспечивают базового уровня доступности сети и в связи с этим теряют более 147 млн. долл. США.

Образование

  • По данным ЮНЕСКО 90 процентов детей-инвалидов в развивающихся странах не посещают школу.
  • Глобальный показатель грамотности для инвалидов-взрослых составляет лишь 3 процента и 1 процент для женщин-инвалидов. Такие данные приводятся в исследовании, проведенном в 1998 году ПРООН.
  • В странах, входящих в ОЭСР, студенты-инвалиды в высшей школе представлены недостаточно, хотя их число увеличивается.

Занятость

  • По оценкам Международной организации труда (МОТ) 386 миллионов человек из общей численности населения трудоспособных возрастов в мире являются инвалидами. В некоторых странах безработица среди инвалидов достигает 80 процентов. Работодатели нередко считают, что инвалиды не способны работать.
  • По данным Индийского национального центра по содействию занятости инвалидов, несмотря на то, что на долю инвалидов приходится 5 6 процентов от общей численности населения Индии, их потребности в трудоустройстве не удовлетворяются. И это несмотря на то, что существует закон об инвалидах, в соответствии с которым для инвалидов резервируется 3 процента рабочих мест в государственном секторе. При общей численности инвалидов в Индии, составляющей 70 миллионов человек, лишь 0,1 миллиона инвалидов сумели получить работу в промышленности.
  • Данные проведенного в Соединенных Штатах в 2004 году исследования свидетельствуют о том, что лишь 35 процентов инвалидов трудоспособного возраста фактически работают по сравнению с 78 процентами лиц, не имеющих инвалидности. Две трети безработных инвалидов заявили, что они хотели бы работать, но не могут найти работы.
  • По данным исследования, проведенного в 2003 году университетом Ратгерс, люди с физическими и умственными недостатками по-прежнему недостаточно представлены на имеющихся в США рабочих местах, в то время как ошибочные представления распространены весьма широко. Одна треть обследованных работодателей заявила, что инвалиды не в состоянии осуществлять необходимые обязанности по работе. Второй наиболее широко распространенной причиной, служащей для отказа от найма инвалидов, является опасение того, что затраты на обустройство рабочих мест будут слишком высоки.
  • Проведенное в 2003 году в США обследование работодателей свидетельствует о том, что расходы на оборудование рабочих мест составляли 500 долл. или менее; 73 процента работодателей сообщили, что для их работников вовсе не потребовалось создавать особых условий.
  • Результаты проведенного в 2002 году в США исследования свидетельствуют о том, что по сведениям, полученным от компаний, инвалиды реже увольняются, тем самым снижая высокие расходы, связанные с текучестью кадров. По данным другого американского обследования после одного года занятости показатель стабильности кадров для инвалидов составляет 85 процентов.
  • По данным Департамента труда США тысячи инвалидов успешно проявили себя в качестве владельцев малых бизнесов. По данным переписи США 1990 года среди инвалидов выше показатель наличия опыта индивидуально-трудовой деятельности и организации малого бизнеса (12,2 процента) по сравнению с людьми, не являющимися инвалидами (7,8 процента).

Насилие

  • На каждого ребенка, убитого в ходе военных действий, приходится трое получивших ранения и оставшихся на всю жизнь инвалидами.
  • По данным ВОЗ, в некоторых странах до четверти случаев получения инвалидности связаны с полученными ранениями и случаями насилия.
  • По данным Британского исследования, проведенного в 2004 году, инвалиды гораздо чаще становятся жертвами насилия или изнасилования и в меньшей степени получают защиту от полиции, правовую или профилактическую помощь.
  • Исследования показывают, что случаи насилия над детьми-инвалидами в течение года происходят в 1,7 раз чаще по сравнению с их сверстниками, которые не являются инвалидами.


Как устроена умная квартира для инвалида-колясочника — Российская газета

В том, что новые технологии могут сделать жизнь инвалида принципиально иной, мне удалось убедиться, побывав в гостях у Ирины Башмаковой, архивариуса из Ханты-Мансийска.

Ирина в 16 лет попала в аварию, с тех пор вынуждена передвигаться на коляске. Для нее в городе специально оборудовали первую умную квартиру, оснастив ее всеми возможными гаджетами под потребности инвалида на коляске. Причем, какие именно нужны системы, советовала сама Ирина, исходя из своих индивидуальных потребностей. Мы попросили хозяйку провести небольшую экскурсию по своему интеллектуальному жилищу.

Начнем с порога

Входную дверь в квартиру можно открыть одним нажатием кнопки и вот мы в прихожей.

— Если приходят гости, я могу открыть дверь, находясь в любой точке квартиры, при этом в коридоре специально установлено зеркало, чтобы можно было видеть, кто входит. Для свободного прохождения коляски, проемы расширены, межкомнатных дверей нет — с удовольствием рассказывает Ирина о возможностях своей квартиры. — Специально оборудованы высокие «бордюры, чтобы колеса не обивали стены. И свет я могу включить и регулировать его яркость автоматически.

Спальня с высоким IQ

Кровать в спальне Ирины одним нажатием кнопки на поручне инвалидной коляски превращается в диван. Можно автоматически поднять или опустить и жалюзи на окнах.

— По моей просьбе окна в квартире затонированы, поскольку находится она на первом этаже, но вечером, когда зажигается свет, с улицы меня все же может быть видно, поэтому разработчики специально предусмотрели эту функцию для жалюзи, — говорит Ирина, демонстрируя возможности умного гаджета.

Но самое значимое и полезное инженерное устройство в спальне — это подъемное устройство для самой Ирины, установленное возле кровати (см. на фото). С помощью него можно без посторонней помощи лечь на кровать, а потом самой встать. Система чем-то напоминает детские веревочные качели, только куда более надежные и основательные. Ирина сидит на сплетении жестких ремней, придерживаясь за них руками. Автоматическое устройство медленно и бережно поднимает ее и «укладывает» на кровать. А когда нужно, усаживает в коляску.

Признаться, раньше я такие видела только в роликах, о том, как живут инвалиды, скажем в Японии или Испании. А вот теперь убедилась воочию, что это возможно и у нас, в Ханты-Мансийске.

Смышленая кухня

Кухня Ирины, выполненная в приятных оранжевых тонах, на первый взгляд, просто уютная, ухоженная гостеприимной хозяйкой, но если приглядеться, это образец инженерной мысли. Кран в мойке устроен близко к краю, — так, чтобы удобно было мыть посуду или фрукты-овощи. Выдвижной столик из гарнитура позволяет готовить. Обеденный стол установлен с тем учетом, чтобы под него органично входили поручни коляски с системой управления.

И ванная комната семи пядей

В умной квартире все продумано до мелочей. Все устроено таким образом, чтобы человек действительно не видел перед собой никаких барьеров. Вот скажем туалет и ванная. При входе, простите, въезде в санузел не дверь, а плотная водонепроницаемая портьера, чтобы можно было спокойно пройти коляске. Вода в душевой зоне стекает на пол, он под уклоном, поэтому луж не возникает.

— Но вытереть насухо пол мне все же трудно, поэтому после того, как помылась, включаю устройство, которое само высушивает плитку на полу, — с удовольствием рассказывает Ирина, наглядно показывая, как эта «штука» работает.

Действительно, через считанные минуты от разлитой на полу воды не остается и следа. Все сухо, и не нужно хлюпать колесами коляски по мокрой плитке, заезжая в ванную. Сенсорными кранами и устройствами, подающими мыло, сегодня, конечно, никого не удивишь. Но одно дело увидеть их где-то в аэропорту или квартире миллионера и совсем другое — в квартире человека, который вынужден передвигаться на коляске. Для которого все описываемые приспособления — не модная прихоть, а насущная необходимость. И каждому бы инвалиду подобные устройства.

Отметим, проект обустройства умной квартиры пилотный. И как отмечают власти региона, он будет взят за основу при разработке проекта квартир для инвалидов всей Югры.

Прямая речь

Мэр Ханты-Мансийска Максим Ряшин:

— Мы планируем этот проект сделать типовым. В своей умной квартире Ирина решала сама, какие автоматизированные системы ей нужны. Но благодаря ее опыту, мы можем предусмотреть стандартный набор интеллектуальных систем для других людей с ограничениями по здоровью.

«Активная жизнь в инвалидном кресле — это постоянная борьба» | Статьи

В 17 лет Евгений попал в автомобильную аварию, из-за которой оказался в инвалидной коляске. Он получил серьезную травму — перелом позвонков грудного отдела. Молодой человек перенес две сложные операции, после которых последовали три года реабилитации. Но Евгений так и не смог встать на ноги. Все это время рядом с ним находились родители и друзья, благодаря которым он не опустил руки, смог преодолеть множество трудностей.

В 17 лет Евгений получил травму позвоночника, из-за которой оказался в инвалидной коляске

«Препятствия были на каждом шагу», — вспоминает Евгений. Ни город, ни квартира, в которой он жил вместе с родителями, не были приспособлены для жизни на коляске. Повсюду бордюры, ступеньки в подъезде, узкие дверные проемы. Евгению требовалась помощь во всем.

Через несколько лет Евгений получил землю, построил дом, в котором обустроил все так, чтобы ему было удобно жить без посторонней помощи: пандус при въезде, расширенные проемы, а розетки, дверные и оконные ручки в доме находятся на доступной высоте. Сейчас он уже и не представляет, как можно жить в квартире. «Дома все делаю сам, здесь я не чувствую себя инвалидом», — говорит он.

По словам Евгения, многие, получив подобную травму, оказываются дома взаперти. И это их ломает. Конечно, ситуация по сравнению с тем, что было даже пять лет назад, изменилась — сегодня чаще можно встретить людей на колясках. «Однако большинство наших инвалидов до сих пор не готово выходить из дома», — признается мужчина.

Евгений уверен: большинство инвалидов не готово выходить из дома

— В этом отношении меня спасла реабилитация в центре Дикуля по ОМС. Но людям по достижении 18 лет сейчас такая реабилитация бесплатно уже не положена, а зря, — добавляет Евгений. — Встать на ноги я так и не смог, но центр помог свыкнуться с мыслью, что теперь я на коляске и, что более важно, я не один такой.

У человека в инвалидном кресле, продолжает рассказывать Евгений, много как физических сложностей, так и моральных, которые преодолеть порой сложнее. Должна быть цель или мечта, чтобы свыкнуться и жить дальше. И, конечно, общение. Людям с инвалидностью просто необходимо выходить из дома и общаться с другими людьми, в первую очередь, чтобы привыкнуть к их реакции на себя. Они должны быть готовы к взглядам и даже вопросам — ничего страшного в этом нет.

— А вам удалось свыкнуться с тем, что вы оказались в коляске? — спрашиваю я.

— Да. Я насколько смог восстановился и приспособился к жизни. Иногда я начинаю думать, какой бы была моя жизнь, если бы не авария, — задумчиво отвечает Евгений. — Но у меня есть то, ради чего стоит жить дальше, — жена и замечательная дочка, родители и друзья.

По словам Евгения, в городе можно по пальцам пересчитать места, доступные для инвалидов-колясочников

Инвалидам всех групп раз в год положены бесплатные путевки на лечение в санатории. Для взрослых длительность санаторно-курортного лечения составляет 18 дней, для детей-инвалидов — 21 день. Но на деле все не так, говорит Евгений. В прошлом году мужчина получил путевку в Анапу, где находится один из лучших спинальных санаториев. Но до этого четыре года никуда не ездил. Несколько лет назад, вспоминает он, предлагали путевку в «Металлург» в Шелехове, но тогда санаторий не был приспособлен для инвалидов-колясочников, и он отказался.

— В нашей стране нужно постараться, чтобы получить бесплатную коляску или путевку на лечение, — говорит он.

Передвигаться на коляске по городу сложно. По словам Евгения, самая большая проблема — это бордюры

Евгений вспоминает, что до аварии он вел типичную жизнь подростка. Веселились, ходили в клубы и кафе. Оказавшись в инвалидном кресле, он не стал затворником.

— Оправившись от травмы, я начал встречаться с друзьями, частенько ходили в клуб. Несколько раз меня не пустили в ночной клуб «Объект 01», — с улыбкой вспоминает Евгений. — Потом я стал заранее звонить в те места, которые планировал посетить, чтобы уточнить, смогу попасть к ним или нет. Сейчас у меня семья, и чаще мы отдыхаем вместе.

В нашей стране, говорит Евгений, нужно постараться, чтобы инвалиду получить бесплатную коляску или путевку на лечение

В городе можно по пальцам пересчитать места, доступные для инвалидов-колясочников, говорит Евгений. Например, кинотеатры. В них для коляски приспособлен только первый ряд, на который заехать также бывает непросто. Однажды, вспоминает он, в одном из кинотеатров города, который находится в ТЦ, Евгений попросил охранника помочь закатить коляску. Он помог, но с неохотой, причитая, что «ему так тяжело тягать коляску и вообще это не его работа».

— Неприятно сталкиваться с таким? — осторожно спрашиваю я.

— Сейчас уже нет. Со временем привыкаешь к отказам. Активная жизнь в инвалидном кресле – это постоянная борьба, — говорит Евгений.

Оказавшись в инвалидном кресле, Евгений не стал затворником. С семьей он ходит в кино и театры

Иногда Евгений с женой ходит в драмтеатр. «Но для этого необходимо заранее оповестить персонал театра, что будет человек в инвалидном кресле», — поясняет Евгений. Попасть внутрь можно с черного хода, где нет крыльца. Но вот специализированного туалета для инвалидов в учреждении нет.

Евгений передвигается по городу на машине. Признается, что не знает, как в инвалидном кресле можно пользоваться общественным транспортом. Заехать на коляске даже в специальный троллейбус или автобус — проблематично — водители не подъезжают близко к тротуару и откидывают специальный пандус только по просьбе, а ведь не всегда есть сопровождающие. К тому же ходят такие автобусы и троллейбусы редко.

«Людям с инвалидностью просто необходимо выходить из дома и общаться с другими людьми, в первую очередь, чтобы привыкнуть к их реакции на себя»

— Между тем, добраться в магазин или аптеку на коляске самостоятельно и без транспорта очень сложно. Я живу за микрорайоном Солнечный, где передвигаться без посторонней помощи практически невозможно, — рассказывает он.

Через три года после аварии Евгений получил права. 13 лет назад не было системы получения водительских прав инвалидами — многие автошколы отказывались принимать на обучение людей с ограниченными возможностями. Тем не менее Евгений смог сдать экзамены и получил права в 19 лет. Сейчас он ездит на машине, оборудованной сертифицированным ручным управлением и автоматической коробкой передач. От обычного автомобиля отличается тем, что ножные педали водителя дублированы рычагом газа и тормоза.

— Я не представляю, чтобы я делал без авто, наверное, большую часть времени все-таки сидел дома.

«В Иркутске спуститься или поднять себя на пандус, держась за поручни, не каждый сможет»

Кстати, припарковаться возле ТЦ сложно, отмечает Евгений. Места для инвалидов всегда заняты. Приходится ставить машину далеко и дальше уже, лавируя между машинами, пробираться ко входу. «Одно время эвакуаторы регулярно увозили нарушителей, сейчас нет. Поэтому паркуюсь, где получится», — говорит он.

Как рассказал Евгений, раньше, встретив на улице человека в инвалидном кресле, большинство прохожих отводили глаза. «Раньше нас вообще старались не замечать. Сейчас ситуация улучшилась, но ненамного», — рассказывает он. Люди по-разному реагируют на просьбу о помощи. Кто-то проходит мимо, кто-то неохотно помогает и спешит дальше по своим делам, а кто-то помогает даже, когда ты не просишь об этом.

«Большинство больниц и поликлиник недоступны для маломобильных людей»

— Сейчас больше стали показывать российских фильмов про людей с ограниченными возможностями. И это хорошо. Но, мне кажется, они в большинстве нереалистичные. Показывают какие-то чудесные исцеления, которых в реальной жизни практически не бывает. От этого у многих людей складывается мнение, что мы, кто ездит на колясках, недостаточно стараемся или мало занимаемся. А так бы обязательно исцелились, — с улыбкой говорит Евгений.

«Когда тебя везут в коляске, трясет на каждой кочке. А если крутить колеса самостоятельно, то руки потом долго болят. Да и колеса при такой езде быстро ломаются, все-таки не создана коляска для наших дорог, только для ровного асфальта».

По словам Евгения, большую проблему для инвалидов представляют поликлиники и больницы. Все новые медицинские учреждения строятся с учетом безбарьерной среды для людей с ограниченными возможностями. Но старые абсолютно недоступны для маломобильных людей. При входе — везде только лестницы, и пандуса, а тем более подъемника, нет. Раньше, вспоминает Евгений, он был прикреплен к центральной районной больнице поселка Дзержинск. Тогда старался избегать посещений врача, так как без посторонней помощи попасть в здание невозможно.

«В Иркутске доступную среду делают, но скорее для галочки»

— Я только и слышал «Вызывайте врача на дом, не ходите сюда». Люди мне помогали, но не все и не всегда. Сейчас прикреплен к поликлинике в Молодежном, в коляске проезжаю легко — здание новое, построено по современным стандартам.

Идем по скверу. Самая большая проблема, говорит Евгений, это бордюры. Подъем даже в три сантиметра для моей коляски — это настоящее препятствие. Приходится поднимать колеса перед каждым заездом. «С моей травмой делать это непросто и нельзя» — говорит он.

Как отмечает Евгений, припарковаться возле ТЦ сложно. Места для инвалидов всегда заняты

— Вот на такой бордюр я могу заехать, — говорит Евгений и останавливается. — Вот здесь, почему нельзя было убрать бордюр для проезда?

Проходим чуть вперед.

— А вот с этого могу съехать, но обратно не поднимусь, — показывает он.

По светофору переходим дорогу. Евгений слегка замешкался на съезде с тротуара. Женщина, которая шла за нами, недовольно цыкнула. Неприятно. А Евгений, не обращая внимания, поспешил пересечь дорогу.

Машины припаркованы на пешеходной зоне, и Евгений осторожно проезжает между ними

Идем обратно к машине. Чтобы не обходить сквер, я могу от остановки пройти прямиком к месту, где припаркован автомобиль Евгения. Но он так проехать не сможет — для этого надо сначала спуститься по пандусу, который настолько крутой, что при спуске можно вылететь из коляски. Далее немного проехать и подняться по лестнице (без пандуса), а потом еще и преодолеть высокий бордюр. Евгений поясняет: в нашем городе спуститься или поднять себя на пандус, держась за поручни, не каждый сможет. Да и поручни, как и в этом случае, встречаются редко.

— Здесь я и пытаться не буду спуститься, пандус очень крутой, как и большинство в городе. Лучше вернуться, как сюда пришли.

Евгений передвигается по городу на машине. Он ездит на автомобиле, оборудованном сертифицированным ручным управлением и автоматической коробкой передач

Но для этого, Евгению надо заехать на тротуар. Он просит помочь подтолкнуть коляску. Перевести даже через невысокий бордюр человека в инвалидном кресле по силам далеко не каждому. У меня это получилось, но с большим трудом.

Проходим сквер, спускаемся к парковке, но подойти к машине не можем. Проход заставлен транспортом, а ведь здесь пешеходная зона. Буквально на наших глазах отъезжает один из автомобилей и тут же заезжает другой. Из припаркованного авто вышел мужчина с ребенком, посмотрел на нас и пошел по своим делам. Евгений осторожно проезжает между машинами.

— В Иркутске доступную среду делают, но скорее для галочки, — рассуждает Евгений, — Конечно, с точки зрения человека, который передвигается на своих ногах, все выглядит хорошо. А для человека на коляске — нет. Вот бы чиновники проводили тест-драйв перед тем, как принимать работы по благоустройству.

Анастасия Маркова, IRK.ru
Фото Маргариты Романовой

«Я выезжаю на улицу десять раз в году»

Как видно, какие-то показатели не были достигнуты, а какие-то, наоборот, перевыполнены. По данным ведомства, доля инвалидов, положительно оценивающих доступность объектов,
более чем на 20% превышает поставленную цель. Также как и процент инвалидов, заметивших улучшение отношения к ним. Фактическое исполнение показателя по трудоустройству незначительно выше ожидаемого — на 4%.

Но другие
показатели были выполнены не столь успешно. Например, ведомство провело в три раза меньше соцопросов, чем планировало, и не достигло показателя по доле доступных для инвалидов объектов. Транспорта, оборудованного под нужды людей с
ограниченными возможностями здоровья, меньше, чем предполагалось, на 1,5%. Показатель по количеству инвалидов, прошедших реабилитацию, тоже не достигнут.

Вторая программа — «Социальная поддержка и социальное обслуживание
граждан Кировской области» — ориентирована не только на людей с инвалидностью, но и на пожилых граждан и маломобильные группы. «7×7» запросил в министерстве соцразвития целевые
показатели этой программы и их фактическое исполнение, но ведомство ответило только на вопрос о поставленных целях.

При этом Минсоцразвития по Кировской области прислало данные об итогах обеих программ — с 2012 по 2016
годы. За это время в 25 административных зданиях были установлены специальные приспособления, которые помогают инвалидам попасть внутрь. Объектов социального обслуживания, здравоохранения, культуры, спорта, образования, адаптированных
для маломобильных групп, было больше — 255. Это 44,4% от общего количества приоритетных объектов.

В области закупили 11 троллейбусов и 21 автобус, оборудованных для перевозки инвалидов, открыли диспетчерский центр связи
для глухих и оснастили один кинозал в городе Вятские Поляны. В двух муниципальных квартирах, в которых живут инвалиды, доработали вход в подъезд, чтобы жильцам было проще попасть домой. В министерстве считают, что программа «Доступная
среда» выполнена хорошо.

Федеральные эксперты оценили ситуацию с доступной средой в Кировской области несколько иначе. В 2015 году агентство «Национальный рейтинг» провело исследование, посвященное доступности объектов
социальной инфраструктуры для людей с ограниченными возможностями в регионах. В первую очередь оценивалась доступность административных зданий, отделений Пенсионного фонда, аптек, отделений Сбербанка, службы социального обеспечения,
магазинов и кинотеатров. Отдельный мониторинг провели по парковочным местам и стоянкам для инвалидов.

Кировская область вошла в третью и самую последнюю группу рейтинга, заняв 73 место из 85. Это означает, что
инфраструктура «Доступной среды» носит несистемный характер и представляет собой отдельный объекты, построенные в независимости друг от друга.
Председатель Ленинского отделения «Всероссийского общества инвалидов» в регионе Иван
Глинчиков посчитал, что вывод исследователи сделали правильный.

— Думаю, что занятое нашим регионом 73 место в рейтинге действительно отражает нынешнее положение дел в Кировской области. Это показатель, на мой взгляд,
отсутствия должного финансового обеспечения со стороны государства, коммерческого и некоммерческого секторов по созданию доступной среды, и вообще отношение гражданского общества, мнения общественности Кировской области о создании
доступной среды, — прокомментировал он.

Инвалидность и здоровье

Под инвалидностью понимается взаимодействие людей с нарушениями здоровья (например, с церебральным параличом, синдромом Дауна и депрессией) с личными и контекстовыми факторами (такими как негативное отношение, недоступность транспорта и общественных зданий и ограниченная социальная поддержка). 

Инвалидность как проблема общественного здравоохранения

По оценкам, более 1 миллиарда людей имеют какую-либо форму инвалидности. Это соответствует примерно 15% населения мира, причем до 190 миллионов (3,8%) людей в возрасте 15 лет и старше испытывают значительные трудности в функционировании, часто нуждаясь в медицинских услугах. Число людей с инвалидностью возрастает отчасти в связи со старением населения и увеличением бремени хронических нарушений здоровья. 

Формы инвалидности могут быть самыми разными. Некоторые нарушения здоровья, связанные с инвалидностью, приводят к плохому состоянию здоровья и значительным медико-санитарным потребностям, в то время как другие нарушения не приводят к этому. Вместе с тем все люди с инвалидностью имеют такие же общие медико-санитарные потребности, как и все другие люди, и поэтому им необходим доступ к основным службам здравоохранения. Статья 25 Конвенции ООН о правах инвалидов (КПИ) подтверждает право инвалидов на наивысший достижимый уровень здоровья без дискриминации. Однако реальность такова, что лишь немногие страны обеспечивают надлежащие качественные услуги для людей с инвалидностью. 

Кроме того, лишь немногие страны собирают данные, которые можно дезагрегировать с учетом инвалидности в секторе здравоохранения. Это со всей очевидностью проявилось во время пандемии COVID-19, когда страны не могли последовательно учитывать аспекты инвалидности в своих мерах по борьбе с пандемией. В этой связи люди с инвалидностью подвергались трем повышенным рискам, имеющим разрушительные последствия: риску заражения COVID-19, риску развития тяжелых симптомов COVID-19 или смерти от этой болезни, а также риску ухудшения здоровья во время пандемии и после нее независимо от наличия инфекции COVID-19. 

Препятствия на пути к получению медико-санитарной помощи

При попытках получить доступ к медико-санитарной помощи люди с инвалидностью сталкиваются с целым рядом препятствий, которые включают следующие: 

  • Непомерно высокая стоимость

Не доступные по стоимости службы здравоохранения и транспорт являются двумя основными причинами того, что люди с инвалидностью не получают столь необходимой им медико-санитарной помощи в странах с низким уровнем дохода. Медико-санитарная помощь остается не доступной по стоимости для немногим более половины людей с инвалидностью по сравнению с примерно одной третью людей без инвалидности. 

  • Ограниченное наличие служб

Надлежащих служб для людей с инвалидностью не хватает. Многие исследования выявили высокие уровни неудовлетворенных медико-санитарных потребностей людей с инвалидностью в связи с отсутствием служб, особенно в сельских и отдаленных районах. 

  • Физические препятствия

Отсутствие выровненного доступа к зданиям (больницам, центрам здравоохранения), недосягаемое медицинское оборудование, ненадлежащие указатели, узкие дверные проемы, ступеньки внутри помещений, ненадлежащее оборудование в туалетах и недоступные места для парковки создают препятствия на пути к медицинским учреждениям. Например, женщины с трудностями в передвижении часто не имеют доступа к скринингу на рак молочной железы и шейки матки из-за того, что диагностические столы не регулируются по высоте, а оборудование для маммографии подходит только для женщин, которые могут стоять.

  • Ненадлежащие навыки и знания работников здравоохранения

Люди с инвалидностью более чем в два раза чаще сообщают о том, что квалификация работников здравоохранения не достаточна для удовлетворения их потребностей, в четыре раза чаще сообщают о плохом лечении и почти в три раза чаще сообщают о полученном отказе в медицинской помощи. 

  • Учет проблемы инвалидности в секторе здравоохранения 

Очень часто инвалидность не воспринимается как проблема общественного здравоохранения. Поэтому не принимаются меры для учета проблемы инвалидности в секторе здравоохранения, который также часто упускается из виду в национальных стратегиях в области инвалидности и в планах действий по осуществлению и мониторингу КПИ. Таким образом, учет проблемы инвалидности в секторе здравоохранения по-прежнему не интегрирован в программы стран в области здравоохранения. 

Министерства здравоохранения должны принять меры для обеспечения учета проблемы инвалидности. Это подразумевает меры по достижению справедливости в отношении людей с инвалидностью в трех областях:

  • доступ к эффективным службам здравоохранения,
  • защита во время чрезвычайных ситуаций в области здравоохранения, и
  • доступ к межсекторальным мерам в сфере общественного здравоохранения, таким как услуги в области водоснабжения, санитарии и гигиены, для достижения наивысшего достижимого уровня здоровья. 

Правительства могут улучшить показатели здоровья людей с инвалидностью путем улучшения доступа к качественным, доступным по стоимости службам здравоохранения, наилучшим образом использующим имеющиеся ресурсы. В связи с тем, что препятствия на пути к получению медико-санитарной помощи возникают в результате взаимодействия нескольких факторов, необходимо проведение реформ во всех взаимодействующих компонентах системы здравоохранения. 

Политика и законодательство

Произвести оценку существующей политики и служб, определить приоритеты для уменьшения неравенств в отношении здоровья и обеспечить учет проблемы инвалидности в секторе здравоохранения. Осуществить изменения в соответствии с КПИ. Разработать стандарты в области оказания медико-санитарной помощи людям с инвалидностью и механизмы обеспечения их соблюдения. 

Финансирование

Там, где в области финансирования здравоохранения преобладает частное медицинское страхование, обеспечить охват людей с инвалидностью и предусмотреть меры, обеспечивающие доступность страховых взносов. Обеспечить, чтобы люди с инвалидностью получали равные преимущества от программ общественного здравоохранения. Использовать финансовые стимулы для провайдеров медицинских услуг с тем, чтобы они обеспечивали доступность услуг и проводили всесторонние оценки состояния здоровья, лечение и последующее наблюдение. Предусмотреть возможные пути сокращения или отмены платежей из собственных средств для людей с инвалидностью, не имеющих других финансовых средств для оплаты медико-санитарных услуг. 

Предоставление услуг

Обеспечить доступ к эффективным услугам по укреплению здоровья и оказанию профилактической, лечебной, реабилитационной и паллиативной помощи.  Обеспечить широкий спектр модификаций и корректировок (целесообразных приспособлений) в окружающей среде для облегчения доступа к службам здравоохранения. Например, изменить планировку клиник для обеспечения доступа людей с трудностями в передвижении. Обеспечить доступность любой информации в области общественного здравоохранения. Предоставить людям с инвалидностью возможности для максимального улучшения их здоровья путем информирования, обучения и поддержки со стороны лиц аналогичного профиля. Способствовать реабилитации на уровне общин для облегчения доступа людей с инвалидностью к существующим службам. Определить группы, которым требуются альтернативные модели предоставления услуг, например целевые услуги или координация помощи, с целью улучшения доступа к здравоохранению. 

Кадровые ресурсы

Обеспечить, чтобы работники здравоохранения имели необходимую квалификацию и навыки для удовлетворения индивидуальных потребностей людей с инвалидностью. Включить подготовку по вопросам инвалидности в программы обучения студентов и повышения квалификации для всех специалистов здравоохранения. Осуществлять подготовку общинных работников с тем, чтобы они могли принимать участие в профилактической работе служб здравоохранения. Предоставить основанные на фактических данных руководящие принципы для оценки состояния здоровья и лечения. 

Данные и научные исследования

Обеспечить дезагрегирование данных с учетом инвалидности. Учитывать людей с инвалидностью при осуществлении надзора в сфере здравоохранения. Проводить дополнительные исследования в области потребностей людей с инвалидностью, препятствий на пути получения медико-санитарной помощи и показателей их здоровья. 

Деятельность ВОЗ 

Для улучшения доступа людей с инвалидностью к службам здравоохранения ВОЗ:

  • направляет и поддерживает государства-члены в области расширения осведомленности по вопросам инвалидности и способствует включению проблемы инвалидности в качестве компонента в национальные политику и программы здравоохранения;
  • способствует сбору и распространению данных и информации об инвалидности;
  • разрабатывает нормативные методики, включая руководящие принципы укрепления служб здравоохранения;
  • расширяет потенциал лиц, формирующих политику в области здравоохранения, и провайдеров услуг;
  • способствует расширению масштабов реабилитации на уровне общин;
  • способствует проведению стратегий по обеспечению того, чтобы люди с инвалидностью были информированы о своем состоянии здоровья и чтобы персонал здравоохранения поддерживал и защищал их права и достоинство. 

Стратегия Организации Объединенных Наций по интеграции инвалидов

В июне 2019 г. Генеральный секретарь ООН провозгласил Стратегию ООН по интеграции инвалидов в целях содействия «устойчивому и преобразующему прогрессу в деле учета вопроса интеграции инвалидов в рамках всех компонентов работы Организации Объединенных Наций». В соответствии с этой стратегией все учреждения Организации Объединенных Наций должны обеспечивать последовательный и систематический учет проблемы инвалидности во всех аспектах своей работы.  

ВОЗ приветствует эту стратегию и в настоящее время разрабатывает всеобъемлющую политику и план действий в отношении инвалидности, согласно которым ВОЗ должна стать организацией, которая учитывает интересы и проблемы людей с инвалидностью во всем их многообразии и систематически включает аспекты инвалидности во все программные области, в том числе на страновом уровне.

3 декабря — Международный день инвалидов

01 декабря 2020

Международный день инвалидов был утвержден в 1992 году Генеральной Ассамблеей ООН. Цель – привлечь внимание общественности к проблемам инвалидов, среди которых: социализация, расширение круга общения с родными и в обществе, обучение, возможность работать, независимо передвигаться по городу без посторонней помощи и другие.


Численность инвалидов увеличивается с каждым годом. Это связано с тем, что население стремительно стареет, а пожилые люди зачастую подвержены различным болезням. По статистике ВОЗ, в мире более 1 миллиарда человек имеют инвалидность, из которых почти 100 миллионов дети.


По данным Росстата численность инвалидов, проживающих в России, составляет около 12 миллионов. Среди инвалидов женщины встречаются чаще. По данным на 2020 год мужчин — 5,18 млн., женщин – 6,76 млн., детей – 688 тыс. человек. Важно отметить, что при этом в статистике детей инвалидов преобладает мужской пол. То же наблюдается у взрослых трудоспособного возраста. Женщины вырываются вперёд только по количеству инвалидов среди старшего возраста.


В Санкт-Петербурге по состоянию на начало 2020 года по данным АИС «Электронный социальный регистр населения Санкт-Петербурга» всего зарегистрировано 582320 человек с инвалидностью, из них: инвалиды с нарушениями опорно-двигательного аппарата (121391 чел.) в т.ч. инвалиды-колясочники (18121 чел.), инвалиды с нарушением зрения (8741 чел.), инвалиды с нарушением слуха (19860 чел.), инвалиды с детства (31239 чел.), дети-инвалиды (18251 чел.). Инвалидов трудоспособного возраста в Санкт-Петербурге 90509 чел.


Начиная с 1998 года, тематика этого Дня ежегодно меняется. За 22 года рассмотрели независимый образ жизни, равенство, права и возможности, поиск достойной работы и многое другое. Тема дня 2020 года: на пути к инклюзивному и устойчивому миру после пандемии с учетом потребностей инвалидов. Вовлечение инвалидов в жизнь общества является важнейшим условием обеспечения прав человека, достижения устойчивого развития, установления мира и безопасности. Защита прав инвалидов — это не только вопрос справедливости, но и инвестиция в общее будущее.


В этот день по традиции проходят разнообразные научные и практические конференции и семинары по улучшению уровня жизни инвалидов, а также различные развлекательные мероприятия.


2 декабря 2020 года специалисты СПб ГКУ «ЦОСО» примут участие в семинаре, посвященному Международному дню инвалидов на тему «Актуальные вопросы при организации социального обслуживания инвалидов, в том числе детей-инвалидов», организованном совместно с СПб ГБУ ГИМЦ «Семья».

Укорачивает ли пребывание в инвалидной коляске вашу жизнь? — Ступица для инвалидных колясок с электроприводом

Большинство людей постоянно спрашивают, сократит ли пребывание в инвалидной коляске их продолжительность жизни. Что ж, ответ — нет, инвалидное кресло не сокращает жизнь. Потеря важной части себя — это ошеломляющий и пугающий опыт.

Поначалу ощущать много гнева и горя — это совершенно естественно. Вы оплакиваете ту жизнь, которую когда-то прожили, и теперь вынуждены справляться с новыми изменениями. Эти чувства будут сильными и интенсивными, не стесняйтесь их ощущать.Подобные изменения вынуждают людей изменить свое представление о себе, что непросто. Система поддержки очень важна для исцеления; обратитесь за помощью к врачу, психологу, родственникам и друзьям.

Сегодня есть много способов, которыми человек в инвалидном кресле может помочь себе самому. Во-первых, принятие потери подвижности и решение проблем, связанных с инвалидностью, может помочь обеспечить здоровый и позитивный настрой. Кроме того, сегодня существуют сильные организации поддержки и веб-сайты, которые помогают инвалидам адаптироваться к их обстоятельствам.

Вы можете многое сделать, чтобы облегчить вам жизнь. Как пользователь инвалидной коляски, вы можете помочь себе и вести легкую и комфортную жизнь, если знаете, что на вашу продолжительность жизни никоим образом не влияет нахождение в инвалидной коляске. Эта статья предназначена для сбора и обмена информацией, чтобы помочь инвалидам жить здоровой и счастливой жизнью. Он также предназначен для того, чтобы помочь инвалидам узнать о смертельных опасностях, связанных с пребыванием в инвалидном кресле.

1.Передвижение по лестнице

Вы должны проходить по лестнице только с помощью другого человека. Вам нужно создать свой безопасный метод, который лучше всего подходит для вашего текущего состояния, с помощью вашего лечащего врача. Лестницы, бордюры и ступеньки — очень опасные препятствия, о которых должны знать все пользователи инвалидных колясок. Исследования показывают, что лестница является одной из основных причин смерти пациентов в инвалидных колясках. Когда вы сталкиваетесь с такими препятствиями, постарайтесь найти простой способ их обойти, например, используя пандусы, бордюры или специальные лифты для инвалидов, которые теперь доступны в большинстве современных зданий.

2. Знать правила дорожного движения

Большинство смертей в инвалидных колясках произошло в результате несчастных случаев. Большинство людей, использующих инвалидную коляску на открытом воздухе, сбиваются пьяными водителями. Если вы используете инвалидную коляску для передвижения на открытом воздухе, убедитесь, что вы соблюдаете основные правила дорожного движения и правила в людных местах. Двигайтесь по соответствующей стороне дорожки или коридора. Посмотрите в обе стороны на пересечении проезжей части, чтобы убедиться, что никто не идет.

Сообщите о себе в глухих углах или закрытых дверях, нажав на звуковой сигнал, чтобы избежать столкновения с другими участниками дорожного движения. Уменьшите частоту использования устройства для передвижения, если у вас нарушено зрение или любое другое чувство. Некоторым людям, прикованным к инвалидным креслам, в том числе страдающим нарушениями моторики, может быть трудно использовать передовые средства передвижения, такие как кресло-коляска с электроприводом. Безопасность полностью зависит от вашей бдительности и восприимчивости к опасным ситуациям.

3.Ознакомьтесь с основными советами по безопасности для инвалидных колясок

По мере того, как мир стареет и люди в нем живут дольше, люди используют инвалидные коляски по множеству причин. Это устройство является безопасным мобильным устройством, и его пребывание в нем не сокращает срок службы его пользователя. Однако, чтобы быть в безопасности и комфорте в инвалидной коляске, нужно соблюдать осторожность и применять все советы по безопасности, которые прилагаются к использованию такого устройства. Пользоваться мобильным устройством действительно очень легко для большинства людей, но есть несколько сложных сценариев, которым нужно уделять особое внимание, чтобы обезопасить себя.

Тем не менее, существует целый ряд советов по безопасности для инвалидных колясок, о которых вы захотите знать и которым необходимо следовать, чтобы правильно использовать инвалидное кресло. Знание основных советов по безопасности для инвалидных колясок и их соблюдение поможет снизить количество несчастных случаев, связанных с инвалидными колясками, которые могут привести к тяжелым травмам и, возможно, смерти.

4. Знайте свой центр тяжести

Знайте свой центр тяжести при использовании мобильного устройства. Большинство видов деятельности часто требуют, чтобы человек в инвалидном кресле дотянулся до кресла-коляски или наклонился при входе и выходе из кресла-коляски.Эти движения не сокращают продолжительность жизни пользователя, но вызывают изменение центра тяжести, распределения веса и общего баланса кресла-коляски.

При наклоне, вытягивании, наклоне вперед или вбок очень важно использовать ролики как средство поддержания равновесия и устойчивости. Правильное равновесие важно для вашей безопасности в инвалидной коляске. Сначала вы захотите использовать ролики, чтобы поддерживать устойчивость и равновесие. Попрактикуйтесь в выполнении определенного количества действий, таких как тянуться, наклоняться, садиться и выходить из инвалидной коляски.Все эти частые движения приведут к изменению веса кресла-коляски.

Чтобы знать и создавать свои пределы безопасности, потренируйтесь в различных комбинациях вытягивания, сгибания и перемещения; однако убедитесь, что вы не одиноки, просите о помощи, пока не научитесь делать это самостоятельно, не прибегая к чьей-либо помощи. Когда вы почувствуете себя более комфортно, вы сможете более безопасно использовать мобильное устройство и избежать смертельных аварий.

5. Наклон назад

Когда вам нужно что-то схватить, наклонившись назад, вам нужно поставить инвалидную коляску как можно ближе к этому объекту.Используйте ролики таким образом, чтобы они выдвигались из обоих ведущих колес, чтобы получить длинную колесную базу. Оттянитесь назад настолько, насколько это возможно, не меняя своего нынешнего положения сидя. Пожалуйста, постарайтесь как можно больше не сгибать кресло-коляску назад, так как это может наклонить кресло и привести к падению со смертельным исходом, что может привести к травмам или еще хуже.

6. Наклон вперед

Обратите на это особое внимание. Во-первых, вы должны знать, что никогда не должны пытаться дотянуться до предмета, если вам придется расположить верхнюю часть тела вперед, сидя в инвалидном кресле.Это очень опасно и может привести к смертельному исходу (падение на голову может привести к смерти). Скорее, будет намного лучше расположить оба ролика, отодвинув их от обоих ведущих колес, затем активировать функцию блокировки колес, прежде чем пытаться дотянуться вперед к объекту.

7. Опрокидывание кресла-коляски

При попытке опрокинуть кресло-коляску убедитесь, что у вас есть помощник, который поможет удерживать заднюю часть подвижного устройства (неотъемную часть). Перед тем, как опрокинуть мобильное устройство, убедитесь, что тот, кто вам помогает, подаст вам сигнал, и убедитесь, что вы откинулись назад, чтобы добавить устойчивости.Убедитесь, что ваши руки и ноги полностью удалены от колес или любых других зон защемления.

8. Предотвращение несчастных случаев

Опрокидывание и падение — обычные несчастные случаи, с которыми ежедневно сталкиваются инвалиды-колясочники. Например, вы можете упасть, пытаясь ускорить движение своего мобильного устройства, на скользкой поверхности, при разблокированных тормозах, на неровной поверхности или когда вы столкнетесь с большой неровностью обоих колес, из-за которой кресло-коляска опрокинется и упадет. . Все это может стать причиной серьезных травм.Чтобы кресло не опрокидывалось и не падало, опрокидывающее устройство должно быть постоянно в безопасности, и вам следует внимательно следить за уровнем скорости на жестких поверхностях и на крутых поворотах. Быть в безопасности в инвалидной коляске очень важно!

9. Использование на открытом воздухе

Некоторые кресла-коляски специально изготовлены и предназначены для использования на открытом воздухе. Тем не менее, вы всегда должны быть очень осторожны и держаться подальше от плохих поверхностей и климатических условий, которые неблагоприятны для использования инвалидных колясок на открытом воздухе.

По возможности избегайте песчаных поверхностей. Даже мощеная поверхность с небольшим количеством песка может привести к тому, что кресло-коляска станет неустойчивой, вращается и опрокидывается. Это может произойти быстро, в основном с моторизованными инвалидными колясками. Во-первых, чтобы этого не произошло, избегайте всех песчаных поверхностей, проходя только по доступным участкам.

Также избегайте всех мокрых поверхностей и луж. Перемещение по лужам с моторизованным мобильным устройством может привести к намоканию, вращению и опрокидыванию всего кресла-коляски, что приведет к аварии.Лучше избегать всех влажных поверхностей и вместо этого обойти их. Если идет дождь и вам необходимо выйти, действуйте осторожно и в хорошем темпе. При использовании пандусов на открытом воздухе убедитесь, что вы тщательно проверяете состояние пандусов на наличие скользких участков, неровных поверхностей, ям и других препятствий на вашем пути.

Заключение

Человек может стать инвалидом в результате ухудшения состояния здоровья, неожиданной болезни или даже несчастного случая. Эти внезапные изменения кардинально нарушат вашу когда-то жизнь.В инвалидной коляске все становится по-другому, но жизнь от этого не укорачивается.

Потеря контроля над своими телесными функциями или борьба с ограниченной подвижностью может привести к депрессии, а иногда и к неуверенности в себе (но это не приводит к ранней смерти). Все эти эмоции нормальны, и они должны быть должным образом исследованы и обработаны, чтобы принять новое состояние. Правда в том, что все станет иначе, но другое не должно быть плохим.

повседневных жизненных проблем, с которыми сталкиваются инвалиды-колясочники (в общественных местах)

Инвалидная коляска сильно меняет жизнь пользователей.Очевидно, есть много положительных отличий, если посмотреть с точки зрения человека, для которого инвалидная коляска является единственным способом передвижения. Но существует множества повседневных жизненных проблем, с которыми приходится сталкиваться каждому инвалиду-колясочнику. . Интересно, что многие из этих трудностей создаются из-за восприятия и поведения людей по отношению к инвалидам, а не из-за самой инвалидной коляски.

Давайте посмотрим на некоторые повседневные жизненные проблемы, с которыми может столкнуться каждый инвалид-колясочник.

Проблемы повседневной жизни, с которыми сталкиваются инвалиды-колясочники

1. Грязные руки с волдырями

Любой пользователь инвалидной коляски, который использует ручную инвалидную коляску, чтобы выйти из дома, может поручиться за этот факт. Наши руки и ногти часто пачкаются, и бывают случаи, когда нам приходится иметь дело с волдырями на ладонях. Но мы, безусловно, выберем эти волдыри, а не домашнее заключение. Перчатки для рук для инвалидов-колясочников могут помочь в решении этой проблемы.

2. Раздражающие клаксоны неугомонных водителей

Инвалидам, безусловно, нужно дополнительное время, чтобы сесть в машину и выйти из нее.И поэтому им всегда приходится иметь дело с беспокойными водителями, которые трубят в гудки позади своих автомобилей. Ваш непрерывный гудок не может дать инвалиду-коляске волшебную силу улететь, он может только заставить многих из них понервничать. Так что будьте немного терпеливы, когда видите, что инвалид-коляска садится или выходит из машины перед вами.

3. Недоступные пандусы

Лестница на входе в общественное место не так раздражает, как недоступные пандусы!

Как инвалиды-колясочники, мы стараемся заранее собрать информацию о доступности места.Если пандусов нет, вы получите четкую информацию о том, что это место недоступно. Но нам часто приходится сталкиваться с ситуациями, когда нас информируют о том, что место имеет пандусы и доступно для инвалидов-колясочников.

Но когда мы действительно подъезжаем к месту, мы видим, что сам пандус недоступен. Иногда пандус начинается после 2-3 ступенек (, интересно, почему? ), иногда они слишком узкие для инвалидных колясок нормального размера и в большинстве случаев уклон пандуса слишком крутой для самоходных инвалидных колясок.

3. Застрять в узких дверях

Не все здания построены с дверьми стандартного размера. Итак, если вы находитесь в инвалидном кресле, вы всегда рискуете застрять в том или ином дверном проеме. Чаще всего это происходит в туалетах общественных зданий. Даже туалеты, созданные специально для инвалидов-колясочников, имеют настолько узкую дверь, что никакая инвалидная коляска не может легко пройти. А если дверь оснащена пружинными петлями, без посторонней помощи даже не думать о том, чтобы войти или выйти.

4. Мы становимся невидимыми

Не буквально. Но инвалиды-колясочники часто сталкиваются с ситуациями, когда к ним относятся как к невидимым существам. Мы часто встречаем людей, которые хотят узнать о нас или которым нужно задать нам вопрос, но вместо того, чтобы спрашивать нас напрямую, они предпочитают поговорить с любым, кто с нами. Привет, дружище! Вы можете напрямую поговорить с человеком, сидящим в инвалидном кресле, и получить соответствующий ответ.

5. Гонка за посадкой в ​​лифт (лифт)

Сейчас многие места оборудованы лифтами, и это хорошо.Но каждому инвалиду-колясочнику нужно соревноваться с людьми, которые легко поднимаются по лестнице, чтобы попасть в лифт.

По иронии судьбы, мы часто встречаем людей, которые любезно советуют нам сначала отпустить других, потому что инвалидная коляска займет больше места, и мы также можем получить травму!

6. Борьба за парковку автомобиля

Да, у большинства общественных / коммерческих мест есть парковка для инвалидов рядом с входом, и эти парковочные места больше по размеру, чтобы инвалидам в креслах-колясках было легче входить и выходить.Мы всегда находим так называемых трудоспособных людей, скучающих по поводу этих специальных парковок для инвалидов. Но действительно ли мы легко получаем эти парковочные места? В большинстве случаев… Нет! Многие трудоспособные люди имеют тенденцию парковать свой автомобиль в этом зарезервированном месте. И это создает проблему для реальных инвалидов-колясочников.

Если мы, как общество, начнем мыслить рационально, большинство этих проблем инвалидов-колясочников можно будет решить, не создавая никаких волнений в обществе.Если вы не можете облегчить жизнь инвалидам, пожалуйста, перестаньте усложнять ее, занимая зарезервированные парковочные места или выталкивая их из лифта, чтобы сесть внутрь.

А если вы инвалид-коляска, вы можете поделиться с нами своими повседневными проблемами. Спасибо, что связались с WeCapable!

Какова на самом деле жизнь людей с ограниченными возможностями? Дневники инвалидности раскрывают все | Неравенство

По пути из Сент-Олбанса в Ноттингем Шона Кобб трижды чуть не застряла в поезде.Кобб заказывала помощь на пандусе для инвалидных колясок для каждой необходимой замены, но ни один сотрудник не пришел ей помочь. Вместо этого на одной остановке ей пришлось полагаться на дружелюбную пару, чтобы помочь ей; с другой стороны, единственный способ предотвратить закрывание двери поезда, когда она все еще была на борту, — это воткнуть в нее ногу.

Это изящная и возмутительная ирония в том, что Кобб изо всех сил пыталась попасть на интервью о дискриминации, с которой сталкиваются инвалиды, потому что она испытывала именно такой «инвалидность».

The Guardian попросила семь человек задокументировать их повседневный опыт инвалидности в течение сентября, в том числе 19-летний Кобб, страдающий синдромом Марфана, страдающим заболеванием соединительной ткани. В их дневниках отражена реальность того, что сегодня в Британии есть инвалиды: пренебрежение, сломанные системы и недопонимание, которые мешают инвалидам жить так, как они должны быть правы.

Проблемы с общественным транспортом — обычная тема — например, лишние полчаса, которые Нина Грант должна выделить, чтобы добраться до любого пункта назначения, когда она перемещается по сети лондонского метро.«Мне повезло, что я живу всего в одной поездке на автобусе от доступной станции метро», — пишет 31-летний Грант, страдающий синдромом Элерса-Данлоса, другим заболеванием соединительной ткани, и пользуется инвалидным креслом с электроприводом.

Еще есть вопросы, с которыми Саша Сабен Каллаган сталкивается со слабым зрением и ограниченной подвижностью, с которыми приходится мириться от случайных незнакомцев. Когда они спрашивают: «Как это случилось?», Она иногда просто что-то придумывает. «Однажды я сказал:« Я рассердил фокусника ». Они этого не ожидали».

«Это заставило меня понять, как все плохо»… (слева направо) Нина Грант, Крейг Гилдинг, Фрэнсис Райан, Пит Лэнгман и Шона Кобб.Фотография: Фабио Де Паола / The Guardian

Пит Лангман, 50 лет, пишет о трудностях, которые возникают при ведении переговоров с миром, когда у вас рано начинается болезнь Паркинсона, которая вызывает тремор рук и проблемы с подвижностью — от вышибал в клубах, спрашивающих, пьян ли он, до странностей. ответы при интернет-знакомствах. В разговоре с одним потенциальным свиданием, который прокомментировал краткость своих сообщений, Лангман объяснил: «У меня болезнь Паркинсона, так что писать текстовые сообщения по телефону сложно». «Ты шутишь, да?» пришел ответ.

Есть хитрости, связанные с переговорами о рабочем месте.Люк Джадж пишет о клиенте, который спрашивает, почему он уходит в 16.30, время окончания, согласованное его врачом и работодателем. «Он спросил, почему я уезжаю рано. Дерзкий! Что я мог сказать? Я эпилептик, и это по медицинским причинам? Немного неловкий разговор. У меня тоже было такое с некоторыми коллегами, которые в шутку называли меня «подработкой», на что я смеялся. Но большинство из них не знают, что я эпилептик, поэтому я обычно просто говорю, что у меня назначена встреча ».

Первый день новой работы может утомить любого.«При смене работы всегда есть риск, но когда ты инвалид, возникает еще один уровень риска: буду ли я подвергаться жестокому обращению или издевательствам из-за моей инвалидности?» — пишет Сэм Фаукс, страдающий церебральным параличом и только что получивший повышение до должности менеджера NHS. «Буду ли я восприниматься как неполноценный или проблемный из-за того, что мне нужно будет что-то исправить? Будет ли меня рассматриваться справедливо на этапе подачи заявления, если я сообщу об инвалидности? »

В течение месяца страховая компания Крейга Гилдинга звонила ему несколько раз, «несмотря на то, что в их записях значилось, что я глухой.К счастью, мне удалось ответить и разобрать. Другая глухая подруга лишилась бонуса без претензий по автострахованию из-за проблем со страховкой ». Гилдинг добавляет, что недавно он пытался сменить адрес в Департаменте по работе и пенсиям, но «они настаивали, чтобы я позвонил им (невозможно) или отправил письмо», что быстро потерялось.

Пит Лангман, 50, Брайтон. Фотография: Фабио де Паола / The Guardian

Я встречаюсь с Коббом, Грантом, Лангманом и Гилдингом в Университете Ноттингем Трент, чтобы рассказать об их опыте ведения дневников.Есть регулярные вспышки юмора (при обсуждении потрясенных взглядов незнакомцев, которые не ожидают, что инвалиды когда-либо встанут, Кобб и Грант саркастически восклицают: «Это чудо!») И общие разочарования: из-за аналогичных битв с системой социального обеспечения чтобы узнать, что каждый из них сталкивался с потенциальными работодателями, которые, увидев свою инвалидность, отказывали им в приеме на работу.

Все четверо согласны с тем, что процесс ведения дневника привел к искре признания: впервые в своей жизни они сознательно отмечали неравенство, с которым регулярно сталкиваются.«Это заставило меня понять, насколько все плохо», — говорит Кобб. «Это как каждый день, нормально:« Я не могу туда попасть »».

Картина, нарисованная в дневниках, отражает хорошо задокументированный ландшафт предрассудков и дискриминации: в этом году крупное исследование, проведенное Комиссией по вопросам равенства и прав человека, показало инвалиды в Великобритании «остаются в обществе» из-за отсутствия равных возможностей в сфере образования и занятости, а также препятствий для доступа к транспорту, медицинскому обслуживанию и жилью. Это произошло одновременно с докладом ООН, в котором правительство Великобритании осудило отказ от защиты прав людей с ограниченными возможностями в целом ряде областей, включая образование и работу.

Одна из определяющих проблем, которая затрагивает дневники инвалидности, — это доступ. Грант пишет о магазинах, в которые она не может попасть из-за больших ступенек или поднятых дверных косяков, а также о драках с транспортом и даже попутчиками. Когда мать с коляской вышла из автобуса, чтобы оставить место для инвалидного кресла Гранта (заявив, что она «все равно будет следующей остановкой»), она обнаружила, что «сталкивается с обвиняющими лицами, которые только что увидели то, что выглядело как молодой человек со своими собственный моторизованный автомобиль выгоняет из автобуса мать и ее ребенка ».Она добавляет: «Трудно описать чувство, когда вас рассматривают сразу несколько незнакомцев».

Дневники показывают, как эта беззаботность (или откровенная враждебность) со стороны представителей общественности может в сочетании с недоступной инфраструктурой сделать даже простые задачи головной болью: от багажа, нагроможденного вокруг инвалидной коляски в поезде, до тесных магазинов с людьми, не имеющими инвалидности. покупатели не смотрят, куда они идут. Во время одной из поездок по магазинам в напряженную субботу Кобб пишет, что ее «ударило по плечу множество сумочек».

Трудность доступа может даже означать пропуск социальной жизни. «Каждое социальное приглашение, как правило, требует позвонить или отправить электронное письмо в место встречи, чтобы узнать о доступности, — пишет Грант, — а затем обычно приходится объяснять хозяину, почему я не могу приехать».

Последняя крупная государственная проверка в 2014 году (самая крупная в своем роде) описала доступ для людей с ограниченными возможностями на центральных улицах Великобритании как «шокирующий». Исследование более 30 000 магазинов и ресторанов показало, что пятая часть магазинов не оборудована доступом для инвалидных колясок, только 15% ресторанов и магазинов имеют петли для слуха, а три четверти ресторанов не обслуживают людей с нарушениями зрения.

Шона Кобб, 19, Сент-Олбанс. Фотография: Фабио Де Паола / The Guardian

Комментируя поездку по магазинам в Лондоне, Кобб пишет: «На Ривер-Айленде я был шокирован, обнаружив, что у них нет раздевалки для инвалидов — я думал, они должны быть везде!» И когда недавно возле ее дома был построен новый Topshop, она обнаружила, что в нем есть лестничный пролет, но нет лифта. Кобб говорит мне, что она спросила ассистента, подумают ли они о том, чтобы вставить его, но ей ответили, что это «неудобно» для других людей. «Это было так:« Мы больше заботимся о наших трудоспособных клиентах, чем о вас.’”

То же самое и с транспортом: водители автобусов обычно отказывают инвалидам в посадке на борт, несмотря на их юридические обязательства, в то время как только около четверти станций лондонского метро доступны для инвалидных колясок. Грант обычно приходится пользоваться соседней станцией метро, ​​потому что ближайшая к ней недоступна, что вынуждает ее ехать на автобусе до метро за 15 минут, прежде чем «вернуться к себе».

В одной дневниковой записи Кобб ведет хронику путешествия на поезде из Лидса в Халл.Это первый раз, когда она садилась в поезд ночью одна: «Моя помощь не пришла, поэтому все бросились на поезд и заполнили места для инвалидных колясок, а я выслеживала охрану поезда», — пишет она. Никто не двинулся за нее, поэтому она на час втиснулась в угол возле туалета: «Это был не совсем безопасный способ для меня путешествовать, но у меня не было выбора».

Для Фаукса переполненность наших железнодорожных сетей ставит его в тяжелое положение во время ежедневных поездок по Уэст-Мидлендсу.Поскольку его церебральный паралич в значительной степени «невидим» («если бы вы не смотрели, вы бы не узнали, что я инвалид»), он беспокоится о том, чтобы попросить пассажиров сесть. «Мне пришлось бы попытаться объяснить свою инвалидность перед множеством людей в поезде, что было бы очень неудобно — даже если бы я забыл о тех случаях, когда я подвергался словесному и физическому насилию в прошлом», — пишет он.

Из-за инвалидности Фаукс может страдать бессонницей из-за боли. После одного особенно плохого ночного сна и другой поездки без сиденья на работу или обратно, он отмечает, что к концу дня «мне кажется, что мою левую ногу ударили кувалдой».По его словам, может помочь более широкое распространение таких значков, как «Транспорт для Лондона», «Пожалуйста, предложите мне место».

Путешествовать по стране немногим лучше для людей с ограниченными возможностями, не связанными с мобильностью. Гилдинг часто пользуется общественным транспортом, но описывает его как «кошмар» для таких, как он, с проблемами слуха. «Если вам нужно поговорить с кем-то на вокзалах, скажем, у вас есть эти большие кнопки помощи — звоните, если вам нужна помощь… Я ничего не слышу».

В своем дневнике Гилдинг, как и Фаукс, отмечает, как простые приспособления сделают его поездку на работу доступной: «Я снова и снова просил доски отправления, но безрезультатно», — пишет он.

Неспособность решить эти проблемы говорит о стойком, глубоко укоренившемся культурном отношении к инвалидности: инвалиды не совсем похожи на «нормальных людей». Убеждение, что инвалид-колясочник не хочет социальной жизни, например, позволяет не беспокоиться об обеспечении доступности транспортных сетей. Как пишет Грант после еще одного печального дня, самые основные потребности людей с ограниченными возможностями игнорируются, «чего бы не случилось, если бы они были нужны всем».

Craig Gilding, 28 Lincolnshire. Фото: Фабио Де Паола / The Guardian

Точно так же люди с ограниченными возможностями по-прежнему регулярно сталкиваются с негативной реакцией со стороны других членов общества — от покровительства до откровенной враждебности — просто за то, что они вышли на улицу.

Лангман из Брайтона говорит, что он часто сталкивается с уничижительными комментариями о том, как он ходит из-за болезни Паркинсона, и пишет о «взглядах и смехе после того, как я уйду» от незнакомцев. Некоторые даже имитируют его походку.

Но что касается злоупотреблений, то на него влияет доброжелательный предрассудок — благонамеренный, но в конечном итоге разрушительный. Лангман играет в крикет за местную команду и говорит, что оппоненты часто не знают, как реагировать на его состояние, поэтому может помочь либо чрезмерная компенсация, либо предположение о позитивном мировоззрении. «Кто-то спросил меня, каков прогноз болезни Паркинсона. Я сказал: «Это прогрессивно». Он сказал: «Что ж, будет, если ты так настроен». Я чуть не ударил его ».

Кобб, которая публикует в Интернете видео, снятые из ее инвалидной коляски, отмечает, что такая навязчивая перспектива означает, что инвалиды часто сталкиваются со странным явлением на улице: представители общественности постоянно спрашивают: «Почему вы такие?», Как будто они чувствуют, что инвалиды «должны» им объяснять свое медицинское образование.

В лучшем случае это может привести к причудливому пересечению границ, как если бы вы спросили совершенно незнакомого человека об их сексуальной истории (Гилдинг говорит, что он может быть в супермаркете, и другой покупатель укажет на его кохлеарный имплант и спросит его: « Что это у тебя на голове? »). В худшем случае это может вызвать неприятное ощущение, что окружающие следят за вашей инвалидностью и поведением, ожидая, когда вы ошибетесь.

В первый год у Кобб кресло с электроприводом, она боялась пошевелить ногами, потому что люди сочли это признаком того, что она «притворяется».В то время как в средствах массовой информации изображения людей с ограниченными возможностями носят преимущественно негативный характер, а количество сообщений о преступлениях на почве ненависти к инвалидам растет, Кобб говорит, что неоднократно замечала, как незнакомцы пялились на ее ноги: «В конце концов, я бы даже не скрестила ноги». Этот страх повлиял на нее до такой степени, что в течение многих лет она не подавала заявление на пособие по инвалидности, потому что усвоила идею о том, что она «недостаточно инвалид», чтобы «этого заслужить».

И Грант, и Лангман лишились пособия по инвалидности за последние три года (Грант вернула свое пособие по апелляции), а Кобб, у которого есть киста внизу позвоночника, что означает, что ей нужно кресло-каталку для облегчения боли — говорит мне, что ей дважды отказывали службы поддержки инвалидов-колясочников Национальной службы здравоохранения.Как и все большее число людей с ограниченными возможностями, ей пришлось начать краудфандинг, чтобы собрать 11 500 фунтов стерлингов, которые ей нужны для ее нового кресла. «Я уже на полпути», — говорит она.

Нина Грант, 31, Лондон. Фотография: Фабио де Паола / The Guardian

Между тем, без подходящей инвалидной коляски и с ограниченным количеством обезболивающих, Кобб живет с «двухчасовым лимитом» на отсутствие дома: после нескольких часов собеседования у нее есть вернуться в отель, чтобы лечь.

Отсутствие доступного жилья в Великобритании — еще одна ключевая проблема.Кобб живет со своими родителями в двухэтажном доме и может получить доступ к своей спальне, только «поднимаясь и спускаясь по лестнице на заднице». Точно так же Грант живет в недоступном жилье со своей семьей в Лондоне и в течение последнего года безуспешно искала доступную недвижимость: «Частные домовладельцы не хотят, чтобы вы вносили изменения [которые мне нужны для самостоятельной жизни], и совет нет доступного жилищного фонда », — говорит она. «Я буквально понятия не имею, куда я собираюсь пойти».

Пока мы разговариваем, Грант показывает, что она не упомянула обыск дома в своем дневнике, потому что она настолько разочарована, что даже просмотр веб-сайта Rightmove вызывает у нее беспокойство.

Принятие за последние 20 лет законодательства о равенстве (предоставление инвалидам права доступа к работе, транспорту и общественным местам) в сочетании с громкими событиями, такими как Паралимпийские игры 2012 года в Лондоне, возможно, создали впечатление, что Великобритания движется вперед. в обращении с инвалидами, но повседневная жизнь по-прежнему полна препятствий.

Грант резюмирует это: «Я думаю, нам нравится думать, что [как страна] мы добиваемся прогресса. Но на самом деле нас все равно отворачивают от автобусов.Нам по-прежнему негде жить ».

Некоторые решения этого неравенства требуют крупномасштабных изменений, часто связанных с государственной политикой — от требования, чтобы определенная часть новых домов была оборудована для инвалидных колясок, до более строгого соблюдения законодательства о равенстве в пабах и магазинах, которые не соответствуют требованиям. их законные требования к доступу.

Но в дневниках подчеркивается, что, казалось бы, незначительные меры могут быть столь же важны: например, владельцы магазинов обеспечивают, чтобы кнопки доступа к автоматическим дверям действительно работали; больше сброшенных бордюров на тротуарах; персонал магазина следит за тем, чтобы люди с ограниченными физическими возможностями не могли пользоваться доступной раздевалкой.

Наряду с практическими изменениями, требуется дальнейший культурный сдвиг: и Грант, и Гилдинг говорят, что более широкое освещение людей с ограниченными возможностями в средствах массовой информации и политике может в некоторой степени нормализовать инвалидность в обществе. Все авторы дневников подчеркивают прежде всего одно: трудоспособное население должно понимать, что инвалиды по-прежнему сталкиваются с неравенством в Британии каждый день.

Как Лангман пишет в Твиттере остальным дневникам по пути домой с интервью: «Если что-то улучшится в результате этого, мы выиграем.”

  • Если у вас есть опыт, связанный с этой статьей, которым вы хотели бы поделиться, напишите нам по адресу inequality.project @ theguardian.com
  • Следите за проектом «Неравенство» в Твиттере здесь

Мой день в инвалидной коляске

Следует отметить, что я никоим образом не инвалид — в частности, в отношении определения Закона об американцах с ограниченными возможностями ( ADA ) — это означает, что у меня нет условия, которое ограничивало бы любые мои движения, чувства или действия.В четверг, 23 июля 2015 г., Американский институт архитекторов в Далласе организовал день осведомленности и празднования того влияния, которое ADA оказал на искусственную среду и сообщество инвалидов, и меня попросили принять в нем участие, проведя весь свой день в инвалидное кресло.

Теперь, когда у меня есть что-то необычное (, причины, которые я объясню в конце этого поста ), я должен объяснить, что в тот день, когда я должен был провести в своем инвалидном кресле, я не сделал этого. т делать что-либо по-другому; мой распорядок дня был обычным распорядком, который у меня был бы в тот день при обычных обстоятельствах.Обычно я не езжу на автобусах и не курсирую по центру Далласа. Я хожу в офис, сижу за столом около 85% своего времени, и я трачу много времени, отвечая на вопросы. Итак, этот день должен был быть таким же, как и любой другой.

Но не совсем.

Это была инвалидная коляска, которую мне назначили… не очень спортивная. На самом деле, это была инвалидная коляска, которую я бы получил, если бы мне понадобилась инвалидная коляска только на короткий период времени, я полагаю… я действительно не знаю.Хотя я проектирую доступные пространства в соответствии с требованиями закона для наших коммерческих проектов, я признаю, что не очень разбираюсь в настоящих инвалидных колясках. Этот весил где-то от 40 до 50 фунтов, что казалось чрезвычайно тяжелым. Погружая его в машину сегодня утром, я не мог не задаться вопросом: «Как люди поменьше делают это?» Мало того, что он тяжелый, у него неудобная форма, И я не просто положил его в машину … он должен был там вааааааааай. Я езжу на Chevy Tahoe, и мне пришлось опустить половину второго ряда и весь третий ряд, чтобы он подошел.

На самом деле есть история, которой я хотел бы поделиться, но я не уверен, насколько хорошо я могу ее написать… для этого нужны визуальные эффекты, и я рассказываю ее намного лучше лично. Вот:

Когда я пришел в офис, я немного стеснялся того, что люди видят, как я выхожу из машины, прохожу сзади, вытаскиваю инвалидную коляску, а затем садюсь в нее, как будто я притворялся. То есть, я притворялся, но не хотел, чтобы меня судили за притворство.

У меня были с собой все мои вещи для «пойти в офис», которые включали следующее:

— холщовая сумка через плечо
— рулон рисунков 42 дюйма
— сумка с едой (тако на завтрак)
— большой напиток, который был в чашка из пенополистирола

Ничего страшного, правда? Обычно нет, но сегодня утром мне нужны были обе руки, чтобы катить инвалидную коляску, поэтому мне нужно было понять, как я собираюсь нести все это в режиме «громкой связи».

Я повесил наплечную сумку на ручки сзади — это было несложно. 42-дюймовый рулон рисунков, который я только что набил позади себя в стиле копья… Я «мог бы» раздавить их немного, но не беспокойтесь — это мои рисунки. Я сунул пакет с тако в рот и откусил. Мммфхфф. [Перевод — будет работать ]. Сложной частью была большая чашка из пенополистирола. Я посмотрел вверх-вниз, можно сюда воткнуть? Может, воткнуть туда? … .. Нет, ни одно из этих мест не работало.Было только одно место, куда я мог его положить…

моя промежность.

Поверьте, мне тоже не нравилось это делать, но это был один из тех обучающих моментов, которым я сегодня занимаюсь в этом кресле. Так что я воткнул эту мягкую чашку, полную жидкости, себе в промежность, и направился к несоответствующему пандусу, который поднимет меня с парковки на тротуар.

У меня достаточно сильные руки по сравнению с 30% населения мира… при условии, что 30% населения мира моложе двенадцати лет.Но это не должно было помешать мне очистить рампу. Когда я приблизился к рампе, я подумал, что мне нужно набрать скорость — так я и сделал — и примерно на полпути по рампе … я начал падать назад. Моя первая мысль, когда я падала навзничь, была « МОЙ НАПИТОК !!! », за которым через наносекунду следовало« перестань падать назад ».

Я смог остановить себя, но не раньше, чем моя наплечная сумка соскользнула с ручек (с моим компьютером), и примерно половина всего моего содержимого вылилось на парковку.Напиток сэкономили.

Это было не то начало, на которое я надеялся, когда начал свой день. Именно тогда я сказал свое первое (из того, что оказалось много) F-слово дня.

В начале каждого дня я измеряю вес 6 футов -1 дюйм и 200 фунтов… или, как я люблю называть это: «генетически превосходный». Не слишком большой, но, может быть, немного больше среднего. Угадай, что? Мои ноги не помещались под столом. Это коммерчески разработанная настольная система скамейки, соответствующая стандартам ADA.Кроме того, эта мерзкая корочка на моей ноге не имеет ничего общего с этим постом, но она действительно служила очень болезненным напоминанием каждый раз (около 100), когда моя нога ударялась о мой компьютер, который (ранее) удобно висел под моим столом.

Я также провожу много времени, прыгая от стола к столу, чтобы посмотреть на рисунки — что всегда немного неудобно, — но сегодня это было крайне непродуктивно. Я также не мог подойти очень близко к мониторам, и я не мог просто набросать что-то на рулоне трассировки, когда втиснулся, чтобы ответить на какой-то вопрос.

Я подумал, что приложу копию своего офиса в качестве напоминания для тех из вас, кто не видел его раньше. Думаю, было бы полезно посмотреть, насколько я удален в офисе. Смотрите №9? Это копировальный аппарат … он неудобен для моего стола. Как насчет №12? Да, это будет мужская туалетная комната — буквально как можно дальше от того места, где я сижу.

Так как я много рисую в офисе, я часто использую копировальный аппарат и сканирую их, чтобы отправлять клиентам по электронной почте.Вы когда-нибудь пробовали уравновесить несколько листов бумаги на коленях, а затем перейти с точки №1 на точку №9? Они имеют тенденцию падать с ваших колен.

Очень много.

Отстой.

Наклониться, чтобы уловить след, не так-то просто. Плюс в том, что у меня соотношение длины руки к размеру тела, как у орангутанга. Я ростом 6 футов-1 дюйм, но мои руки принадлежат мужчине, который ближе к 6-8 дюймам. [ Да, купить подходящие рубашки практически невозможно. ] Я обнаружил, что, хотя я мог довольно легко дотянуться до того, что мне нужно, на копировальном аппарате, угол, под которым я находился, делал чтение цифрового экрана на копировальном аппарате практически невозможным.

Но длинные руки пригодятся, когда нужно открыть дверь. Удивительно, но у меня не было особых трудностей в достижении этого.

, но теперь я думаю, что дверь в наш офис нужно перевернуть.

Следующая задача? Собираюсь пообедать. Опять же, длинные руки на помощь, но я остро осознаю, насколько у меня причудливо длинные руки, и в результате я остро осознаю, как трудно было бы пройти через очередь в кафетерий людям, которые не имеют физических размеров обезьяна.

Но у меня действительно был один из самых больших моментов дня, когда я «А-А». Когда я балансировал свой невероятно здоровый поднос с обедом на коленях, каждый раз, когда я перекатывался по стыку плитки, все тарелки на моем подносе подпрыгивали и опасно скользили близко к моей белой рубашке. Я мог бы сделать около 4 плиток, прежде чем мне пришлось бы остановиться, а затем сбросить все тарелки на моем подносе.

А затем накройте еще 4 плитки. Сброс настроек. Сброс настроек. Сброс настроек.

Когда я подошел (последним) к нашему столику, я подумал, где я, как пятый человек, собираюсь сесть? Конечно, у меня есть собственный стул, так что я могу просто сесть в конце стола, верно?

К черту… Я заставил всех забрать все свои обеды и пересесть за новый стол.#Itsgoodtobetheboss

Я не собираюсь тратить столько времени, сколько возможно, на проблемы использования туалетной комнаты. Я прошел через этот процесс и нашел его, кхм… сложным. Это определенно было поводом для развлечения в офисе, но я буду держать все в чистоте. Что я действительно испытал, так это проблемы, связанные с закрытием двери, когда я действительно был в туалетной комнате. Мне пришлось столкнуться с определенным способом перехода из инвалидной коляски в туалет с помощью поручней, но как закрыть дверь? Я обнаружил, что просовываю пальцы в косяк и закрываю дверь, используя свои невероятно мощные мышцы пальцев (выработанные годами рисования вручную).И каждый раз, когда я это делал, я задавался вопросом, не тогда ли я отрублю себе все пальцы.

Слышали ли вы когда-нибудь выражение — «In for a dime, in for a dollar»? По сути, это означает, что если вы делаете что-то, вы видите это обязательство полностью. Поэтому, несмотря на то, что меня просили оставаться в инвалидном кресле только в обычные рабочие часы, я решил провести весь свой день в этом инвалидном кресле, что означало посещение многолюдного благотворительного коктейльного приема, где я был единственным присутствующим взрослым, который был инвалидное кресло.

Я рад, что сделал — хотя мне пришлось объяснять большему количеству людей, чем я могу точно вспомнить, что я делал в инвалидной коляске. Нет, я не пострадал — все было хорошо … Я делал это для защиты интересов ADA. Моей целью было испытать что-то, а затем поделиться этим опытом с другими, и что может быть лучше для того, чтобы поделиться некоторыми из этих впечатлений, чем на благотворительном коктейльном приеме?

Одна из вещей, которая пришла из моего коктейльного приема — помимо того, что я не могла по-настоящему общаться с людьми, поскольку мое лицо было выше промежности со всеми на мероприятии — была больше связана с перемещением во время мероприятия.Никто не смотрел вниз, и на этом мероприятии было много людей. Я буквально все время проводил в поисках проезжих маршрутов между A и B. Моя обычная манера передвижения по переполненной комнате включает в себя вращение плечами и бедрами, чтобы пробиться сквозь толпу — движение сквозь толпу в инвалидном кресле было похоже на разрезание винограда молоток… тупая сила и без изящества и изящества.

Если вы ищете больше шуток или забавных ситуаций, вы можете оставить оставшуюся часть этого поста под залог.Я намеревался серьезно отнестись к этому опыту и посмотреть, как на меня повлияет обнаружение проблем в моих повседневных делах, которые обычно не отображаются на экране моего радара. Все было немного сложнее, все было значительно неудобнее, и все просматривалось с немного другой вертикальной высоты. Я знаю, что некоторые из проблем, с которыми я столкнулся, можно отнести к ошибкам новичков — вещи, которые, если бы у меня действительно было состояние, ограничивающее мою подвижность, либо практиковались бы достаточно раз, чтобы мне стало намного легче; или я мог бы представить, что кто-то действительно научит меня некоторым техникам ( i.е. лучший способ пересадки с инвалидной коляски в туалет ). В определенной степени я ожидал практически всех проблем, с которыми я столкнулся (и многих, многих других, которые я решил не описывать сегодня). К чему я не был готов, так это к горстке людей, которые на самом деле проводят свое время в инвалидной коляске, которые в основном кричали меня за то, что я не совсем понимаю настоящие проблемы, с которыми сталкивается кто-то в инвалидной коляске, поскольку я делал это только в течение одного дня.

Честно говоря, я не был готов к этому.Я знаю только 5 или 6 человек, которые «практикуют со стула», но все они обращались в тот или иной момент в течение дня и все чрезвычайно поддерживали эту часть адвокации. Горстка людей написала электронные письма (они не были абсолютно ненавистными), в которых говорилось, что мой один день в инвалидном кресле не имеет большого значения. Для большинства это было связано с долгосрочными эффектами или редкими, но вполне реальными проблемами, или с идеей о том, что поверхностные проблемы, которые я обнаружил, не затрагивают поверхность проблем, с которыми сталкиваются люди с ограниченными физическими возможностями, 1 из которых просто устраивается на работу.Знаете ли вы, что уровень безработицы среди тех, кто хочет работать, на 30% выше среди тех, кто в инвалидных колясках, чем среди тех, кто не в инвалидных колясках?

Адвокация — это хорошо на любом уровне. По определению, адвокация — это общественная поддержка или рекомендация определенного дела или политики, и я, проводя время в инвалидной коляске, отмечая 25-летие подписания Закона об американцах с ограниченными возможностями 26 июля 1990 года, было хорошим делом. как бы вы на это ни смотрели.Да, я едва прикоснулся к пониманию проблем, с которыми приходится сталкиваться людям с ограниченными физическими возможностями, но думать, что мне было бы лучше не проходить через это — даже в течение всего дня — просто смешно. Я настоятельно рекомендую всем, кто читает эту статью, уделить день тому же испытанию — все в выигрыше. Шаг в правильном направлении — это еще шаг, каким бы большим он ни был.

Cheers,

Театр «Читальный зал» — профиль победителя Насколько велик ваш цифровой след?

Еще лучшие материалы из жизни архитектора

Проблемы со здоровьем, с которыми мы сталкиваемся как инвалиды

Инвалиды-колясочники сталкиваются с особенно коварной угрозой здоровью: им приходится сидеть весь день.Недавние научные исследования продемонстрировали опасность чрезмерного сидения, в том числе рак, ожирение и сердечно-сосудистые заболевания. К счастью, люди, пользующиеся инвалидными колясками, могут бороться с такими опасностями с помощью диеты и физических упражнений.

Влияние длительного сидения на здоровье

Когда вы сидите более восьми часов каждый день, ваша кровь течет менее эффективно, и такая ситуация может лишить ваши клетки питательных веществ и кислорода. Проблема усугубляется тем, что мышцы не могут сжигать жир так быстро.Таким образом, жирные кислоты будут накапливаться по всему телу и могут мешать работе сердца. Неактивные мышцы также не реагируют эффективно на инсулин, из-за чего организм вырабатывает чрезмерное количество этого гормона. В результате увеличивается вероятность диабета.

Чрезмерное сидение также может вызвать атрофию мышц живота. Пресс человека полностью задействован, когда он стоит, но расслаблен, когда он сидит. Таким образом, чрезмерное сидение часто вызывает плохую осанку, состояние, которое может привести к боли в спине, боли в плечах и напряжении шеи.

Короче говоря, слишком много времени в сидячем положении может увеличить шансы человека на преждевременную смерть на 61 процент. По этой причине, если вы пользуетесь инвалидным креслом, вам жизненно важно ежедневно принимать меры, чтобы противодействовать всем этим негативным последствиям сидения.

Пищевая ценность для инвалидов-колясочников

Как и все, питание играет важную роль в здоровье инвалидов-колясочников. Помня об этом, избегайте сахара, насколько это возможно, и ешьте фрукты, овощи, орехи, нежирное мясо, запеченное или приготовленное на гриле, а также множество других натуральных продуктов с низким содержанием жира и высоким содержанием клетчатки.Кроме того, чтобы избежать обезвоживания, выпивайте не менее восьми стаканов воды каждый день.

В частности, постарайтесь употреблять много антиоксидантов. Антиоксиданты, примерами которых являются витамины C и E, представляют собой соединения, которые укрепляют вашу иммунную систему и защищают вас от вреда, наносимого свободными радикалами. Свободный радикал — это молекула, которая образуется как побочный продукт повседневной деятельности, такой как дыхание. Если их не остановить, свободные радикалы могут бродить по вашему телу и атаковать здоровые клетки, делая вас более уязвимыми для сердечных заболеваний и некоторых видов рака.

Вот краткий список продуктов, богатых антиоксидантами:

  • ягоды
  • фасоль черная и красная
  • слив
  • чернослив
  • орех пекан

Антиоксиданты мощные, они защищают клетки от повреждений, что защищает организм. Есть инструменты, с помощью которых вы можете проверить количество антиоксидантов в крови, Nu Skin предлагает сканер, а также Mona Vie. Важно измерить, как работает ваше тело.

Физические упражнения в инвалидной коляске

Упражнения в инвалидной коляске также имеют решающее значение. Взрослые инвалиды-колясочники в возрасте до 65 лет должны заниматься аэробикой не менее двух с половиной часов в неделю. Чтобы быть полезным, ваша аэробика должна заставлять ваше сердце биться быстрее и заставлять вас потеть. Например, каждое утро вы можете пересекать окрестности на большой скорости или пытаться ритмично двигать руками и грудью под запоминающуюся музыку. Уловка состоит в том, чтобы найти занятия, которые вам нравятся и которыми вы хотели бы заниматься.

В качестве альтернативы, ваши еженедельные аэробные упражнения могут проходить в форме организованных видов спорта. Если в вашем районе существует спортивная лига для инвалидов-колясочников, подумайте о том, чтобы присоединиться к ней. Подумайте, как весело было бы регулярно играть в теннис, баскетбол, регби или в другую игру. Более того, вы, вероятно, заведете новых друзей, пока занимаетесь этим. Если конкуренция вас не интересует, вы можете присоединиться к социальной группе, в которой вы и другие инвалиды-колясочники могли общаться во время плавания или прохождения кругов по беговой дорожке.

Наконец, в дополнение к вашим занятиям аэробикой, поднятие тяжестей по крайней мере два дня в неделю тонизирует ваши мышцы и позволяет обратить вспять некоторые неблагоприятные эффекты постоянного сидения.

Отдых тоже важен

Наконец, важен полноценный отдых. Недостаток подвижности в течение дня может привести к образованию болезненных мест, которые еще больше усугубляются неподвижностью во время сна. Таким образом, чередующиеся матрасы для снятия давления могут иметь большое значение для улучшения качества жизни за счет уменьшения пролежней и увеличения спокойного сна каждую ночь.

Медицинская кровать с регулируемой высотой также может помочь при проблемах с подвижностью и кровообращением, поднимая ноги на ночь так, как это не может сделать традиционный каркас кровати.

Обеспечение хорошего качества жизни в инвалидной коляске

Для всех, кто испытывает какие-либо проблемы с мобильностью, обычно доступен широкий спектр решений. Важно найти время, чтобы сделать правильный выбор и не торопиться с покупкой. Рассмотрите все доступные вам варианты и определите, какие из них больше подходят для удовлетворения ваших потребностей.Один из ваших первых вариантов будет заключаться в том, хотите ли вы скутер или полную инвалидную коляску. И то, и другое предоставит вам больший выбор для режима путешествий, когда вы выполняете свои повседневные задачи вдали от дома. У моего сына есть и то, и другое, и это оказалось очень полезным как дома, так и в гостях.

Для людей, страдающих какими-либо ограничениями или физическими недостатками, возросшая доступность вспомогательных средств для людей с ограниченными возможностями значительно улучшает качество жизни. Это старомодная идея для людей с ограниченными возможностями или физическими недостатками, живущих исключительно дома.Сегодня у людей с ограниченными возможностями так много возможностей, чтобы выжить с максимальной пользой.

Когда вы изучаете ассортимент оборудования для инвалидов, такого как инвалидная коляска, стоит потратить время на изучение всех различных моделей и функций, доступных сегодня. Любая модель будет иметь свои преимущества и недостатки, поэтому вам нужно решить, какая из них будет более выгодной для вашей индивидуальной ситуации. Инвалидные коляски, которые являются более крупными электрическими вариантами, часто более удобны и имеют улучшенную подвеску.Это значительно упрощает навигацию по ухабистой местности. Однако их немного сложнее перевозить в автомобиле, поскольку они не такие легкие, как другие модели. Важно отметить, что не все модели предлагают одинаковый уровень комфорта и устойчивости. Это то, что следует тщательно учитывать при принятии решения о покупке. Подумайте о том, что больше подходит для ваших личных обстоятельств: простота транспортировки или более плавная поездка по любой местности.

Фото любезно предоставлено Flickr Creative Commons

Некоторые люди в инвалидных колясках могут ходить

Похоже, что для многих здоровых людей становится шоком, когда человек с ограниченными возможностями поднимается из инвалидной коляски или электрической тележки, чтобы взять товар с высокой полки в продуктовом магазине или бочком садиться в автомобиль.Хотя сообщества, знакомые с ограниченными возможностями, часто более понимающие, редко бывает хорошей ситуацией, когда кто-то, кто не понимает, ставит под вопрос действие.

Некоторые инвалиды-колясочники могут ходить. Это должен знать каждый, но те из нас, у кого ограниченная подвижность, и которым периодически нужно пользоваться инвалидной коляской, часто сталкиваются с трудностями, когда мы берем на себя инициативу делать что-то самостоятельно. Вот краткое руководство, основанное на личном опыте, для решения этих сложных ситуаций.

Объяснение сложных вопросов

В идеальном мире пользователям всех мастей вспомогательных устройств не пришлось бы ничего объяснять.Люди не будут смотреть свысока на тех, у кого ограниченная подвижность, и не будут волноваться вокруг них. Мы все надеемся жить в этом мире, но пока нам часто приходится отвечать на вызовы и сложные вопросы о нашей инвалидности. Мы всегда можем просто отмахнуться и проигнорировать комментарии или вопросы, но это не решает сути проблемы. Закон об американцах с ограниченными возможностями (ADA) защищает от дискриминации на многих уровнях, но не от любопытства или даже презрения, которое может возникнуть.

Трудно дать совет по этой теме, потому что мы все становимся немного измученными после 30-го раза, когда объясняем что-то вроде «У меня травма, болезнь или заболевание, ограничивающее мою мобильность» — особенно если они ожидают, что мы извинимся за быть на пути или умолять, чтобы мы остались одни, чтобы делать покупки или стоять в очереди.Тем не менее, каждый человек, которого мы обучаем, — это на один вопрос меньше для кого-то другого.

Дети, которые делают язвительные комментарии, часто принимают уроки близко к сердцу, когда вы готовы найти время, чтобы объяснить им, что происходит. Взрослые могут занять оборонительную позицию, и часто лучше не обращать внимания на любые странные взгляды и пытаться только объяснить, отвечают ли они или иным образом занимаются. Вовлеченность включает в себя ехидные комментарии о том, что, по моему опыту, вы находитесь в инвалидном кресле только из-за своего веса. Другие могут так не думать.

Содействие конструктивному взаимодействию

Эти комментарии часто — самая сложная вещь, с которой мы сталкиваемся, помимо физических проблем, связанных с тем, что другие считают само собой разумеющимся. Они могут часами гулять по местному супермаркету, могут дотянуться до верхних полок, использовать лестницы или получить помощь без необходимости вставлять устройства между дисплеями, чтобы найти помощника. Им не нужно ползать по ступеням Капитолия, чтобы их голоса были услышаны на митингах. Когда вы узнаете, как указать на это, они также часто становятся намного менее язвительными и гораздо более внимательными.А если нет, то хотя бы попробовали.

По возможности отвечайте на подобные комментарии с улыбкой. Не бойтесь сказать: «Сегодня я могу встать и дотянуться до этой полки. Завтра я не могу. Я живу своей жизнью изо дня в день. Я ценю маленькие победы, которые могу одержать для себя. Спасибо за твою заботу.» Простая фраза и несколько секунд вашего времени могут изменить их точку зрения, и никто не должен молчать, когда они слышат, как другие говорят по прямому невежеству.

Повышение осведомленности

Люди с ограниченной подвижностью заслуживают таких же гражданских прав, как и все остальные. Некоторые из нас чувствуют, что можем быть послами для трудоспособных и помогать объяснять вещи, в которых они не имеют опыта, исходя из нашего опыта, подготовки или навыков. Другие предпочли бы просто остаться в покое, и это вполне разумный ответ. Многие из нас хотят просто жить своей жизнью, не обращая внимания на проблемы, с которыми мы сталкиваемся. Мы можем выбирать, как повысить осведомленность на наших собственных условиях.

Это может означать просто быть самим собой и быть видимым. Это может означать, что вы не должны вести себя робко или бояться, когда вам все-таки приходится вставать, чтобы что-то схватить или перемещаться между вспомогательными устройствами и транспортными средствами. Это может означать конфронтацию с людьми или просто сказать «спасибо за вашу заботу» и двигаться дальше. Мы способствуем повышению осведомленности, будучи частью нашего сообщества, но мы не полиция вежливости. Те, кто чувствует, что могут обучать, должны, а те, кто этого не делает, по-прежнему оказывают обществу услугу, просто будучи настолько активными и заметными, насколько это возможно.

Сообщения о проблемах

Иногда это выходит за рамки ехидных комментариев. Иногда люди действительно обижаются, настойчивы или хотят доказать для себя вашу инвалидность. К сожалению, преступления на почве ненависти случаются. В настоящее время более 40 штатов имеют законы, касающиеся преступлений на почве ненависти, и все они должны соответствовать требованиям ADA. Когда это происходит в общественных местах, мы обязаны сообщить об этом. Преступления на почве ненависти в отношении инвалидов вполне реальны. Компании и потребители должны делать все возможное, чтобы их предотвратить.

Доказать преступление на почве ненависти — непростая задача. Выступить за сообщество с ограниченной подвижностью сложно. Все мы должны продолжать добиваться равенства на работе, дома, а также когда мы выходим и общаемся с другими. Это не значит быть напористым; это просто означает делать то, что мы считаем правильным, и быть видимой и полезной частью общества. Уже одно это является серьезным испытанием, в котором каждый должен чувствовать себя победителем каждый день.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.