Книга создатели: Книга: «Создатели» — Эдуард Катлас. Купить книгу, читать рецензии | ISBN 978-5-9922-0968-6

Содержание

10 лучших книг об истории геймдизайна

Фото: «Бомбора»

РБК Тренды составили подборку книг о том, как видеоигры завоевывают мир и по каким принципам они создаются

Джесси Шелл, «Геймдизайн. Как создать игру, в которую будут играть все»

Основа книги — готовое руководство по видеоиграм от геймдизайнера и генерального директора Schell Games Джесси Шелла, которое он создал на базе своих лекций в Университете Карнеги-Меллон. Как практик Шелл подробно рассказывает, какие задачи входят в обязанности геймдизайнера и какая команда нужна для создания крутой игры. Только как понять, что игра действительно выстрелит? Шелл предлагает посмотреть на игру под другим углом, предлагая читателям около ста таких призм.

Джейн Макгонигал, «Реальность под вопросом. Почему игры делают нас лучше и как они могут изменить мир»

Книга предназначена для широкого круга читателей, которые интересуются играми или ищут новые способы решения жизненных проблем. Игры помогли автору книги Джейн Макгонигал восстановиться после тяжелой травмы головы и вернуться к работе геймдизайнера. После этого она решила написать книгу о том, как игры умеют мотивировать людей на поиск новых решений и как применить навык геймера в реальной жизни.

Конста Клеметти, Харро Гренберг, «Мастера геймдизайна: Как создавались Angry Birds, Max Payne и другие игры-бестселлеры»

Как много вы знаете о финском геймдизайне, создавшем вселенные Max Payne, Alan Wake и Angry Birds? Конста Клеметти и Харро Гренберг разбирают успех финских студий по созданию игр, которым удается конкурировать с мировыми корпорациями. В основе книги — десять интервью с финскими геймдизайнерами о закулисной жизни разработчиков игр.

Дэвид Кушнер, «Повелители DOOM. Как два парня создали культовый шутер и раскачали индустрию видеоигр»

В основе книги — история развития Id Software, основателей компании Джона Кармака и Джона Ромеро и их главного проекта — шутера DOOM. Кушнер рассказывает о трудностях, с которыми сталкивались «два Джона» в процессе работы над игрой, когда они были еще слишком малы для создания реальных видеоигр.

Джейсон Шрейер, «Кровь, пот и пиксели. Обратная сторона индустрии видеоигр»

Взяв в качестве примера десять историй о разработке наиболее популярных игр последнего десятилетия, Джейсон Шрейер создал сборник кейсов по антикризисному менеджменту в индустрии. Основа книги — проблемы, с которыми сталкивается команда разработки игр, и эксклюзивная информация о способах их решения. Плюсом книги является и то, что Шрейер не дает рекомендаций, предлагая читателю самому сделать вывод о том, насколько сложной является задача создать популярную игру.

Андрей Подшибякин, «Время игр! Отечественная игровая индустрия в лицах и мечтах: от Parkan до World of Tanks»

Историю постсоветских разработчиков масштабных видеоигр в своей книге рассказывает Андрей Подшибякин, креативный директор Xsolla и бывший главный редактор PC Gamer. Каждая глава посвящена отдельной игре, например World of Tanks и S.T.A.L.K.E.R., и строится на интервью с ее создателями. Часть книги посвящена играм, которые имели все шансы на успех, но так и не стали популярными.

Дэвид Шефф, «Game Over.

Как Nintendo завоевала мир»

Компания Nintendo насчитывает более чем вековую историю, но рынок видеоигр она изменила только в конце 1970-х годов, создав консоль Famicom/NES. Именно с ее помощью Nintendo навсегда изменила привычное времяпровождение для миллионов людей по всему миру. Дэвид Шефф рассказывает историю того, как это происходило, и как игровая консоль стала началом огромного рынка видеоигр.

Василий Сабиров, «Игра в цифры. Как аналитика позволяет видеоиграм жить лучше»

Книга — рассказ основателя аналитической платформы devtodev о роли игрового аналитика, способах измерить вовлеченность пользователя в игру и о других метриках, которые позволяют сделать игру лучше. В книге подробно разбираются основные инструменты и метрики, которые нужно собирать и анализировать для создания успешных проектов. Бонус: в своих объяснениях Сабиров использует конкретные примеры и эксперименты.

Терри Вульф, «Кодзима — гений. История разработчика, перевернувшего индустрию видеоигр»

Хидео Кодзиму — создателя игровой серии Metal Gear, экшна Death Stranding и других проектов — называют гением геймдизайна за то, как он изменил индустрию видеоигр. Каждый его проект вызывает волну обсуждений далеко за пределами сообщества поклонников видеоигр. Эта книга — честная история о том, как из любителя кино Кодзима превратился в икону современного геймдизайна.

Блейк Дж. Харрис, «Консольные войны. Sega, Nintendo и битва определившая целое поколение»

Война Sega и Nintendo за консольный рынок в 1990-е годы — сюжет пожестче, чем в любой видеоигре. Эта книга — подробная история развития этого рынка и борьбы за пользователей, основанная более чем на 200 интервью с бывшими сотрудниками Sega и Nintendo. Харрис увлекательно рассказывает историю того, как благодаря талантливому менеджеру небольшая и увядающая компания Sega смогла составить конкуренцию гиганту рынка Nintendo и вступить с ним в нешуточную борьбу.

12 книг, которые основатель Ecwid Руслан Фазлыев советует прочитать предпринимателям

Основатель Ecwid Руслан Фазлыев читает много книг и регулярно публикует рецензии на них в своем блоге. По просьбе Inc. Руслан выбрал книги, которые сделали его тем, кто он есть.

Руслан Фазлыев

основатель и CEO Ecwid, X-Cart

Каждая из этих книг – трансформационная, а вместе они создали Ecwid, X-Cart и 400 рабочих мест с ними, и сделали жизнь более чем миллиона малых бизнесов проще. Конечно, совсем не так важно, сколько книг вы прочитали. Важно сколько вы применяете в деле. А еще очень здорово писать для самого себя короткие заметки по книге, еще лучше – публиковать их, это позволяет создать мотивацию все лучше усвоить.

1. «Как привести дела в порядок: искусство продуктивности без стресса», Дэвид Аллен (Getting Things Done: The Art of Stress Free Productivity, David Allen)

Книга задаёт модель управления потоком своих задач. Вообще не знаю, как без неё жил.

Идея автора в том, что он разделяет набор неструктурированных обязательств, идей и задач, которые кидает в нас жизнь, и набор структурированных действий. Неопределённый набор обязательств вызывает стресс, потому что мы физически не в состоянии сделать все то, что «должны».

Рецепт прост: мы собираем всё неструктрированное в ящики «входящее» — как папка в вашем аккаунте электронной почты. Потом все задачи, которые поступают извне, — странное письмо из налоговой или сломавшийся пылесос — ты, не вовлекаясь, просто скидываешь мысленно в эту папку, чтобы вернуться к этому потом. Возникла интересная идея? Сразу записал — и двигаешься дальше. От тебя что-то хотят? Записал — и двигаешься дальше.

Вначале эти ящики надо заполнять с минимумом усилий, не позволяя новым событиям отвлекать вас от текущих задач. Потом, не реже раза в неделю и не чаще чем 2—3 раза в день, ящики вычищаются. Неструктурированное попадает в структурированное. По поводу каждого объекта решаешь — что я с этим делаю? Один раз решаешь. После чего конкретные все дела делятся на списки, среди которых есть важная категория «когда-нибудь/потом». Это позволяет заключить с собой чёткий контракт не только по тому, что СДЕЛАЕШЬ, но и по тому, чего НЕ СДЕЛАЕШЬ.

Важным компонентом системы является регулярный пересмотр списков задач. Тогда начинаешь верить системе, а когда веришь системе, мозг отпускает необходимость держать этот шум в голове и начинает правда верить системе, концентрируясь при этом на более важных вещах.

2. «Управляй как бог менеджмента. Инструменты выдающегося руководителя», Марк Хорстман (Effective Manager, Mark Horstman)

Книга, которую я не читал, но рекомендую. Почему? Потому что это выдержка потрясающих подкастов Manager Tools. Это полная операционная система для управления. Я следую ей с религиозным рвением. Лучше прочитать и внедрить эту книгу, чем пять лет учится на управленца.

Если не прочитаете книгу и не послушаете все подкасты, то советую хотя бы Manager Tool Basics, если не всю серию Basics, то хотя бы выпуски The Management Trinity, посвящённые встречам один на один, обратной связи, коучингу и делегированию.

3. «Никогда не ешьте в одиночку», Кейт Феррацци (Never Eat Alone (and Other Secrets to Success, One Relationship at a Time), Keith Ferrazzi)

Книга обучает любого интроверта быть хорошим нетворкером и получать от этого удовольствие. Если Getting Things Done из первого пункта трансформирует то, как вы работаете со своими задачами, а Effective Manager — с командой, то Never Eat Alone меняет структуру взаимодействия с людьми вне компании.

Она помогает строить отношения, полюбить это и понять, что отношения — это не счёт в банке, а мускул. Когда вы попросили кого-то об одолжении, у вас не убавился счёт, у вас окрепли отношения.



4. «Карта культурных различий. Как люди думают, руководят и добиваются целей в международной среде». Эрин Мейер (Culture Map: Breaking Through the Invisible Boundaries, Erin Meyer)

Работу с задачами и командой покрыли, работу с людьми вне компании — тоже, а Culture Map незаменима в работе с людьми из другой культуры. Если бы только я прочитал её на четыре года раньше…

Есть разные книги про разницу культур, но они созданы как неструктурированное собрание баек. Книга Эрин Мейер вводит понятие основных атрибутов, по которым культуры могут отличаться, например: дистанция власти, прямая или непрямая обратная связь, аргументация от принципов к конкретике или вначале конкретика, жёсткое или гибкое время. После чего располагает культуры по этим осям, и тогда можно очень легко ориентироваться, как корректировать общение с представителями другой культуры, учитывая свои и их особенности.

5, 6 «Эго — это враг», Райян Холидей, «Дневник стоика», Райян Холидей (Ego is the Enemy, Daily Stoic, Ryan Holiday)

Работа с командой и миром не будет получаться, если нет работы с собой. Ego is the Enemy важна тогда, когда у вас что-то начинает получаться. Потому что если зазнаетесь — падаете. Daily Stoic прививает каждодневную дисциплину.

Daily Stoic, пожалуй, важнее, потому что написана в формате ежедневных эссе, и если читать по одной в сутки — это напоминает о том, как оставаться на пути стоицизма. Я уже на третий круг пошёл, то есть, читаю одну и ту же книгу третий год.

7. «Принципы», Рэй Далио (Principles, Ray Dalio)

А теперь всё это вместе. Абсолютная операционная система жизни, от создателя одного из самых успешных хедж фондов. Не знаю более насыщенной и полезной на страницу контента книги.

Например, все знают, что советоваться с людьми важно. Но именно Рэй Далио четко и структурированно, как компьютерную программу, описывает, как именно это делать: собрать трёх людей, которым можно доверять в этой сфере, у которых наверняка разное мнение и которые готовы не соглашаться открыто.

Что значит «можно доверять»? Человек компетентен в вопросе, если достигал его решения более двух раз (а значит, это не было случайностью), а также может четко описать причинно-следственные связи в том, как этого достигать.

8. «От хорошего к великому. Почему одни компании совершают прорыв, а другие нет», Джим Коллинз (Good to Great: Why Some Companies Make the Leap and Others Don’t, Jim Collins)

Стоит прочитать хотя бы для полного осознания принципа «сначала — кто, потом — что». Я вроде привык, что эта книга — такая база, на которую ссылаются многие другие бизнес-книги по лидерству. Прочитал её в первые же годы своей бизнес-активности, но лишь недавно узнал, что в то время она только-только вышла. То есть, получается, я внедрял все рекомендации из этой «библии предпринимателя» на годы раньше многих компаний.

9. «Бизнес в стиле фанк навсегда. Капитализм в удовольствие», Йонас Риддерстрале, Кьелл Нордстрем (Funky Business: Talent Makes Capital Dance, Jonas Ridderstrale, Kjell Nordstorm)

Эта книга окончательно убедила меня, что не стоит вырастать из того, чтобы быть развесёлой бандой друзей, и превращаться в компанию серьёзных дяденек. Не нужно бояться отличаться, быть скучным — больший риск, чем показаться глупым.

10. «Воля и видение. Как те, кто приходит позже остальных, в итоге заправляют рынками», Джерард Теллис, Питер Голдер (Will and Vision: How Latecomers Grow to Dominate Markets, Gerard Tellis, Peter N. Golder)

Книга вдохновила меня на создание «Эквид». Сейчас это раритет, кажется, найти её можно только на eBay. Я всегда стремился сделать первый в мире продукт, раньше других что-то придумать и изобрести. Книга ставит под сомнение гипотезу, что первый на рынке выигрывает этот рынок, и переопределяет смысл слова «первый». Кроме того, авторы идентифицируют и перечисляют атрибуты, необходимые для долговременного успеха продуктов.

11. «Преодоление пропасти. Как вывести технологический продукт на массовый рынок», Джеффри Мур (Crossing the Chasm: Marketing and Selling High-Tech Products, Geoffrey Moore)

С тем, чтобы прочитать эту книгу, я опоздал лет на 15. Если бы знал всё это в 25, стал бы миллиардером раньше «тридцатника». Без этого знания большинство стартапов остановятся на выручке в единицы миллионов долларов и не поймут, почему то, что так отлично работало, вдруг не растёт дальше.

А секрет в том, что потребители, которые покупают только что вышедший на рынок товар, и потребители массового рынка — это разные потребители, и покупают они по-разному. Поэтому то, что работало прекрасно с первых дней, вдруг перестаёт работать, как только вы продали всем «пионерам», но задолго до того, как вы реально захватили рынок. Эта же книга форсирует концентрацию в рыночных кластерах достаточно узких, чтобы одни ваши потребители могли рекомендовать вас другим. Это позволяет сегмент за сегментом сделать себе имя.

Наконец, она дает формулу позиционирования компании: «Как и <большой заметный конкурент лидер рынка>, мы <делаем вот это>. В отличие от <того самого конкурента>, мы <уникальное преимущество для вашей ниши>». Как только перешёл на такое позиционирование, произошла настоящая революция. Книга объясняет почему.

12. «Высокие ставки и никаких пленных. Рассказ победителя о жадности и славе в интернет-войнах», Чарльз Фергюсон (High Stakes, No Prisioners: A Winner’s Tale of Greed and Glory in the Internet Wars, Charles Ferguson)

Книгу нашёл только подержанную, но её настоятельно рекомендовал мой ментор, Сергей Белоусов, и как он был прав! Об интернет-компания есть много историй, как заработать миллиард, но у всех этих историй есть обратная сторона. Победитель забирает всё. Книга повышает чувство срочности, понимание работы со стратегами, разбивает розовые очки, через которые стартаперы иногда смотрят на инвесторов, и в целом является отличным описанием жизни одного стартапа от начала до продажи. Тем, кто застал интернет-индустрию 90-х, обеспечено ещё и море ностальгии.

Книга завершается продажей компании, а я ей завершу свой список литературы.



Электронные книги будущего. Восемь романов, выходящих за рамки традиционной литературы

«Электронные книги — это тупо». Так сказал исполнительный директор издательства Hachette Арно Нурри в интервью индийскому порталу пару лет назад. «Они точно такие же, как печатные, — только электронные. В них нет креативности, качественных улучшений, никакого реального цифрового опыта». Действительно, большая часть электронных книг ничем не отличается от бумажных версий, разве что у читателя есть возможность изменить размер шрифта и сохранить цитаты. Но параллельно с таким традиционным подходом существуют и альтернативные, экспериментальные проекты — цифровая литература. 

По классическому определению основателей «Организации электронной литературы» (ELO), цифровой литературой называется «произведение с важными литературными аспектами, которое использует возможности и контексты, предоставляемые компьютерами». То есть для нее действует только один критерий: присутствие литературной ценности (что бы это ни значило). Часто такие романы — это не адаптация уже существующих книг, а истории, написанные специально для мобильных устройств.

© Daniel Myjones/Shutterstock/FOTODOM

Пожалуй, самый привычный прием цифровой литературы — интерактивные книги, где читатель имеет возможность влиять на развитие сюжета. Интерактивные приемы широко обсуждали после выхода на Netflix «Брандашмыга» — спецэпизода сериала «Черное зеркало»: в нем зритель принимал решения за героя. Хотя сами истории с множественными вариантами развития сюжета появились, конечно, гораздо раньше. При словах «интерактивный роман» поколение 90-х вспомнит популярную детскую серию «Выбери себе приключение», а поклонники постмодернистской литературы свяжут это понятие с «Хазарским словарем» Милорада Павича или «62. Модель для сборки» Хулио Кортасара — книгами с нелинейным нарративом, где читатель вынужден самостоятельно выбирать порядок глав.

Но цифровая литература — это больше, чем дерево сюжетов и возможность из них выбирать. Это гибридный жанр, где автор может использовать любые инструменты: визуальные, игровые, тактильные. Такие проекты требуют гораздо больше ресурсов, чем обычные книги, а потенциальная аудитория, похоже, не дотягивает до фанбазы того же Гарри Поттера

Поэтому интересных экспериментов в этой области совсем мало. Но все-таки они есть. Я собираюсь рассказать о восьми таких электронных книгах будущего, расширяющих наше представление о литературе.

Написание цифрового романа требует очень специальных умений — нужно думать и как рассказчик, и как дизайнер, и как программист, понимать архитектуру будущего проекта целиком. Популярные писатели, такие как Стивен Кинг или Нил Гейман, практически не заходят на эту территорию. Поэтому в индустрии есть свои звезды, и канадская писательница, профессор креативного письма и цифровых медиа Кейт Пуллингер — одна из них. Действие ее мистической повести «Дыхание» (Breathe) происходит в вашей комнате. Главная героиня Фло рассказывает о голосах, которые преследуют ее по ночам после смерти матери. 

На эту тему

История развивается линейно, в ней нет игровых механик, зато много визуальных деталей. На некоторых страницах нужно повернуть телефон или потереть экран, чтобы увидеть дополнительный текст — те самые голоса в темноте.

Сайт Breathe просит доступ к камере, затем к локации и подстраивается под читателя: вводит в текст реальные время, погоду и места — названия ближайших улиц и заведений. Например, в моей персонализированной истории появляются строчки про московскую кофейню «Новатор». В такие моменты становится неуютно: привидения из повести уже как бы знают, где я нахожусь, кому еще сайт передаст мои личные данные? Но надо отметить, что Breathe — одна из книг проекта Editions at Play, принадлежащего Google, а этой компании и раньше было про вас все известно.

Pry

iOS

Попытка визуализировать поток сознания ветерана войны в Персидском заливе. Главный герой Джеймс страдает от посттравматического стрессового расстройства и постепенно теряет зрение. Pry — длинная новелла, видеоматериала хватило бы на небольшой фильм, но каркасом всего приложения является текст, и читать здесь нужно буквально между строк.

Представьте: вы зумите абзац, как будто увеличиваете масштаб, но при этом строчки раздвигаются, освобождая пространство для новых слов и подробностей. Так читатель все глубже погружается в подсознательное ненадежного рассказчика, его воспоминания и тайные страхи

Лос-анджелесская студия Tender Claws занимается разработкой интерактивного контента, будь то инсталляции, иммерсивный театр или AR-версия тамагочи. Но Pry был их первым проектом. Создатели рассказывают, что придумали его в лесной хижине, где почти не было электричества и не работал интернет. Там они решили, что технологии будут влиять на их истории в той же степени, что история — на итоговый код. Возможно, это и есть секрет успеха Pry: спустя шесть лет игра совсем не устарела и все еще выглядит если не прорывной, то современной.

Arcadia

iOS

1960-е годы, Оксфорд: профессор Генри Литтен работает над фэнтези-романом в духе Толкиена и Льюиса. Однажды живущая по соседству девочка находит в подвале портал в эту придуманную вселенную Предмир (Anterworld) — таинственное альтернативное Средиземье. Она проникает внутрь, рискуя нарушить баланс мироздания. Тем временем в далеком 2222 году молодая исследовательница решает использовать машину времени, чтобы отправиться в XX век и предотвратить катастрофу. Хотя в романе Йена Пирса есть множество сюжетных линий, все они начинаются и заканчиваются в одной точке. Это и стало визуальным каркасом приложения Arcadia.

«Аркадия» британского писателя и историка искусств Йена Пирса вышла и как печатная книга, и как приложение — но вторая версия более полная, кроме того, ее банально проще читать. В интерактивном варианте есть десять переплетающихся тропок, в каждой из них рассказчиком выступает один из героев книги: профессор, женщина-ученый из будущего, девочка, перешагнувшая границу между мирами. Каждый сюжет состоит из небольших глав — полностью текстовых. Так что «Аркадию» можно назвать почти традиционным романом, в котором навигация помогает читателю ориентироваться в общей архитектуре книги, а писателю — создавать настолько сложные нарративы, насколько ему захочется.

Greyout

iOS

Алэйн просыпается в больнице, у нее болит голова и спутана речь. Доктор говорит, что девушка попала в аварию, — но она об этом не помнит. День за днем врачи, медсестры и лаборанты приходят в палату и задают ей вопросы. Задача игрока — собрать из облака слов правильные ответы.

Приложение Grayout дает читателю возможность соприкоснуться с опытом человека, переживающего афазию, то есть нарушение речи. Все предлагаемые слова связаны с ощущениями героини, они как бы крутятся у нее на языке, но только одна комбинация окажется верной и позволит продолжить геймплей

Grayout является приквелом другой игры студии Mrgan LLC — новеллы Blackbar: там читатель расшифровывает сообщения, подвергшиеся цензуре в зловещем «Департаменте коммуникаций». Действие обеих историй происходит в одном полицейском государстве, вдохновленном тоталитарными режимами XX века. И, по словам одного из создателей Невена Эморгана, обе игры — «симуляторы фрустрации», они ставят игрока в положение человека с ограниченными возможностями, тем самым позволяя увидеть привычные вещи под новым углом.

AI Dungeon

iOS | Google Play

Если бы мне предложили оставить только одну книгу в жанре «Выбери себе приключение», то это была бы AI Dungeon — текстовый квест, который вы с искусственным интеллектом придумываете в реальном времени. При запуске приложения можно задать жанр (например постапокалипсис, детектив или киберпанк), а затем главного героя: рыцаря, волшебника, шпиона или любого другого персонажа, — так нейросеть генерирует завязку. Дальше игрок придумывает, что говорит или делает герой, а генератор текста подстраивается под любые идеи.

На эту тему

История зайдет как угодно далеко: вы можете отправиться в подземелье сражаться с драконами, подружиться с розовыми пони в карамельных облаках, встретить зомби в ночной IKEA или занять пост президента России. Но стоит учесть, что создатель Ник Уолтон обучал нейросеть на классических интерактивных Choose-Your-Own-Adventure-романах, так что лучше всего игра будет работать с сюжетами о рыцарях, волшебниках и сокровищах.

Наполовину травелог, наполовину мистическая новелла Entrances & Exits («Входы и выходы») — еще один проект Editions by Play. Рассказчик — молодой житель Лондона, раздавленный недавним расставанием. Однажды он случайно находит ключ в книжном магазине и вскоре узнает, что тот открывает любые двери. Есть только один нюанс: нельзя заранее выяснить, где окажешься, переступив порог. Так начинается путешествие героя по самым удаленным точкам планеты: из английского городка Бат в Буэнос-Айрес, а оттуда — в Краснодарский край.

В повести Рейфа Ларсена привычные текстовые главы чередуются с прогулками по городам через Google Street View. Читатель ходит по тем же улицам, что герой, и ищет новые двери, чтобы узнать продолжение истории. Механика срабатывает за счет простой рифмы: у рассказчика есть волшебный ключ, чтобы путешествовать по планете, а у пользователя — сервис с панорамами, который тоже позволяет за десять минут побывать на Красной площади, Таймс-сквер и вершине Эвереста.

Вагон-вагон

iOS | Google Play

Очаровательный небольшой квест, разработанный российской студией Provodnik Games, визуально напоминает советские портативные консоли «Электроники». Действие происходит в будущем, в вагоне поезда двое незнакомцев общаются, шутят, делятся впечатлениями от поездки. Смогут ли они признаться, что симпатичны друг другу, или расстанутся утром навсегда?

The Silent History

iOS

В начале 2010-х годов человечество переживает тяжелое испытание: в разных уголках планеты рождаются дети, неспособные разговаривать и вообще издавать какие-либо звуки. Таких мальчиков и девочек становится все больше, целые сообщества постепенно погружаются в тишину. Роман The Silent History состоит из десятков свидетельств родителей, политиков, священников и других персонажей, чья жизнь круто изменилась с началом эпидемии.

‘ YouTube / TheSilentHistory’

The Silent History — это своеобразная «сказка с подробностями»: каждая новая история дополняет предыдущую и расширяет вселенную игры. Все свидетельства позже вышли как 500-страничная печатная книга. Но эти тексты не были самоцелью.

Как рассказывает соавтор игры Эли Хоровитц, центральный элемент приложения — дополнительные site-specific эпизоды, доступ к которым можно получить, только находясь в конкретной реальной локации. Точки разбросаны по карте: от Манхэттена до Антарктики, — посетить их все практически невозможно

Плюс: пользователи имеют возможность самостоятельно писать свидетельства и предлагать создателям добавить их на карту. В итоге The Silent History создает пространство для бесконечного повествования и при этом остается в хорошем смысле традиционной научной фантастикой о взрослении и неуловимой коммуникации между людьми.

Мы так сильно любим печатные книги, что даже в электронных ридерах хотим перелистывать страницы. Физический носитель прошел испытание временем и, скорее всего, никогда не умрет. Пожалуй, наиболее эффективный способ думать про новое поколение электронных книг — как про новое медиа, в котором традиционный детектив может перемешаться с анимацией, дополненной реальностью или соцсетями. Все это — инструменты для создания историй, которые раньше невозможно было рассказать. 

Вышла первая датированная печатная книга Руси

До начала книгопечатания книга на Руси была дорогой вещью. Относительно полные собрания рукописных книг имели только кафедральные соборы, крупнейшие монастыри и царские библиотеки. Несмотря на изобретение книгопечатания ещё в середине XV в., первые русские печатные книги появились лишь спустя столетие благодаря основанию в Москве в 1553 г. Государева печатного двора. До начала реформ патриарха Никона в 1650-1660-х гг. эта типография выпустила около 250 тыс. книг.

Сначала русские издания выходили без указания даты выпуска. Первая датированная печатная книга появилась на Руси лишь в 1564 г. 19 апреля 1563 г. Иван Фёдоров вместе со своим учеником и помощником Петром Тимофеевичем Мстиславцем, с благословения митрополита Макария, начали печатать «Апостол». И по свидетельству самих печатников, окончена работа была «…в год 7070 второй марта в 1-й день [1 марта 1564 г.] при архиепископе Афанасии, митрополите всея Руси…». Все выходные данные книги и история ее выпуска были размещены авторами в послесловии «Апостола».

Текст книги изложен систематично, в начале каждого раздела даны оглавления подразделов и краткое их содержание. Язык освобождён от архаизмов, неславянских выражений и оборотов. Иваном Федоровым были сделаны богатые заставки для каждого раздела, красочные виньетки в верхней части страниц, буквицы-инициалы в начале абзацев. Книга снабжена большой фронтисписной гравюрой с изображением евангелиста Луки. Это первая в истории русского искусства гравюра, композиционным центром которой является фигура человека.

Сразу после издания «Апостола» начались гонения на печатников со стороны переписчиков книг, справедливо опасавшихся конкуренции. После поджога, уничтожившего их мастерскую, Фёдоров и Мстиславец вынуждены были бежать в Великое княжество Литовское, где продолжили своё дело в типографии, основанной в имении гетмана Ходкевича.

Лит.: Апостол 1564 года [Электронный ресурс] // Книжные памятники Русского Севера. Б. д. URL: http://virtmuseum.aonb.ru/z5/z5_ap64.html; Бахтиаров А. А. История книги на Руси. СПб., 1890; Апостол. М., 1564; То же [Электронный ресурс]. URL: http://www.spsl.nsc.ru/rbook/Издания%20Ивана%20Федорова/Апостол-московское%20издание/index.html; Немировский Е. Л. Иван Федоров (Москвитин) // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 2 (вторая половина XIV-XVI в.). Ч. 2. Л., 1989; У истоков русского книгопечатания. М., 1959.

См. также в Президентской библиотеке:

Денисов Л. И. Первопечатники Иоганн Гутенберг и Иван Фёдоров. М., 1908;

Емельянова Е. А. 450-летие начала книгопечатания в России : [видеолекция]. СПб., 2014. 30 мин. 43 с.;

Иван Фёдоров, первопечатник: [сборник]. М.; Л., 1935;

Петрушевич А. С. Иван Фёдоров русский первопечатник. Львов, 1883;

Савельев А. А. Издания Ивана Федорова в собрании научной библиотеки СПбГУ : [видеолекция]. СПб., 2014. 57 мин. 58 с.;

Сиренов А. В. Рукописная и печатная книга в России XVI-XVII вв. : [видеолекция]. СПб., 2014. 48 мин. 04 с.

Книга «Апостол» — первая печатная книга 1564. Факты об «Апостоле» и его издателях.

В марте 1564 года вышла первая печатная датированная книга — «Апостол». С нее началась история книгопечатания в России. Вспоминаем интересные факты об «Апостоле» и его издателях.

Книги «От руки»

Иван III Васильевич. Портрет из «Царского титулярника». XVII век.

Титульная страница рукописи «Стоглава» из Главного собрания библиотеки Троице-Сергиевой лавры.

Первопечатник Иван Федоров. Иван Томашевич. 1904 г.

Книгопечатанию в России предшествовала эра рукописных книг. Переписывали их в монастырях, и при этом не обходилось без «человеческого фактора». Чтобы в книгах не появлялись ошибки и отступления от церковных норм, правила работы «списателей» священных текстов опубликовали в Стоглаве 1551 года. Сборник также содержал церковные правила и наставления, древнерусские нормы права и нравственности.

«Благоверный царь и великий князь Иван Васильевич всея Руси повелел святые книги на торгах покупать и в святые церкви вкладывать. Но среди них мало нашлось пригодных — все оказались испорчены переписчиками, невежественными и несведущими в науках. Тогда он начал размышлять, как бы наладить печатание книг, чтобы впредь святые книги издавались в исправленном виде».

Первая типография на Руси

Приступить к решению проблемы в масштабах страны помог прогресс. Столетием ранее был изобретен печатный станок, позже он появился и в России. В середине ХVI века на Руси были изданы несколько «анонимных» — без указания издателя — книг религиозного содержания. Это были три Евангелия, две Псалтыри и Триодь. В 1553 году государь Иван Грозный повелел на средства царской казны построить Печатный двор — неподалеку от Кремля, на Никольской улице. Из зданий первой типографии сохранилось самое старое — «правильня» или корректорская.

По приказу государеву «изыскать мастерство печатных книг» за дело взялся дьякон Кремлевского храма Николы Гостунского Иван Федоров. Федоров был широко образован: он знал греческий и латынь, умел переплетать книги и занимался литейным делом.

Почему именно «Апостол»

Памятник Ивану Федорову, Москва. Фотография: artpoisk.info

«Апостол», 1564 г. Обложка книги. Фотография: mefodiya.ru

Место бывшего печатного двора, Москва. Фотография: mefodiya.ru

Для печати первого издания взяли «Деяния и послания апостолов», написанные евангелистом Лукой, — часть Нового Завета. Книгу использовали на богослужениях, при подготовке священников и для обучения грамоте в церковно-приходских школах.

Печать столь серьезной книги требовала тщательной подготовки. Для нового начинания Ивану Федорову понадобились помощники — среди них был Петр Мстиславец, которого также считают одним из первых книгопечатников на Руси. Сначала все учились набирать текст и печатать его. Федоров с помощниками делали формы для каждой буквы, отливали все новые и новые свинцовые литеры разных шрифтов и вырезали деревянные орнаменты для украшения глав. За процессом подготовки следил лично государь.

Особенно старательно Иван Федоров и митрополит Макарий отбирали первоисточник — варианты рукописных «Апостолов» присылали из монастырей. При Печатном дворе открыли «справную палату», где готовили образец для печати. Проработки требовал и сам текст книги.

Читайте также:

«Надо сказать, что Иван Федоров «облегчил» книгу, устранив из нее многие служебные материалы, не входившие в канонический текст, но по традиции помещавшиеся в рукописных Апостолах. Это всевозможные предисловия, толкования и пр.».

От царского повеления запустить печатный станок до самой печати прошло почти десять лет. Лишь в апреле 1563 года мастера принялись изготавливать саму книгу.

Работа над книгой

Фрагмент книги «Апостол». 1564 г.

Фрагмент книги «Апостол». 1564 г.

Фрагмент книги «Апостол». 1564 г.

Печатали первую книгу почти год. За образец шрифта в итоге был взят «рукописный полуустав» ХVI века — некрупные округлые буквы с небольшим наклоном вправо. В таком стиле обычно переписывали церковные книги. Чтобы печатную книгу было удобнее читать, мастера кропотливо выравнивали строки и пробелы между словами. Для печати использовали проклеенную французскую бумагу — тонкую и прочную. Иван Федоров сам гравировал и сам набирал текст.

В 1564 году вышла первая русская печатная датированная книга. В ней было 534 страницы, на каждой — 25 строк. Тираж по тем временам был внушительным — около двух тысяч экземпляров. До наших дней в музеях и библиотеках сохранилось около 60 книг.

Произведение полиграфического искусства ХVI века

Фронтиспис и заглавная страница «Апостола». 1564 г. Экземпляр из Государственной публичной научно-технической библиотеки Сибирского отделения Российской академии наук.

Фрагмент книги «Апостол». 1564 г. Экземпляр из Государственной публичной научно-технической библиотеки Сибирского отделения Российской академии наук.

«Апостол» декорировали в стиле древнерусских рукописных книг. Деревянный переплет обтянули сафьяном с золотым тиснением и латунными застежками. Внутри «Апостол» был «с картинками»: книгу украшали 48 рисунков из причудливо переплетенных трав с плодами и шишками. Начало главы печатник выделял орнаментом, а буквицы и вставки еще и красным — киноварью. Краски оказались столь высокого качества, что не выцвели даже спустя столетия.

При столь традиционном оформлении в «Апостоле» появился и новый элемент декора: гравированный фронтиспис — рисунок, размещенный на одном развороте с титульным листом. На нем изображена фигура евангелиста Луки в арке на двух колоннах.

«В прошлом году ввели они у себя печатание… и я сам видел, с какой ловкостью уже печатались книги в Москве», — отметил работу московских печатников в 1564 году итальянский аристократ Рафаэль Барберини, побывавший в те годы в России.

Годы подготовки и скрупулезная работа над книгой себя оправдали: исследователи не обнаружили в книге ни одной ошибки или опечатки.

Послесловие к «Апостолу»

Неизвестный русский иконописец. Митрополит Макарий. Ок. 1917 г.

Памятник Петру Мстиславцу, Мстиславль, Беларусь. Фотография: neizvestny-geniy.ru

Иллюстрация к книге «Апостол». Гравированный фронтиспис, Евангелист Лука в арке на двух колоннах.

«Возлюбленный и чтимый русский народ, если труды мои окажутся достойными вашей милости, примите их с любовью», — обращался Иван Федоров к читателям в послесловии своей книги.

Послесловие к книге «Апостол» стало первой светской печатной публикацией. В нем сообщалось, где, когда и кем напечатана книга. Там были указан заказчик — Иван IV — и издатели: Иван Федоров и Петр Мстиславец, а также митрополит Макарий, который дал свое благословение на печать церковной книги.

Автор послесловия рассказывал о великом церковном строительстве «по всем градом» Московской Руси, особенно «в новопросвещенном месте во граде Казани и в пределах его», и потребности в печатных церковных книгах, не искаженных переписчиками: «все растлени от преписующих ненаученых сущих и неискусных в разуме».

Другие книги Ивана Федорова

Спустя год после выхода «Апостола» Иван Федоров издал сборник молитв под названием «Часовник». Книга вышла двумя «заводами», то есть изданиями. На работу первопечатник потратил около трех месяцев, после чего уехал из Москвы во Львов.

«…Не пристало мне ни пахотою, ни сеянием семян сокращать время моей жизни, потому что вместо плуга я владею искусством орудий ручного дела, а вместо хлеба должен рассевать семена духовные во Вселенной и всем по чину раздавать духовную эту пищу…»

Позже он издал еще один вариант «Апостола» и первый русский учебник — «Азбуку», следуя своему жизненному принципу — «рассевать семена духовные». Еще одну книгу Иван Федоров выпустил в типографии города Острога в 1581 году — Острожскую Библию.

книга — национальный конкурс книжного дизайна и фестиваль книжного дизайна

принимаем издания на конкурс до 21 апреля 2021 года

о конкурсе: Национальный конкурс дизайна книги «Жар-книга» — основное мероприятие одноименного фестиваля.

Цель конкурса— определить тенденции эволюции книжной формы, сформулировать отличительные признаки современной печатной книги, определить критерии оценки дизайна печатной книги.

шорт-лист и список лауреатов формируются по результатам тайного голосования членов экспертного совета

Подведение результатов конкурса, награждение книг-лауреатов и выставка книг, вошедших в шорт-лист конкурса, состоятся в конце мая 2021 года.

Номинация А — «Изданное» (регламент): в этой номинации на конкурс принимаются изданные в РФ тиражные печатные книги (без ограничения по времени издания) на любом языке, а также тиражные печатные книги изданные за пределами РФ, созданные российскими дизайнерами.

Прим.: В конкурсе не могут участвовать адаптации зарубежных изданий, чьё художественное оформление не имеет принципиальных отличий от художественного оформления первоисточника. Также на конкурс не принимаются и не рассматриваются издания, чьё содержание противоречит действующим законам РФ.

Издание может быть подано на конкурс любым лицом или организацией, имеющими отношение к выпуску книги: автором, издательством, типографией или дизайнером. Количество изданий, поданных на конкурс от одного лица/организации не ограничивается.

Каждое издание подается на конкурс в двух экземплярах (второй экземпляр передается в фонды Российской государственной библиотеки). Для книг-лауреатов конкурса в номинации «Изданное» необходимо представить третий экземпляр издания для участия в международном конкурсе «Schönsten Bücher aus aller Welt / Best Book Design from all over the World» («Красивейшая книга мира»), проводимом в Германии, после чего передаются в собрание Германского музея книги и письменности (Deutschen Buch- und Schriftmuseum) в Лейпциге.

Номинация Б — «Макет» (регламент): в этой номинации на конкурс принимаются проекты тиражных книг, не имеющие тиражного воплощения (не принимаются проекты изданий, имеющих в принципе уникальный, нетиражный характер), без ограничения по времени создания. К этой категории могут относиться проекты изданий, по независящим от создателей причинам не дошедшие до типографии, авторские проекты, не имеющие еще издателя, а также законченные дипломные и курсовые студенческие проекты.

Прим.: В конкурсе не могут участвовать адаптации зарубежных изданий, чьё художественное оформление не имеет принципиальных отличий от художественного оформления первоисточника. Также на конкурс не принимаются и не рассматриваются макеты, чьё содержание противоречит действующим законам РФ.

На конкурс представляется материальный прототип проекта, выполненная в материалах, конструкции и технологиях, максимально воссоздающих предполагаемый вид тиражного издания, в одном экземпляре.

После проведения конкурса материальный прототип возвращается участникам.

Представляемые проекты необходимо снабдить экранной pdf-презентацией, разъясняющей суть проекта, его художественные и содержательные достоинства. В этом случае организаторы конкурса смогут представить проекты вниманию потенциальных издателей

Издания (номинация А) и проекты (номинация Б), набравшие большинство голосов экспертного совета конкурса, награждаются дипломами, без различия по степеням.

В номинации А присуждается гран-при.

Также в номинации А присуждается спецприз от компании «Европапир»: «Издано на Arctic Paper» — специальный приз от компании «Европапир» и шведского производителя бумаг «Arctic Paper». К участию принимаются книги, напечатанные в России на любой из бумаг коллекций Arctic Volume и Munken Design: Arctic Volume Ice/White/Ivory, Munken Pure/Rough, Munken Lynx/Rough, Munken Polar/Rough, Munken Kristall/Rough. Ценными призами будут награждены создатели книги-победителя — дизайнер, издательство и типография.

Подавая онлайн-заявку на участие книги в номинации «Изданное», следует отметить галочкой желание участвовать в розыгрыше спецприза.

в этом году участие в конкурсе бесплатное

участие: Для участия в конкурсе необходимо зарегистрироваться, заполнив он-лайн заявку номинации А или он-лайн заявку номинации Б на каждое из подаваемых на конкурс изданий.

Подача заявки на участие в конкурсе означает согласие на использование изображений изданий и самих изданий в любой деятельности, связанной с конкурсом (в выставках; в экранных презентациях; в информационных и рекламных публикациях в традиционных и электронных СМИ; на сайте конкурса и на страницах в социальных сетях; в аналитических и искусствоведческих публикациях; в собственных изданиях конкурса; в научных и образовательных целях).

Издания могут быть поданы на конкурс лично — по адресам:

1. Магазин «Формула Бумаги»
Москва, Зубарев переулок, 15, к. 1 (БЦ «Чайка-Плаза», вход с левой стороны)
Часы работы: пн-пт с 10.00 до 18.00
Контактный телефон: +7 926 918 06 64 (Светлана Вакулич)

2. ООО «Европапир»
Москва, ул. Большая Переяславская, 46, стр. 2
Часы работы: пн-пт с 10.00 до 17.00
Контактные телефоны: +7 495 787 01 50 (секретарь)
+7 926 918 06 72 (Ольга Курлыкина)
+7 915 257 52 04 (Антон Самылкин)

Также возможен вариант почтовой доставки — по адресу:

129110, Москва, ул.Большая Переяславская, 46, стр. 2
Получатель: ООО «Европапир»
с отметкой «на конкурс»

Срок подачи изданий на конкурс: до 21 апреля 2021 года.

Как наш мозг создал всю обозримую Вселенную

Один из крупнейших нейробиологов современности Мигель Николелис выпустил книгу о том, как человеческий мозг создал всю обозримую Вселенную и что с этим органом, а также со всей обозримой Вселенной, будет дальше. Получилось трехсотстраничное философское размышление, поразительное по широте мысли, полное неожиданных выводов о мозге и порожденном им мире — и, как ни странно, имеющее нечто общее с романами Владимира Сорокина. Подробнее об этом сочинении, еще не переведенном на русский язык, в рамках совместного проекта «Горького» и премии «Просветитель» рассказывает Светлана Ястребова.

Miguel Nicolelis. The True Creator of Everything: How the Human Brain Shaped the Universe as We Know It. Yale University Press, 2020

Мигель Анджело Лапорта Николелис родился и вырос в стране безупречной футбольной игры и затяжных, но некогда столь любимых российскими зрителями теленовелл. Учился он сначала в медицинской школе Университета Сан-Паулу, а уже после, в аспирантуре того же вуза, переквалифицировался в физиолога. Часть его ранней научной деятельности прошла за границей, да и сейчас одна из его аффилиаций — Университет Дьюка в США.

На родине Николелис основал целый международный институт нейронаук, а всему миру стал известен благодаря своим исследованиям мозго-машинных интерфейсов. Вместе с выходцем из России Михаилом Лебедевым и другими коллегами-нейробиологами Николелис разработал массу устройств, помогающих животным и людям управлять объектами «силой мысли» — электрическими сигналами мозга. Сначала мозго-машинные интерфейсы лаборатории Николелиса были рассчитаны на то, что ими будут управлять отдельные особи, но в 2010-х появились и активно развиваются и такие, в которых для совершения действия нескольким индивидам приходится синхронизировать свою мозговую активность. Получается структура, которую авторы-исследователи называют «брейнет» (brainet) — буквально «сеть из мозгов».

«Индивидуальные» интерфейсы приносят пользу парализованным: они позволяют головному мозгу подавать команды конечностям в обход поврежденных нервных путей, некогда служивших каналами связи между этими конечностями и главным центром управления. А можно вместе с нервами «протезировать» и конечность: дать пациенту возможность управлять не его родной рукой или ногой, а искусственными, роботизированными. Самый громкий проект этого направления у Николелиса — Walk Again, в его рамках испытывали экзоскелет для бывшего спортсмена Хулиано Пинто, ныне парализованного ниже пояса. Лишенный способности ходить, Пинто должен был выйти на поле и сделать первый удар по мячу на чемпионате мира по футболу в 2014 году. И он это сделал. Экзоскелет помог.

Брейнеты пока не так применимы на практике, но они сообщают нам кое-что важное об устройстве мозга: оказывается, можно синхронизировать работу коры больших полушарий у нескольких незнакомых крыс или макак, не подозревающих о существовании друг друга и находящихся в разных точках земного шара (в одном из исследований часть животных находилась в Бразилии, а часть — в США). Выходит, что даже не самые разумные существа способны договориться без слов и совместно идти к назначенной цели. Что же тогда можно сотворить единением умов множества людей?

В таком технологически-футуристическом контексте и появилась книга The True Creator of Everything («Истинный создатель всего»), посвященная головному мозгу человека (этот орган и есть истинный создатель), продуктам его деятельности и тому, что со всем этим будет дальше.

Что ж, нейронауки сейчас в почете у широкой публики. Только ленивый не написал о них книгу и не попытался свести всю человеческую жизнь к работе 86 миллиардов нервных клеток. Но Мигель Николелис выгодно отличается от авторов большинства подобных творений: он посвятил своей теме не один десяток лет, он признанный новатор в этой области, и подход его всегда по-научному основателен. Это не тот человек, который будет нести наукообразную, но ничего не объясняющую чепуху вроде «любовь — это повышение концентрации дофамина и серотонина в прилежащих ядрах мозга в ответ на чей-то образ бла-бла-бла (далее неразборчиво)».

Да Николелис, скорее всего, ничего и не скажет про пресловутые дофамин, окситоцин и иже с ними — у него другой профиль. От него ждешь ответов на другие вопросы. Соединятся ли когда-нибудь интеллект человеческий и искусственный и если да, то каким именно образом? Что будет дальше с мозго-машинными интерфейсами? И конечно же, как человеческий мозг создал Вселенную (ведь именно это постулируется в названии)?

Николелис сразу сообщает: «Истинный создатель…» скорее научный труд, чем научно-популярный опус, а значит, кое-что в ней может оказаться трудным для понимания с первого раза. В книге он постоянно ссылается на труды других ученых — в основном математиков, философов и искусствоведов. Все они помогают автору сформулировать и обосновать собственную теорию — релятивистскую теорию мозга (relativistic brain theory). И она оказывается отрадой для ума, истосковавшегося по новым идеям в науках о мозге, предметом спора для физиков и философов, откровением и разочарованием для любителей компьютерных наук.

В этом научном труде немало и от художественной книги. Падает, навсегда теряя сознание, сраженный древними людьми бизон; изможденное племя бредет в потемках к вершине священной горы; в средневековом европейском монастыре поутру звонит колокол, созывая всех на молитву; один за другим летят в пропасть небытия солдаты в битве на Сомме. Все это расписано в таких красках, что и других героев книги, о которых рассказано гораздо более сухо и строго, тоже волей-неволей представляешь живыми: вот Альберт Эйнштейн в своем кабинете корпит над теорией относительности, а вот Алан Тьюринг, размышляя вечером у окна, смиренно признает, что его творение имеет фундаментальные ограничения. Кстати, все они — Эйнштейн, древние люди, солдаты Первой мировой и даже колокол — действуют под началом Истинного создателя всего.

Истинный создатель тоже обладает скорее признаками литературного персонажа, чем объекта научного исследования. У него на все имеется собственное мнение, и всю информацию, что приходит к нему по разным каналам (вообще, Николелис на удивление скупо описывает периферическую нервную систему, считая ее простой служанкой центральной), он перерабатывает и оценивает в соответствии с собственной точкой зрения. Так формируются границы того, что мы в состоянии воспринять, а что нет.

Обработка информации мозгом — дело хитрое. Снаружи она поступает дискретной (Николелис называет ее шенноновской — в честь Клода Шеннона, предложившего использовать бит в качестве наименьшей единицы информации), а внутри мозга связывается с эмоциями, становится непрерывной, до конца не вербализуемой и поэтому не извлекаемой из мозга без потерь (ее автор окрестил геделевской, отдавая дань Курту Геделю, указавшему на принципиальные ограничения формальных теорий, оперирующих одними лишь абстракциями). Геделевская информация записывается на материальный субстрат органического компьютера (мозга) — кору больших полушарий. Дальше Истинный создатель сопоставляет ее с собственным мнением и на основе этого создает новые знания и воспоминания (и это ключевой момент). Человеческий мозг вместе со своим владельцем представляет собой островок пониженной энтропии, рассеивающий много энергии ради упорядочения информации.

Способность подумать о чем-то принципиально новом на основе знаний о прошлом — ключевая черта Истинного создателя (на то он и создатель!). Кроме него так не умеет никто: все математические модели, все «большие данные» выдают компиляцию устаревшей информации о мире за верный прогноз, который станет бесполезным, как только будущее начнет отличаться от прошлого — то есть сразу после своего появления. Человеческий мозг же работает на упреждение, чего не умеет ни один небиологический компьютер.

Вообще, компьютеры, по Николелису, довольно жалки — и эта мысль согреет душу любому читателю, утомленному злорадным ожиданием все никак не наступающей технологической сингулярности и уильямгибсоновского киберпанка. Мало того что они не в состоянии ничего предсказать, их принципы работы не позволяют овладеть эмоциями — а без этого не видать кремниевому «разуму» ни восприятия геделевской информации, ни настоящей разумности. Каждое их последующее состояние абсолютно точно предопределено, а Истинный создатель всего, напротив, в этом плане обладает абсолютной свободой. Двум людям можно сообщить одну и ту же информацию, и каждый сделает из нее свои выводы, у каждого она вызовет свои чувства. С двумя компьютерами тот же фокус смотрится гораздо скучнее: между их реакциями различий вы не найдете.

Никакие искусственные синапсы и коктейли из нейромедиаторов, ни один самый хитроумный алгоритм декодирования последовательностей потенциалов действия или расчета синаптических весов не сумеет имитировать деятельность Истинного создателя. Так что единение мозга человеческого и псевдомозга компьютерного отменяется.

Николелис — вероятно, сам того не зная — вторит российскому нейробиологу Дмитрию Антоновичу Сахарову, утверждающему, что работа мозга не сводится к перекидыванию электрическими импульсами от нейрона к нейрону, выделению нейромедиаторов в щели между этими клетками да машинальным рефлекторным ответам на бездушные стимулы среды — но есть еще некое ядро, которое может учитывать информацию от органов чувств, может не учитывать, но в целом действует вполне самостоятельно, формирует некий образ мира и на его основании строит предположения, что будет дальше. Только, в отличие от Сахарова с его представлениями о главенствующей роли нейрохимии, бразильский ученый во главу угла ставит физику — притом, к сожалению, не слишком вразумительно описанную.

У Николелиса память, мышление, эмоции, знания — это продукт деятельности неких биологических соленоидов, импровизированных катушек индуктивности, расположенных в белом веществе. Это собрание нервных волокон (магнитных сердечников) и их миелиновых оболочек (обмотки). Индукция магнитных полей от таких катушек довольно мала (Николелис оценивает ее в один пикотесла), но этого хватает, чтобы поменять трехмерную структуру молекул белков мозга и за счет этого запомнить что-либо (но в книге так и не объясняется, как это могло бы работать). Ну а поскольку соленоидов очень много, суммарно они составляют величайшую силу во Вселенной.

Вообще, у головного мозга, как его описывает Николелис, две основные характеристики — неделимость и тяготение к синхронизации. Истинного создателя всего бессмысленно разбирать на отдельные участки и клетки — при этом теряются главные его свойства (вот почему «мини-мозги» и всякие коннектомы почти бесполезны для изучения этого органа). Более того, формировался мозг именно ради того, чтобы эффективно объединяться с другими себе подобными в брейнеты и вместе достигать различных целей. Сначала цели эти были простыми и мирными — например, имитировать действия соседа, научившегося изготавливать удобное орудие. Потом уже брейнеты из множества людей создали межплеменные конфликты, многочисленные представления о «духе времени», Первую мировую, фондовые биржи, Бога и все остальное.

Физика, кстати, тоже продукт деятельности мозга. Существуют только те явления и частицы, о которых мы имеем представление, а остальные не имеют значения — мы все равно не можем их заметить. Массу, заряд электрона и прочее создал человеческий мозг, «на самом деле» (хотя как мы можем определить реальность при таком раскладе?) их не существует. По сути, человек Николелиса — это обитатель платоновской пещеры: он видит только идеи всего и даже потрогать ничего по-настоящему не может, потому что силы отталкивания всегда оставляют пространство между атомами молекул, составляющих кожу на пальце, и атомами веществ, из которых сложен объект интереса.

То же со временем и пространством: мы их придумали. Они не состоят из частиц, для них не существует абсолютных единиц измерения. Истинному создателю время напоминает боль, а пространство — ощущение собственного тела. Те ведь тоже синтезируются на основе больших объемов разноплановой информации в ходе сравнения ее с собственным мнением мозга. По Николелису, невозможны абстрактный метр или абстрактная секунда: метр — это расстояние между двумя точками, а секунда проходит между какими-то событиями.

Однако ввести единицы пришлось — и это оказалось кое в чем удобно. Время и пространство стали дискретными не так давно: тягучесть зимнего дня на часы по велению папы Римского Сабиниана разделил монастырский колокол, а Землю «посчитал» Евклид. Единые системы измерения неизмеримого синхронизировали людей, позволили их мозгам эффективнее собираться в брейнеты. У воспринимаемой Вселенной снизилось число измерений, и обрабатывать информацию стало легче. Ментальные абстракции вроде религии, государства и рынка появились ради тех же целей: снизить сложность данных, которые надо переработать.

У самого же Николелиса в повествовании так много измерений, что кратко описать и оценить их все не представляется возможным. Рассказы о закономерностях развития коры приматов, рибосоме как машине Тьюринга, пригожинских странных аттракторах, годичных кольцах деревьев в качестве материальных носителей информации о прошлом планеты, коэволюции культуры и генов, фантомных болях, жизни Коперника, взглядах Рабиндраната Тагора и прочем сливаются в стремительное многоголосие, несут читателя по страницам «Истинного создателя», искусно манипулируя геделевской информацией в его голове.

«Ничего себе! (удивление) — Животному можно добавить новые чувства, а старые сохранятся!» Это сотрудники Николелиса учат крысу «трогать» инфракрасное излучение вибриссами. «Вот ужас! (возмущение) — Это сколько же псевдонаучных фриков может привлечь книга, в которой говорится про „нейронный континуум”!» Увы, есть там и такое опасное выражение. «Я так и знал! (радость) — Музыка объединяет людей!» Николелис считает, что именно ритмичные и мелодичные звуки способствуют синхронизации мозгов множества людей в единый брейнет и даже позволяют в какой-то мере обмениваться геделевской информацией.

Идет эмоциональное путешествие читателя по волнам мыслей «Истинного создателя». Остается совсем немного — три главы из тринадцати. И вдруг… становится кристально ясно, что автор не верит в теорию, которую сам же и создал! Мигель Николелис из солидного ученого мутирует, по сути, в беспомощного обывателя, чьи суждения вполне соответствуют взглядам, типичным для большинства не самых просвещенных его ровесников. А мощная, неповторимая, загадочная живая вычислительная машина, которую Николелис только что с таким благоговением описывал, теряет последние остатки мощи и тоже перестает быть собой.

Подобно тому как диссидентка Марина Алексеева из сорокинской «Тридцатой любви Марины» превращается в континуум советских передовиц или как письма к Мартину Алексеевичу в «Норме» из заискивающих бытописаний жизни на даче через поток матерщины переходят в душераздирающий крик, Истинный создатель всего превращается в игрушку в руках капитализма, корпораций и цифровых компьютеров. Оказывается, что каждый созданный им же юнец может его смертельно обидеть.

За сотни лет существования человеческий мозг не сломили ни алкоголь, ни диссоциативы (хотя теоретически ничто не мешало целым популяциям «подсаживаться» на них), но, по Николелису, его почти наверняка погубит привычка не расставаться со смартфоном. Мозг запомнит, что это доставляет удовольствие, и станет обрабатывать только шенноновскую информацию, а генерировать геделевскую перестанет (почему? разве из него пропадут пресловутые катушки?). Утратится способность творить, сопереживать, даже общаться (уже сейчас южнокорейские таксисты не ведут с пассажирами «разговоры о погоде», а студенты не хотят обсуждать с незнакомцами политические отношения с Северной Кореей, не то что в старые добрые времена! — сокрушается автор).

Более того, системы слежки, основанные на том самом искусственном интеллекте, который еще сто страниц назад представлялся убогой поделкой, каким-то образом вытащат остатки геделевской информации — то есть, наши мысли — из мозга, расшифруют их и не дадут нам больше жить спокойно. Чтобы этого не случилось (или чтобы это случилось как можно позже), пишет Николелис, не раз получавший финансирование от DARPA, нейробиологам нужно с предельной осторожностью брать деньги на исследования у военных и прочих правительственных структур.

Если, придя в себя от неожиданного поворота авторской мысли, отвлечься от частных вопросов и поверить, что ментальные конструкты вроде капитализма и религии и впрямь способны изменить человеческий мозг до неузнаваемости, то встает вопрос: что делать? Николелис отвечает обтекаемо: не давать крупным ментальным абстракциям владеть вашим разумом, но сопереживать другим, собирать информацию, творчески обрабатывать ее, создавать новое — короче говоря, жить.

Нужно ли было ради таких банальных советов писать целую книгу, претендующую на революционность? Сначала хочется ответить «нет». А потом приходят сомнения. Пожалуй, если бы все сочинение было посвящено банальным советам и называлось «Очнитесь, люди, и станьте осмотрительнее», половина готовых обратить внимание на «Истинного создателя всего» просто не стала бы его читать: слишком тривиально и наивно-алармистски звучат ее финальные заявления и рекомендации. А так у тех, кто все-таки дойдет до самого конца книги, по ходу повествования появится возможность вспомнить палеоантропологию, нейробиологию, квантовую физику, термодинамику, математику, историю и много чего еще. И заодно, конечно, поспорить с автором и задуматься. А для чего, если не ради этого, мы читаем книги о науке?

Book Creator для iPad в App Store

* Книжное приложение №1 для iPad в более чем 90 странах мира.

* Common Sense Education Лучший выбор для обучения 2018
* AASL Лучший веб-сайт для преподавания и обучения 2018

Book Creator — это простой способ создавать свои собственные красивые электронные книги прямо на iPad.

На данный момент создано более 100 миллионов электронных книг, Book Creator идеально подходит для создания всех видов книг, включая детские иллюстрированные книги, комиксы, фотокниги, журналы, учебники и многое другое.

А когда вы закончите, легко поделитесь своей книгой или даже опубликуйте ее в iBooks Store!

— Book Creator упрощает публикацию электронных книг — Wired
— Одно из 50 лучших приложений для iPad — The Guardian
— Победитель золотой награды «Выбор родителей»

ОСОБЕННОСТИ

* Добавляйте текст, выбирая из более чем 50 fonts
* Добавляйте фотографии и изображения из библиотеки фотографий iPad, из Интернета или используйте камеру iPad
* Изменяйте размер, поворачивайте и позиционируйте контент по своему усмотрению с помощью направляющих и привязки
* Добавляйте видео и музыку и даже записывайте свой голос
* Используйте перо, чтобы рисовать и комментировать свою книгу
* Выбирайте книжный формат: книжный, альбомный или квадратный
* Добавьте суперспособности к своим книгам с помощью комических шаблонов, наклеек и стилей
* Быстрое нажатие — и вы читаете книгу в iBooks!

МНОГИЕ СПОСОБЫ ПОДЕЛИТЬСЯ КНИГОЙ

* Опубликуйте книгу в Интернете (только для учителей)
* Отправьте книгу по электронной почте
* AirDrop на iPhone, iPad или MacBook
* Используйте облачный сервис, такой как Dropbox, Google Drive, iCloud Drive (и многое другое)
* Сохраните книгу как файл фильма и загрузите в Интернет
* Распечатайте с помощью AirPrint или других приложений для принтера или экспортируйте в формате PDF
* Возможность отправки через сервер WebDav или просто подключите свой iPad и перенесите на iTunes

СТАТЬ ОПУБЛИКОВАННЫМ АВТОРОМ!

Электронные книги Book Creator созданы с использованием международного стандарта ePub, поэтому вы знаете, что они будут доступны для чтения сейчас и в будущем.Книги Book Creator оптимизированы для удобной публикации в iBooks Store.

См. Примеры опубликованных книг на сайте pinterest.com/bookcreator

ПРИМЕЧАНИЕ — ЭЛЕКТРОННЫЕ КНИГИ С ФИКСИРОВАННОЙ РАЗМЕЩЕНИЕМ:

Book Creator поддерживает фиксированный формат макета iBooks, включая изображения на двух страницах и звуковые дорожки. Книги с фиксированным макетом не подходят, если вы хотите создавать романы, в которых текст перетекает со страницы на страницу. Вы не сможете скопировать большие объемы текста из других документов.

ПОДДЕРЖКА ПЕРВОГО КЛАССА

Приложение включает в себя руководство по началу работы, а также у нас есть онлайн-форум поддержки на сайте bookcreator.com / support со статьями с практическими рекомендациями и поддержкой по электронной почте.

Мы любим общаться через Twitter — поприветствуем @BookCreatorApp

ИДЕАЛЬНО ДЛЯ УЧЕБНОЙ КОМНАТЫ:

Book Creator — это открытая, творческая и кросс-учебная программа, и это одно из самых популярных приложений для iPad для учителей во всем мире.

«Создатель книг занимает первое место в моем списке лучших образовательных приложений. Я использовал Book Creator с учениками всех возрастов, от детского сада до взрослых. Его простота освежает, позволяя авторам сосредоточиться на своем содержании.
— Тони Винсент, консультант по обучению и технологиям, learninginhand.com

«На мой взгляд, самое важное образовательное приложение для iPad!»
— Эндрю Роудс, заслуженный педагог Apple и директор по технологиям Международной школы Ставангера

«Мне нравится это приложение. Это невероятно мощное приложение с обманчиво простым в использовании интерфейсом. Одно из трех приложений для iPad, которые должна купить каждая начальная школа ».
— Дэн Каллахан, специалист по учебным технологиям K-5 с iPad 1: 1

Прочтите тематические исследования и планы уроков от учителей, использующих Book Creator в bookcreator.com / blog

ОТЗЫВЫ:

«Какой замечательный инструмент! Он изящный, интуитивно понятный и простой. Возможность создавать альбом с картинками с фиксированным макетом прямо на iPad имеет смысл. Настоятельно рекомендуется».
— Лиз Кастро, автор книги «EPUB Straight to the Point: Создание электронных книг для Apple iPad и других электронных книг»

«Приложение супер-интуитивно понятное! Я работала над книгой для своей 7-летней племянницы (которая живет в Бразилии. Мне потребовалось около 30 минут, чтобы собрать для нее книгу, опубликовать в iBooks и отправить файл ePub по электронной почте моему брату … чтобы открыть его на его iPad …чтобы моя племянница прочитала его ».
— Сильвия Розенталь Толизано, langwitches.org

Book Creator One в App Store

Хотите попробовать Book Creator? Это приложение позволяет создать одну книгу. Разблокируйте неограниченное количество книг (и шаблонов комиксов!) С помощью покупки в приложении.

Для школ мы рекомендуем наше полное приложение «Создатель книг для iPad» с неограниченным количеством книг и без покупок в приложении.

*** Приложение №1 для создания книг для iPad в более чем 90 странах ***

Book Creator — это простой способ создавать свои собственные красивые электронные книги прямо на iPad.

На данный момент создано более 30 миллионов электронных книг, Book Creator идеально подходит для создания всех видов книг, включая детские иллюстрированные книги, фотокниги, комиксы, журналы, учебники и многое другое.

А когда вы закончите, с легкостью поделитесь своей книгой или даже опубликуйте ее в iBooks Store!

— Создатель книг упрощает публикацию электронных книг — wired.com
— Одно из 50 лучших приложений для iPad — The Guardian
— Победитель золотой награды Выбор родителей

ОСОБЕННОСТИ:

* Добавьте текст, выбирая из 50 шрифты на iPad.
* Добавляйте фотографии и изображения из фото-библиотеки iPad, из Интернета или используйте камеру iPad.
* Измените размер, поверните и расположите изображения по своему усмотрению с помощью направляющих и привязки.
* Добавляйте видео и музыку и даже записывайте свой голос.
* Используйте перо, чтобы рисовать и комментировать книгу.
* Выберите книжный формат: книжный, альбомный или квадратный.
* Пусть Siri прочитает вам вашу книгу на нескольких языках в режиме чтения.

МНОГИЕ СПОСОБЫ ПОДЕЛИТЬСЯ КНИГОЙ:

* Отправьте книгу по электронной почте.
* AirDrop на iPhone, iPad или Macbook.
* Используйте облачный сервис, такой как Dropbox, Google Drive, iCloud Drive (и другие).
* Сохраните книгу как файл фильма и загрузите в Интернет.
* Печать с помощью AirPrint или других приложений для печати или экспорт в PDF.
* Возможность отправлять через сервер WebDav или просто подключить iPad и передать в iTunes.

СТАТЬ ИЗДАТЕЛЬСКИМ АВТОРОМ!

Электронные книги Book Creator созданы с использованием международного стандарта ePub, поэтому вы знаете, что они будут доступны для чтения сейчас и в будущем.Книги Book Creator оптимизированы для удобной публикации в iBooks Store.

См. Примеры опубликованных книг на сайте pinterest.com/bookcreator

ПРИМЕЧАНИЕ — ЭЛЕКТРОННЫЕ КНИГИ С ФИКСИРОВАННОЙ РАЗМЕЩЕНИЕМ:

Book Creator поддерживает фиксированный формат макета iBooks, включая изображения на двух страницах и звуковые дорожки. Книги с фиксированным макетом не подходят, если вы хотите создавать романы, в которых текст перетекает со страницы на страницу. Вы не сможете скопировать большие объемы текста из других документов.

ПОДДЕРЖКА ПЕРВОГО КЛАССА:

— Приложение включает в себя руководство по началу работы, а также у нас есть онлайн-форум поддержки на сайте bookcreator.com / support со статьями с практическими рекомендациями и поддержкой по электронной почте.

— Мы любим общаться через Twitter — поприветствуем @BookCreatorApp

ИДЕАЛЬНО ДЛЯ КЛАССА:

Book Creator — это открытая, творческая и кросс-учебная программа, и это одно из самых популярных приложений для iPad для учителей во всем мире.

«Создатель книг занимает первое место в моем списке лучших образовательных приложений. Я использовал Book Creator с учениками всех возрастов, от детского сада до взрослых. Его простота освежает, позволяя авторам сосредоточиться на своем содержании.
— Тони Винсент, консультант по обучению и технологиям, learninginhand.com

«Создатель книг — один из самых мощных инструментов, которые я видел, чтобы превратить чтение и письмо в увлекательный совместный проект, который даже дети, которые борются, будут просто люблю делать. »
— Вики Дэвис, @CoolCatTeacher

«Мне нравится это приложение. Это невероятно мощное приложение с обманчиво простым в использовании интерфейсом. Одно из трех приложений для iPad, которые должна купить каждая начальная школа ».
— Дэн Каллахан, специалист по учебным технологиям K-5 с iPad 1: 1

«Обязательно для всех, кто учится.Обожаю это приложение! »
— Джо Моретти, наставник Apple UK по вопросам образования

Прочтите тематические исследования и планы уроков от учителей, использующих Book Creator, на bookcreator.com/blog.

История героев воображения: Бурстин, Дэниел Дж .: 9780679743750: Amazon.com: Книги

Историк Дэниел Дж. Бурстин привносит в эту убедительную книгу о западном искусстве свою обычную глубину и размах, беря на себя все, от европейских мегалитов (например, Стоунхендж) до автобиографии Бенджамина Франклина («первое американское дополнение к мировой литературе»).Бурстин не стремится быть исчерпывающим — он предпочитает задерживаться на некоторых «героях воображения», когда исследует человеческие достижения в области архитектуры, музыки, живописи, скульптуры и письма — тем не менее The Creators определенно кажется всеобъемлющим, поскольку Бурстин тщательно помещает все, что он описывает, в великие традиции эстетических достижений.

Бурстин знает, что хорошая история требует хорошего письма, и его проза позволяет легко усвоить эту большую книгу.«Это история, — пишет он, — о том, как творцы всех искусств увеличивали, приукрашивали, фантазировали и филигранно украшали наш опыт» — удачное описание роли, которую искусство играет в нашей жизни, и столь же подходящее описание способ, которым Бурстин интерпретирует это для читателей. ( The Creators также является вторым томом трилогии, которая начинается с The Discoverers и заканчивается The Seekers , хотя ни одна из этих книг не требует знания других.) — John J.Миллер

Том Бурстина, сопутствующий «Первооткрывателям» — недельный бестселлер PW и основной выбор BOMC по тканям — хроники 3000 лет художественных изобретений, а также занимательные биографические профили Данте, Леонардо, Гете, Бена Франклина, Пикассо и многих других.
Авторское право Reed Business Information, Inc., 1993.

Обзор

«Залогом одной из величайших карьер в истории американских интеллектуальных усилий. С The Creators , Бурстин входит в ряды« героев воображения ».«- Джордж Ф. Уилл

« Замечательное достижение, читать с удовольствием ». — The New York Times Book Review

« Немногие писатели могли бы взяться за столь обширную тему с таким же энтузиазмом и уверенностью в себе. или заразительный энтузиаст, как Бурстин. . . . Он сочетает в себе живое мнение выдающегося историка с эрудицией с ясностью и проницательностью первоклассного журналиста и способностью раскрывать анекдоты. . . непреодолимый »- USA Today

С внутренней стороны клапана

он воплощает избранных людей в грандиозную мозаику, лауреат Пулитцеровской премии историк Дэниел Дж.Бурстин исследует развитие художественных инноваций на протяжении 3000 лет. Чрезвычайно амбициозная хроника искусств, созданная Бурстином с размахом, сделавшим его «Первооткрыватели» национальным бестселлером.

Об авторе

Дэниел Дж. Бурстин был автором Американцы , трилогии ( Колониальный опыт ; Национальный опыт и Демократический опыт ), получившей премию Фрэнсиса Паркмана, премию Бэнкрофта и Пулитцеровская премия.В 1989 году он получил Национальную книжную премию за пожизненный вклад в литературу. Он был директором Смитсоновского национального музея американской истории и в течение двенадцати лет работал библиотекарем Конгресса. Он умер в 2004 году.

5 Черных создателей комиксов, 5 просмотров этого супергероя

года

Автор фильмов «Судья Дредд», «Трансформеры» и «Мистер. Чудо »

Сценарист комиксов и телешоу Брэндон Истон, работающий на фабрике комиксов в Пасадене, говорит, что для независимых создателей темнокожего населения наступает период возрождения.

(Брайан ван дер Бруг / Los Angeles Times)

Об отрасли: В настоящее время меньше нежелания нанимать проверенных создателей цвета в этой отрасли. Так было не всегда. Было время, когда только телевизионные сценаристы и сценаристы, такие как Реджинальд Хадлин и Дуэйн Макдаффи, могли даже приблизиться.

У инди-сцены всегда было много черных создателей. Просто у них нет маркетингового бюджета, который есть у Marvel, DC или других крупных компаний.Итак, прямо сейчас продолжается возрождение независимых создателей Black с начала 2000-х годов. Вот где можно найти много творчества и много азарта.

После выхода фильма «Черная пантера» произошел значительный прогресс. Это был переломный момент специально для создателей Black. Он показал власть имущим, что наличие цветных персонажей, особенно черных, может быть финансово выгодным.На самом деле единственное, что имеет значение в мире, — это деньги. Никого не волнует социальная ответственность и социальная справедливость. Их волнует только чистая прибыль.

Эволюция черных супергероев: Есть шаг, чтобы оттолкнуть черных супергероев от преступности. В прошлом многие черные герои были исправленными сутенерами и исправившимися преступниками. Такие люди, как Люк Кейдж и даже Сокол, в прошлом они не были в целом порядочными людьми — позже они стали героями. Теперь они могут быть просто людьми, обладающими властью.Обычные люди или ученый — кто-то, кто не был на неправильной стороне закона. Это социальный сдвиг, и не только в комиксах, где персонажи больше не основаны на преступлениях. В целом, когда вы уходите от шоу про полицейских, вы видите более широкое представление о чернокожих людях, и это фильтруется до комиксов.

Реальный опыт: Такие парни, как Дуэйн МакДаффи. Кристофер Прист. Такие люди, как Спайк Ли и Джон Синглтон. Билл Дюк. Встречи с такими людьми были чрезвычайно вдохновляющими, потому что они были чернокожими мужчинами, рассказывающими черным истории, которые не всегда уходили корнями в черную боль и враждебность.

Любимый персонаж цвета : Night Thrasher.

Империя супергероев Создатели комиксов Америки и создание индустрии стоимостью в миллиард долларов Марк Котта Ваз

«[A] подробный, оптимистичный обзор … История Ваза обширна и обнаруживает готовую драму в эксплуатации наивных художников хищные издатели … Это грандиозное приключение по комиксам нельзя пропустить ».
Publishers Weekly

«Создавая историю, основанную на художниках, которые воображали большие и лучшие миры, но часто лишались кредитов и прибыли, это обязательное чтение для всех, кто любит фильмы по комиксам.”
Nerdist

«Симпатичная хроника зарождения и расцвета современной мифологии — пантеона причудливо одетых персонажей со сверхчеловеческими (если не сверхъестественными) способностями … Empire of the Superheroes увлекательна своим рассказом о деловой стороне жизни. комиксы.»
Шеперд Экспресс

«[Невероятно подробная и увлекательная книга … Империя супергероев ] Марк Котта Ваз добавляет важный, познавательный и очень интересный заголовок к недавней стипендии и истории комиксов.”
Houston Press

«Вопросы прав были чрезвычайно важной темой для создателей комиксов и компаний на протяжении всей истории индустрии, и Cotta Vaz проделывает впечатляющую работу по отслеживанию основных горячих точек и их важности. Если вы фанат комиксов и ищете информативное и увлекательное летнее чтение, Empire of the Superheroes — отличный выбор! »
Комикс Йети

«Если у вас когда-нибудь возникнет искушение задаться вопросом, как цепочка зловещих фантазий, напечатанных на дешевой бумаге и нацеленных на аудиторию несовершеннолетних читателей, могла превратиться в самую прибыльную« интеллектуальную собственность »двадцать первого века, я рекомендую вам Марка Ваза «Империя супергероев» , лучший однотомный рассказ о индустрии комиксов, который я когда-либо читал.Титаническая битва всех звезд в центре повествования Ваза — это борьба недооцененных создателей — Сигела, Шустера, Саймона, Кирби и других — за должное признание и компенсацию за их «одноразовую» работу над объектами, которые в конечном итоге станут пришли, чтобы доминировать в американской мечте и получать миллиарды прибыли по всему миру. Эта нежная, глубоко исследованная и навязчиво читаемая книга порадует ученых, критиков и случайных поклонников ».
Сэм Хэмм, сценарист Бэтмен

«Каждому супергерою нужна хорошая предыстория, и жанр в целом становится сумасшедшим в подробном отчете Марка Котта Ваза об индустрии комиксов, ее происхождении и истории, ее основных игроках и ее обширном влиянии.Начиная с поучительного рассказа о двух молодых людях, едва закончивших среднюю школу, которые создали персонажа и повествование, которые положили бы начало многомиллиардной медиа-империи, только чтобы передать все права за гроши, Ваз предлагает драматический, иногда острый , попеременно ласковое и приводящее в ярость, погрузиться в мир талантливых, но наивных художников, хищных издателей, бесстыдных плагиаторов и тяжеловесов ».
Дон Шей, основатель журнала Cinefex

«Супергерои символизируют американские комиксы — и сегодня они составляют основу империи поп-культуры.Я не могу представить никого лучше, чем Марк Котта Ваз, чтобы объяснить, как все это произошло. Писатель-ветеран, он использует свою страсть к комиксам, чтобы показать нам, как художники, писатели, редакторы и издатели боролись за запуск нового медиа. Это внутренняя история плохих условий, плагиата, прав авторов и авторских прав, жесткой цензуры, изменений в распространении, новых технологий, искусства, фильмов и влияния Японии, не говоря уже о бесконечной серии судебных процессов. Это американская история, которую гарантированно развлечет! »
Фредерик Л.Шодт, автор манги ! Манга! Мир японских комиксов

«Марк Котта Ваз долгое время был одним из моих любимых писателей о поп-культуре, и он на вершине своей игры с Empire of the Superheroes . Его вдумчивый и всесторонний взгляд на годы становления индустрии комиксов легко доступен для новичков, но также дает много свежих идей для стойких фанатов и историков. Вы захотите, чтобы это было на вашей книжной полке, запомнили ли вы Майкла Чабона «Удивительные приключения Кавальера и Клея », вы все еще ходите в местный магазин комиксов каждую среду или просто любите время от времени смотреть фильм «Мстители» по кабелю.
Эндрю Фараго, куратор Музея мультипликационного искусства и автор книги Бэтмен: окончательная история Темного рыцаря в комиксах, фильмах и не только

«История героев воображения» Дэниела Дж. Бурстина

«Создатели: история героев воображения» Дэниела Дж. Бурстина — это собрание описаний различных творений, созданных на протяжении всей истории человечества. Эта коллекция включает произведения различных религий, стилей архитектуры, литературы, изобразительного искусства и музыки.Кроме того, объясняя, как каждый из них привел к следующему творению, Бурстин дает всестороннее исследование того, как человечество, особенно западная цивилизация, изобрело и заново изобрело себя. The Creators: A History of Heroes of the Imagination — всестороннее и увлекательное исследование творческих способностей человека на протяжении всей истории.

Пролог включает части 1-2 и предлагает обзор религий и их влияние на творческие способности человека. Эти религии включают очень простые исследования индуизма, конфуцианства, даосизма, буддизма, гомеровских стихов, иудаизма, теологии, христианства и ислама.

Книга 1 включает части 3-5 и посвящена раннему сотворению человечества. Часть 3 посвящена архитектурным достижениям в истории, таким как пирамиды и Пантеон, а часть 4 освещает ранние изобразительные искусства, такие как наскальные рисунки и битву с изображениями как христианских иконоборцев, так и мусульман. Часть 5 посвящена исполнительскому искусству, показывая, как дифирамб превратился в комедию и трагедию, а также создание прозы для убеждения.

Книга 2 состоит из частей 6-10 и делает упор на воссоздании предыдущих творений.Часть 6 посвящена гуманитарным наукам, поскольку на них повлияла зарождающаяся религия христианства, а часть 7 посвящена развитию литературы, начиная со Средневековья и заканчивая восемнадцатым веком. Часть 8 посвящена изобразительному искусству, часть 9 подчеркивает творцов в сфере музыки, а часть 10 концентрируется на различных других творениях, таких как фотография и небоскреб.

В Книге 3, состоящей из частей 11-12 и эпилога, автор сосредотачивается на создании себя, в основном в литературе.Часть 11 посвящена исключительно литературе, включая эссе, биографии, автобиографии, а также нескольким влиятельным авторам: Гете, Вордсворт и Т.С. Элиот. Часть 12 посвящена также литературе, но последний раздел посвящен стилистическим изобретениям Пабло Пикассо. Среди авторов, рассмотренных в Части 12, есть следующие: Герман Мелвилл, Федор Достоевский, Франц Кафка, Марсель Пруст, Джеймс Джойс и Вирджиния Вульф. Эпилог представляет собой очень краткое исследование фильма и его ассоциации с публикой, которая действует как участник, будучи аудиторией.

Данте
Данте (1265–1321) создал эпос о изгнании каждого человека из жизни в смерть в поэтическом сочетании куртуазной любви с любовью к Богу; «Божественная комедия» (1308) была автобиографической, шире, драматичнее и поучительнее, чем ранние работы Данте, поскольку она следовала за развитием души Данте, рассказывая историю человека, столкнувшегося с последствиями космологии Средневековья и вызывающего Данте считаться создателем современной литературы.

Боккаччо
Ужасы чумы дали Боккаччо стимул и возможность писать рассказы о человеческих приключениях и злоключениях без морали.В «Декамероне» он создал «человеческую панораму любви, отваги, трусости, остроумия, мудрости, лукавства и глупости» (с.269).

Джеффри Чосер
Метафора паломничества пронизала христианскую литературу своими собственными ритуалами и стала процветающим институтом во времена Чосера, что послужило причиной того, что Чосер использовал паломничество для своего вклада в человеческую комедию. «Кентерберийские рассказы», ​​написанные в последнее десятилетие жизни Чосера, знаменуют собой удивительное новое видение и затмевают все его другие работы, поскольку они написаны как повествовательная поэма, в которой группа из 31 паломника, представляющих множество различных социальных групп, Путешествуя из Лондона в Кентербери, поделитесь историями.Создавая новую версию человеческой комедии, «Кентерберийские рассказы» также демонстрируют образцы средневекового повествования, использование тем и морали Артура в каждом повествовании.

Рабле
Рабле написал пять томов о «Пантагрюэле», наслаждаясь пошлостью. По словам автора этой книги, «когда мы читаем Рабле в переводе, мы цепляемся за его ум сквозь завесу. Книга Рабле была актом веры в язык, который он начинал делать литературным» (стр. 294).

Сервантес
«Дон Кихот» Серванте, иногда называемый первым современным романом, родился как своего рода анти-роман, написанный для того, чтобы убить рыцарские романы и случайно создавший прототип романа.Благодаря этому коммерческому успеху Сервантес создал новую форму, западный роман, который достиг даже самого начала; В отличие от типичных романов того времени, где герой был эпической фигурой, герой Серванте был скромным человеком.

Уильям Шекспир
Шекспир создал свою собственную версию человеческой комедии для новой аудитории в недавно процветающей форме искусства, поскольку Ренессанс предоставил публике зрителей, подобных тем, кто вдохновлял великих греческих драматургов. Хотя Шекспир также писал стихи, лучшим из которых были его 154 сонета, опубликованные в 1609 году, он был предан театру, написав за свою жизнь тридцать шесть пьес.Шекспир изображал природу через своих персонажей, и культ Шекспира никогда не умер; Джордж Бернард Шоу в 1901 году назвал идолопоклонство Шекспира «бардолатрием».

Джон Мильтон
«Потерянный рай» Джона Мильтона создал «поэзию и прозу о страданиях, наградах и капризах человеческих приключений по выбору» (стр. 320). После публикации «Комуса» в 1634 году и «Ликида» в 1637 году Милтон двадцать лет писал прозу, в том числе «Защиту английского народа» в 1649 году и «Об образовании», один из последних манифестов гуманизма эпохи Возрождения в 1644 году.После заключения в тюрьму и ослепления Мильтон написал свою великую эпопею «Потерянный рай», в которой драма и трагедия проистекают из выбора, сделанного Богом, Сатаной, Евой, Христом и Адамом. Мильтон также написал «Возвращенный рай» (1671) и «Самсон Агонист» (1671), хотя он никогда не искал утешения в простых догмах и не становился членом какой-либо секты. Немногие поэты когда-либо сделали больше для живого английского языка, чем Мильтон.

Бальзак
Оноре де Бальзак (1799-1850) опубликовал все свои произведения под названием «Человеческая комедия» в 1841 году.Вундеркинд Бальзак написал девяносто два романа, десятки рассказов и шесть пьес и придал роману новую классическую форму, создав роман идей. Придав величайшую жизненную силу своим персонажам, он превратил роман в современный вид истории, более неуловимый и интимный, чем уважаемые классические формы.

Чарльз Диккенс
Диккенс (1812-1870) был великим событием в английской истории, как и английская литература, поскольку его карьера была «великим литературным любовным романом с английской публикой» (стр. 364).Среди многих известных работ Диккенса — «Записки Пиквика» (1836), «Оливер Твист» (1839), «Николас Никльби» (1839), «Мартин Чезлвит» (1844), «Дэвид Копперфилд» (1850), «Рождество». Кэрол »(1843 г.),« Повесть о двух городах »(1859 г.),« Мрачный дом »(1853 г.) и« Большие надежды »(1861 г.). Очарованный театром, Диккенс активно прощался с публикой, когда его врач предостерегал его от публичных чтений из-за его плохого здоровья. Во время последней помолвки во время серии чтений в 1870 году Диккенс объявил аудитории, что он навсегда исчезает из публики, когда он плачет.

Леонардо да Винчи
Винчи (1452-1519) защищал суверенитет художника, утверждая, что живопись была свободным искусством, потому что она имела дело с произведениями природы, а также с бесконечным множеством вещей, которые природа никогда не создавала. Да Винчи оставил только семнадцать законченных картин и несколько незавершенных, некоторые из его самых популярных — «Мона Лиза» (1503 г.) и «Тайная вечеря» (1498 г.), но качество компенсирует недостаток количества.

Микеланджело
Микеланджело (1475-1564) — наследие эпохи Возрождения, которое преобразовало искусство, уведя человека от подражания природе к ее воссозданию.В юности он создал множество известных скульптур, и когда ему было поручено расписать потолок Сикстинской капеллы, он согласился на этот проект, хотя живопись не была его искусством. После четырех лет работы потолок был открыт в 1512 году и представлял собой несравненно превосходную работу. Гений Микеланджело «вдохновлял других делать из гения фетиш» (стр. 419).

Иоганн Себастьян Бах
Иоганн Себастьян Бах (1685-1750), первый «музыкальный колосс в эпоху, которая боготворила гениального художника» (стр.428), создал разнообразную музыку, превосходящую всех современных композиторов. Его боготворили как гения, создавшего музыку как для церкви, так и для широкой публики.

Вольфганг Амадей Моцарт
Вундеркинд-скрипач Вольфганг Амадей Моцарт (1756–1791) написал восемь симфоний, четыре дивертисмента и несколько священных произведений всего за несколько месяцев, когда ему было всего шестнадцать лет. Его лучшие произведения были написаны летом 1788 года, в том числе его симфоны ми-бемоль, соль минор и до, и когда он умер в возрасте тридцати шести лет от недоедания и переутомления, он заявил: «Я закончил, прежде чем смог насладиться своим талантом». (п.451).

Бетховен
Бетховен (1770-1827) воссоздал инструментальную музыку, разработав классические формы Гайдна и Моцарта для широкой публики. Шестая симфония фа мажор Бетховена считалась прототипом программной музыки, и его широко хвалят за его работу с инструментальной музыкой и возможности в оркестре, а также за объединение музыки инструментов и музыки слов для создания новых форм.

Моне
Моне (1840-1926) старались сохранить свое первое впечатление, и он превратился в смелого импрессиониста.Его картины не имели сюжета и были лишь сиюминутным впечатлением от его уникальной личности; «его достижение было не в длительном, а в неуловимом моменте» (стр. 524).

Бенджамин Франклин
Вторая классическая биография, «Автобиография» Бенджамина Франклина, исследуется в Разделе 59: Искусство казаться правдивым: Автобиография, и это позволило ему создать новую и современную форму литературы: сагу об успехе, хронику. для самодельного человека. Хотя «Автобиография» бессвязна и неполна, ее часто называют первым американским дополнением к мировой литературе.

Джеймс Босвелл
Джеймс Босвелл, первый биограф, написал о докторе Сэмюэле Джонсоне. «Жизнь Джонсона» (1787) предназначена для того, чтобы показать Джонсона более полно, чем любой другой человек, который когда-либо был сохранен, и эта биография объявила «современное литературное творение — индивидуальная жизнь, становящаяся сырьем для искусства» (стр. 598).

Иоганн Вольфганг фон Гете
Иоганн Вольфганг фон Гете (1749-1832) занял свое место среди великих творцов западной литературы, придав непреходящую форму духу средневековой легенды о докторе Докторе Дж.Фауст в «Фаусте», который он списывал с 1770 года до своей смерти в 1832 году. Он превратил доктора Фауста в героя в поисках самореализации как метафору «бесконечно устремленного, всегда неудовлетворенного современного я» (стр. 605) .

Уильям Вордсворт
«Лирические баллады» (1801) Уильяма Вордсворта (1770-1850) провозгласили революцию в поэзии, провозгласив независимость от неестественных условностей поэтического языка, сосредоточившись на создании нового выразительного взгляда на поэзию. Лучшие стихи Вордсворта были памятными произведениями, но его сосредоточенности на себе было недостаточно, чтобы выдержать эпос.

Т. С. Элиот
Спустя столетие после Вордсворта в английской литературе произошла антиромантическая революция с Т. С. Элиотом (1888–1965) и его манифестом «Традиция и индивидуальный талант» (1917). Элиот и его соратник Эзра Паунд (1888-1972) объявили себя врагом Эгоистического Я, поскольку они считали, что поэзия — это постоянное самопожертвование и исчезновение личности, а не поэт. Обретя уверенность в банковской работе, Элиот написал свои лучшие стихи, работая в банке, в том числе первое модернистское стихотворение, опубликованное в Америке, «Любовная песня Дж.Альфред Пруфрок »(1915).« Пустошь »(1922) стремится выразить несогласованность, и Паунд приветствовал ее как оправдание движения современного эксперимента. XIX века Герман Мелвилл использовал его в качестве сюжета своего великого американского эпоса, размышляя о парадоксах добра и зла. Хотя в нем отсутствует развитие и конфликт персонажей, необходимых для романа, «Моби Дик» представляет персонажей, описываемых как карикатуры, и Охота Ахава на кита представляет собой загадку личности; для читателей двадцатого века роман стал одним из самых популярных средств передвижения для современного человека.

Федор Достоевский
Федор Достоевский (1821–1881) стал кумиром западной литературы, несмотря на то, что его романы осаждали западные ценности. Он видел материализм западной науки и математики как отрицание свободы. Опираясь на свой тюремный опыт, Достоевский написал «Преступление и наказание» (1866) об истории борющейся души, а «Братья Карамзовы» (1879) аккумулировали мысли и впечатления его жизни. Его «фанатичная славомания напомнила Западу, что могут быть измерения жизни, не видимые ни в ясном потоке сознания, ни в темных глубинах бессознательного» (стр.671).

Марсель Пруст
Марсель Пруст (1871-1922) использовал время как предмет своих восьми томов, созданных как «новый способ победить быстротечность и мимолетность времени» (стр. 684). Четыре тома «Воспоминания о прошлом» разделены на семь разделов, посвященных следующим семи темам: детство, пробуждение любви к людям и искусству, высшее общество, гомосексуальная и гетеросексуальная любовь, способы одержимости, лишения и цикл обретения жизни через память. Пруст считал, что художник может захватить и сделать себя бессмертным, хотя распад личности был сплошной смертью.Его оригинальность заключалась в его способе покорить время, сделав его сырьем для своего романа и «сделав своим искусством воссоздавать жизнь во времени, а не в пространстве» (стр. 696).

Джеймс Джойс
Джеймс Джойс (1882-1941) исследовал другие возможности самовыражения и «охватил время в автобиографии, создавая новые способы сделать самость универсальной» (стр. 699). Он как никогда объединил роман и биографию в «Портрете художника в молодости» (1916) и «Улисс» (1922), превратив свои идеи из детских и юношеских испытаний в личный эпос.Заставив искусство следовать природе и сосредоточившись на акте творения в искусстве, Джойс воссоздала тайну искусства и вселенной, сделав «язык себя приглашением заново открыть для себя тайну и насладиться ею» (стр. 714).

Вирджиния Вулф
Вирджиния Вульф (1882-1941) поделилась своим удивлением перед тайной женского «я», экспериментируя с собой в своих произведениях, которые часто касались авторов-женщин. Сделав роман своим средством исследования, она «писала о мире внутри себя, который, как она представляла, также находится внутри других»]]

Creator Institute | Учитесь, создавая свою книгу

Истории успеха

DREAM JOB

Rahul Rana
Студент Рутгерса, получивший работу венчурного капитала в Lux Capital благодаря своей книге «Самогонщики».

НОВЫЙ СПИСОК

Хейли Ньюлин
Опубликовал в программе два романа-ужастика / триллера; Профессор MFA и творческого письма.

MEMOIR

Коул Браун
финалист премии NAACP Image Award; Май 2021 года избранная книга для книжного клуба Стивена Карри

STARTUP

Jaclyn DiGregorio
Двукратный автор научно-популярной литературы; запустил семизначный бизнес и онлайн-коучинг / курс

MEMOIR

Joseph Minani
Национальный новый автор года 2020 в SABA

ВЫСШАЯ ШКОЛА

ЗАПУСК

Удит Дэйв
Допущен к Tulane Medicine и опрошен ESPN

Зев Бертон
TEDx Talk и TikTok Influencer через свою книгу

DREAM JOB

Клаудиа Аларко Аларко
Нанят на руководящую должность в мэрии округа Колумбия

МЕЧТА РАБОТА

РОСТ

ВЫСШАЯ ШКОЛА

НОВАЯ СТРАНИЦА

hanghian Шив

Нанят для работы в качестве скаутов на полную ставку и разработки проекта скаутов в футбол в Индии

Маюми «Уми» Григсби
стал глобальным участником Thrive; основала некоммерческую организацию

Антония Лю
Нанятый мастер-классом; Поступила в магистратуру Гарварда

Эмили Вандербент
Автор серии исторических научно-фантастических романов; BookTube Host; и книжный тренер / редактор.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.